Пациент: «Доктор, сколько мне осталось?» Врач: «Прежде чем я попытаюсь ответить на ваш вопрос, могу ли я уточнить, почему вы сейчас спрашиваете об этом?»
Наших людей ведь приучили терпеть до невозможности. Вот и сейчас они тоже терпят, когда им говорят: «Нам не до вас, отстаньте, везде ковид!»
Ольга Гольдман, руководитель горячей линии службы помощи «Ясное утро», — о том, как болеют раком в эпоху коронавируса и как вперед выходят врачи-практики, а не «свадебные генералы» из телешоу
Бывшая онкопациентка вернулась в больницу в роли «равного консультанта» — теперь она рассказывает пациентам о том, о чем не успевают им сказать врачи
Почему врачи и родители детей, больных лейкозом, так борются за Онкаспар? Объясняем: дженериков у этого лекарства нет, что бы ни говорил Минздрав, а биоаналогов нет и пока быть не может
Куда и почему пропали лекарства, и в чем главная проблема российской онкологии
Когда повару Никите Полудо удалили желудок, он создал сайт «Онкодиета», где объясняет, как питаться онкопациентам
Истории двух пациентов, переживших самые сложные виды рака с удалением гортани и теперь помогающие другим — вместе со своими удивительными женами
Флагманские кейсы для клиентов фондов от пионеров цифровизации в секторе
За два месяца до смерти 13-летняя Маржана сделала фотовыставку с видеообращением. Главным пожеланием умирающей девочки стали слова: Самое большее, что вы можете сделать, — быть счастливыми!
Бывший онкопациент, кризисный психолог Светлана Яблонская о том, почему неизвестность страшнее самого диагноза, и как провести время ожидания с пользой для себя
Мы работаем, чтобы дела милосердия спасали как можно больше людей. Миллионы читателей доверяют нам и находят поддержку. Каждый день мы продолжаем работу. Помогите нам помогать: оформите посильное регулярное пожертвование!
Для улучшения работы сайта мы используем файлы cookie и метрические программы. Что это значит?