Тема: Инклюзия

28-летняя завуч Анна Мастерук водит свой класс помогать бездомным

Как помочь обычным и особым детям общаться друг с другом? Три мамы делятся опытом

Тьютор Инна Карпенкова признается, что порой общение с подопечными заканчивалось у нее истерикой

Помогаем разобраться!

ИЗО, театр, гончарка и шумовой оркестр: как устроена инклюзия в удмуртских селах

Как учатся дети, которых раньше считали необучаемыми

Особый ребенок не приносит с собой в школу проблемы, а, как лакмусовая бумажка, ярко вскрывает те, что уже и так накопились в школе

Как происходит тонкая настройка инклюзии, чтобы дети с особенностями не срывали уроки и становились полноправными членами коллектива? Рассказывают опытные учителя

Неговорящий ребенок в классе с обычными детьми – возможно ли это? А как он учится, если не понимает? Это и есть инклюзия?

Инклюзивный театр воспринимается как «инвалидный», но именно там по полной работает булгаковский подход «совместного рождения и освоения истины», без разделения на сцену и зрителей

В уникальном селе Давыдово, где особые дети и их родители чувствуют себя абсолютно счастливыми, побывали наши корреспонденты

Екатерина Мень рассказала о перспективах создания федеральной программы помощи детям с РАС

Дискуссия между поведенческими аналитиками и сторонниками классической дефектологии, а также выступления против «узурпации» аутизма психиатрами на конференции «Аутизм. Вызовы и решения»

Наша модель сопровождаемого проживания не для всех, но она одна из самых массовых из того, что можно предложить в этой области людям с нарушениями психических функций

Церковная жизнь семьи инвалида оказалась сложнее, чем можно было бы подумать. Мама ребенка с синдромом Дауна рассказывает о том, какой стала ее жизнь в Церкви

Татьяна – мать 22-летнего ребенка-аутиста. Она считает себя заложницей нашей системы психиатрической помощи. Таня с болью вспоминает первую госпитализацию сына. Это было просто ужасно

Молодым родителям не так просто понять, что развитие их первенца идет несколько необычно. Как не пропустить критический момент, когда с ребенком должен начать заниматься специалист?

У Максима ДЦП, он не ходит, не сидит, не говорит. О том, насколько обманчива внешность сына и что за ней скрывается, родители узнали, когда Максиму исполнилось 10 лет