Если не будет ваших возражений, положительная разница между суммой, достаточной для помощи по данному объявлению, и общей суммой поступивших пожертвований будет направлена на помощь другим нуждающимся в той же категории просьб.

Ярославу Левицкому из Орла -7, ему трудно произносить слова. Врачи считают, что он может заговорить четко, ясно и учиться в обычной школе.

У Ярослава тяжелое расстройство речи. Артикуляционная апраксия?
Алалия? Моторная афазия? Врачи спорят, называя разные диагнозы.
Речь у Ярослава была. В два года он говорил и «мама», и «баба», и «дай пить», и знал, как называется любимый мультфильм — «Тачки».

Но в ожидании сложной операции (у Ярослава врожденная патология развития позвоночника) в больнице мальчик «подхватил» инфекцию.
С температурой 40,6ºС его перевели в реанимацию. Через пять дней кризис миновал. Операцию пришлось отложить. Мама с Ярославом поехала домой. И только в поезде она поняла, что что-то не так.

Малыш ничего не говорил. Совсем. Он показывал пальцем, кивал. И молчал. Да и дома Ярослав вел себя так, будто его подменили. Будто из него вынули батарейку радости. Он больше не прыгал, не скакал. Сторонился людей. «Возможно, случился инсульт», — выдвигают сейчас версию специалисты. У него и руки ослабли так, что сложно стало держать карандаш. И исследования подтверждают, что было кровоизлияние в мозг.

Четыре года логопеды пробовали восстановить речь у Ярослава. Ничего не получалось. Отдельные слова восстанавливались. И все. Дальше дело не шло. Пока наконец он не попал в Центр патологии речи и нейрореабилитации в Москве. После первого пройденного здесь курса появились слова, после второго — фразы, после четвертого — целые предложения.

Сложнее всего восстанавливается артикуляция. Верхняя губа никак не хочет слушаться. Язык упорно не встает на нужное место. Ярослав говорит иногда сложными, развернутыми предложениями, но понимает его только мама.

Мама, когда Ярослав не может ответить на вопрос, задает уточняющие вопросы. А двоюродный брат просит показать жестом: «Что именно ты хочешь?» Другие ребята менее терпеливы. Поэтому в детский сад Ярослав почти не ходит. В этом году боялся даже идти на утренник с Дедом Морозом. Говорит: «Я же не смогу рассказать стишок. Значит подарок я не заслужил».

Да и на детской площадке Ярик редко с кем общается. Пробует познакомиться — его не понимают, он тут же уходит в сторону. Но если удалось с кем-то поиграть, на душе у него праздник: «У меня новый друг! Петя!»

Врачи видят в мальчике огромный потенциал. Говорят: если продолжить занятия, он, возможно, сможет даже учиться в общеобразовательной школе. Ведь интеллект у Ярослава совершенно сохранен.

А пока у Ярослава недоразвитие речи 2 уровня, ему грозит коррекционная школа. Нужно дотянуть до 3 уровня. Тогда он сможет обучаться в речевой школе (V вида — для детей с нарушениями речи). Там он получит больше знаний, оттуда легче потом будет перевестись в обычную.

Специалисты утверждают, что полноценный курс в Центре патологии речи и нейрореабилитации, в который входят и занятия с логопедом, и занятия с нейропсихологом, и ЛФК, и логоритмика, и физиопроцедуры, сможет существенно развить способности Ярослава, даст ему шанс успешно пройти комиссию перед школой.

Стоимость такого курса на 45 дней — 294 713 рублей. Мама Карина не может заплатить такую сумму: она растит Ярослава одна, все ее выплаты составляют менее 21 000 рублей. Бесплатного лечения в Центре нет. Давайте поможем им оплатить реабилитацию!

В мае Ярик будет проходить психолого-медико-педагогическую комиссию, которая определит, в какую школу ему нужно идти. Если бы Ярослав смог сейчас пройти реабилитацию, результаты на комиссии были бы значительно выше.

Опубликовано 7 марта 2018 года.