«Идите лучше к платным врачам. Я и адрес дать могу, куда именно», – посоветовал мне самый бодрый и разговорчивый врач из районной поликлиники

Недавно мне пришлось обратиться к терапевту в районную поликлинику. До этого везло – здоровье не подводило, а если и подводило, то приводило сразу на больничную койку под капельницу.

А тут у меня начала жутко болеть спина, сидеть на стуле не стало никакой возможности, сводило шею, кружилась голова – вот и возникла необходимость записываться к врачу: само такое не пройдет, здраво рассудила я. И открыла интернет-браузер, чтобы записаться на прием.

Сначала меня обрадовала ЕМИАС, Единая медицинская информационно-аналитическая система Москвы. Прогресс! Сразу знаешь, когда и куда тебе идти, вплоть до номера кабинета принимающего врача. И длинных очередей нет, и люди все у кабинета врача беседуют только о погоде, природе или молчат интеллигентно.

На следующий день я пришла к терапевту, с утра пораньше. Была суббота, что еще больше увеличивало мою радость – поликлиники повернулись к трудящимся лицом, даже отпрашиваться с работы не надо.

Доктор мой, судя по имени (назовем его, например, Андреевым Андреем Андреевичем), был мужчиной, но каково было мое удивление, когда я обнаружила за столом, на котором громоздился огромный монитор, девушку.

– Ой, извините, а Андрей Андреевич где? Я не туда попала? – спросила я у нее растерянно, когда пробил мой час и лампочка над дверью в коридоре призывно моргнула.

– Андрея Андреевича сегодня не будет, а я его медсестра. Приму вас, проходите, – ответила мне девушка.

Ну ладно, в общем-то, бывают медсестры, которые знают врачебное дело лучше врачей, решила я. И Андрей Андреевич тоже мог заболеть, в конце концов.

– У вас что?

– Спина болит, не могу сидеть долго…

– Понятно. Вот.

Медсестра протянула мне листочек из толстой стопочки похожих листочков. На нем полужирным шрифтом крупно было напечатано название лекарства и дозировка.

– Пейте 10 дней, потом приходите – не поможет, отправим вас к невропатологу.

– Сидеть не могу, – напомнила я.

– А, больничный вам дать?

– Дать, – ответила отчаянно я. – А со мной что?

– Остеохондроз взрослого человека.

После вердикта я ушла, помахивая больничным и листочком с названием лекарства. Тут же послушно купила его и начала принимать.

– Тебя вообще надо было бы осмотреть, раз ты сидеть не можешь, – сказала мне потом мама-доктор, которая живет далеко и не может меня лечить на расстоянии. – Но ничего, раз ты лечишься, у тебя больничный, потом придешь, когда врач будет – он осмотрит.

Когда я пришла в назначенный день, врач, действительно, был – Андреев Андрей Андреевич. Молодой симпатичный мужчина в белом халате, чей взор был устремлен попеременно то в монитор, то в смартфон. На меня он особо не смотрел.

– У вас что? – спросил он меня так же, как и медсестра несколько дней назад.

– Остеохондроз взрослого человека и больничный, – ответила я.

– И как вы? – снова задал мне вопрос Андрей Андреевич, не отрывая глаз от компьютера.

– Да как-то без особых перемен, но спина болит меньше. А еще, знаете, ноги стали отекать и лицо – это не может быть побочка от лекарства?

– Нет, пейте дальше, больничный продлеваем, – сказал мне Андрей Андреевич, расписался где-то в бланке и нажал что-то на клавиатуре.

Монитор моргнул, Андрей Андреевич раздраженно стукнул мышкой по столу и произнес громко:

– Программа виснет! Да что ж такое…

– Очень вам сочувствую, – произнесла я. Тут Андрей Андреевич поднял на меня, наконец, глаза. Он был явно удивлен, что я еще в кабинете.

– Может, отправите меня к невропатологу? – робко спросила я его.

– Потом, – удивление в глазах Андрея Андреевич погасло, он снова повернулся к монитору.

Когда я ушла, то позвонила маме-доктору. Она тут же отменила лекарство и прописала мне другое, без побочек, потому что, по ее мнению, отекающие ноги, которые раньше такой привычки не имели – отекать, – это именно побочный эффект от того, что я пила по назначению доктора из районной поликлиники. То есть его медсестры.

Осматривал меня вечером того же дня друг-хирург, чтобы исключить вероятность того, что у меня что-то еще, а не остеохондроз взрослого человека. Давил то там, то тут, велел гулять и лежать, пока я на больничном, купить нормальный стул с регулируемой высотой и посоветовал гимнастику для тех, у кого сидячая работа. Когда обострение пройдет.

Моя следующая встреча с Андреем Андреевичем была посвящена закрытию больничного листа. Мы с ним только поздоровались и попрощались, вызывать его на разговор не хотелось.

Пока Андрей Андреевич расписывался в бланке моего временного листка нетрудоспособности, я поняла, кого он мне напоминает: буфетчика на раздаче. Автоматизм и поток. Поток и автоматизм… 

Мое приключение в районной поликлинике по сравнению со злоключениями других пациентов с более серьезными хворями на первый взгляд может показаться не самыми увлекательным.

Но я все время думаю: а если бы у меня было что-то серьезнее остеохондроза, в котором тоже мало приятного? Если бы в спине у меня жила грыжа, лишающая нормальной прямоходящей жизни? А если бы у меня не было бы родственников и друзей, практикующих врачей? А если бы побочка от лекарства была более серьезной? Что тогда? Что мне надо было бы делать?

Ответ пришел с неожиданной стороны. Когда я добралась, наконец, до узкого специалиста через другого районного терапевта с другой своей проблемой. Он оказался тоже врачом поликлиники, пожилым и внимательным.

Не торопясь, он провел осмотр, не стал жаловаться на зависающую программу, выдал направления на нужные исследования, ответил на все вопросы, а потом сказал на прощание: «Идите лучше к платным врачам. Я и адрес дать могу, куда именно. Хотите?»