Уставшие мамы младенцев действительно находятся в зоне риска по депрессии и суициду. Как им помочь?

— Меня нет. Я не человек, а функция – покорми, покачай, уложи спать. Такое ощущение, что я сижу на цепи, с которой порой очень хочется сорваться и убежать, улететь куда-то. Не знаю куда, лишь бы подальше.
— Иду с ребенком в слинге по улице и иногда думаю: вот бы меня сейчас сбила машина! Слегка, не насмерть, но чтобы меня забрали бы в больницу, и я могла хоть немного отдохнуть, полежать с полным правом.
— Самое главное, чего мне хочется – это есть как раньше. Сесть за стол. Поставить красивую тарелку, положить салфетку, вилку и нож. Медленно жевать, чувствуя вкус блюда. А я этого сделать не могу, я ничего теперь не могу. Да и не хочу уже. Я вообще больше ничего не хочу. Даже жить.

Это монологи молодых женщин, которые обращаются за поддержкой в петербургскую НКО «Помощь уставшим мамам».

Ее руководитель, психолог Мария Будылина уверена, что современные матери нуждаются в повышенном внимании: многие из них действительно находятся в зоне риска по депрессии и самоубийствам.

То, что принято считать материнским суицидом, на самом деле не является стремлением покончить с собой. Громкие истории о том, как мать с детьми выпрыгнула из окна, свидетельствуют о другом: для женщины это скорее сиюминутный выход из травмирующей ситуации, чем сведение счетов с жизнью.

«Матери хотят оказаться в пустом пространстве, где их не дергает никто. Для них это своеобразный побег, быстрое решение проблемы. Заметьте, что во всех случаях мы имеем дело с окном. Это очень показательно», — говорит Будылина.

Проект «Помощь уставшим мамам» родился  в 2017 году как волонтерская инициатива: через социальную сеть ВКонтакте Мария Будылина связывала мам, которым нужна поддержка, с теми, кто мог им помочь самым простым образом – посидеть с младенцем, пока мама убирается в квартире, делает уроки со старшим ребенком, готовит обед, принимает душ или просто отдыхает. Волонтеры обеспечивали мамам небольшие передышки, становилось легче.
В декабре того же года заработала горячая линия, позвонить на которую и пообщаться с психологом могли мамы со всей страны.
Телефон горячей линии: 8-800-222-05-45. С 10:00 до 22:00 по московскому времени ежедневно. Звонки бесплатные.
Наладив работу горячей линии, психологи «Помощи уставшим мамам» стали проводить бесплатные очные консультации для жительниц Петербурга и Ленобласти, а в 2019 году заработали группы психологической поддержки.

Окно как выход в вакуум

Психолог Мария Будылина. Фото: Дмитрий Колосов

В день, когда мы встречались с Марией Будылиной в Петербурге, город потрясла новость: молодая женщина пыталась выбросить с пятого этажа свою двухлетнюю дочь. К счастью, услышав крики матери и ребенка, соседи вызвали полицию и МЧС, которые предотвратили трагедию.  А вот громкий случай, имевший место в ноябре 2019 года в Москве, закончился печально: погибла женщина и ее малолетняя дочь, четырехлетний сын выжил после падения с 9 этажа, но попал в больницу в тяжелом состоянии.

«Этим мамам, скорее всего, казалось, что нет выхода. Вспомним, что женщину из Москвы не поддержал ни участковый педиатр, ни «скорая». Жительницу Петербурга от страшного шага, скорее всего, спасло то, что она успела прокричаться и выбрасывала из окон вещи, то есть хоть как-то сбросила напряжение и привлекла к себе внимание», — рассуждает Будылина.

Это как в рассказе Чехова «Спать хочется».

«Там мастерски показано, — как постепенно сужается сознание, — говорит психолог. — Если сначала женщина еще осознает реальность: вот ребенок, вот я, он плачет, а я устала, то потом все меняется. Сознание сужается в точку, и человек хочет только одного: чтобы кончилась эта ситуация. Не остается ни мыслей, ни чувств. Лишь идея: нужно либо убрать ребенка, любым способом «выключить» его, либо «убраться» самой. Оказаться в вакууме, где тебя никто не тронет, где не будет звучать крик и плач».

Так работают очень архаичные защитные силы организма – они включаются тогда, когда нарушены основные функции, например, долго отсутствует сон, питание, не удовлетворяются другие базовые потребности. По сути, мать начинает действовать на инстинкте, и понятие «мыслить» к ней уже не применимо.

— У меня тяжело болел ребенок – температура 40 и бессонные ночи.  Я качала его на руках и постоянно ощущала эту тяжесть – и физическую, и моральную. Страшно, что что-то случится. Трудно держать малыша и качать его, зная, что если положишь – он тут же проснется. Болят руки, спина, и все дома спят, а ты не спишь. И ты ходишь по комнате, от дверей до окна, с ощущением что тебе тяжело. И ты знаешь, что и через три часа тебе будет тяжело, и в ближайшие три дня тебе также будет тяжело.  Да и потом тоже легче не станет, — делится мама-подопечная проекта.

«В таких ситуациях у матери нет мыслей ни о своей смерти, но о смерти ребенка – прямых, во всяком случае. Желание одно – немедленно прекратить травмирующую ситуацию. Мыслить – это про другие суициды, когда у человека наступает экзистенциальный кризис, или несчастная любовь, тяжелая потеря. Он лежит на диване, размышляет, долго выбирает способ, с помощью которого уйдет из жизни. У матерей все происходит иначе, поэтому я бы даже не называла такие случаи суицидом в чистом виде», — комментирует Мария Будылина.

В зоне риска – семьи с ипотекой из спального района

Ситуация с материнским суицидом – чрезвычайная, в опыте «Помощи уставшим мамам» таких обращений бывает немного, около пяти в год. Но все мамы, которые обращаются за помощью, находятся в состоянии острейших переживаний, и чем дольше они держат их в себе, тем выше опасность.

По мнению Марии Будылиной, в зоне риска прежде всего семьи, в которых подрастает один ребенок, реже – погодки в возрасте до 3-4 лет. Из всех обращений на горячую линию таких – от 40 до 60 процентов каждый месяц. Все это – женщины из благополучных в целом семей, у них есть супруг, нет проблем с зависимостями, ребенок любимый и очень долгожданный.

Усредненный портрет мамы, которой нужна помощь, таков: она живет в спальном районе, скорее всего, платит с мужем ипотеку, финансово остро не нуждается – то есть не голодает, родители и ребенок одеты и обуты. Но на большее денег просто нет, и мама не может пойти с малышом на развивающие занятия, в кафе, на маникюр, в кино и так далее. Отдать ребенка в сад еще рано, выйти на работу мама не может, нанять няню ли помощницу по хозяйству — тоже.

Если малыш к тому же часто болеет, мама оказывается заперта в квартире по две-три недели. В этой ситуации и начинается то самое сужение сознания, от которого недалеко до беды.

«Порой двухнедельной простуды бывает достаточно, чтобы смести все результаты кропотливой работы психолога и уничтожить любой позитивный настрой», – говорит об этой проблеме Будылина.

Смысл бабушки

В зоне особого риска оказываются женщины, у которых нарушен контакт с собственной матерью, бабушкой ребенка. Речь идет как о чисто географической отделенности в современном мегаполисе, так и о застарелых конфликтах, непонимании.

— Когда детей было уже трое — 3 года, 2 и новорожденный, я очень сильно отравилась. И вот представьте, я дома одна с тремя, меня рвет, болит живот после родов, а вокруг полный бардак: кричит младший, а старшие дети  ползают по полу, рассыпают землю из горшков и полощут в раковине какие-то тряпки.

Порой мама не может открыто рассказать о своих переживаниях мужу, и бабушка могла бы стать тем человеком, который отследит ее тяжелое состояние, поможет или хотя бы выслушает. Но часто вместо откровенного разговора мама получает ответ в «советском» стиле: мы вас без стиральных машинок и памперсов вырастили, а ты жалуешься, что устала.

«Это опасный момент, потому что молодая мама может даже заметить свое плохое состояние, но ей дадут обратную связь, что эти переживания ничтожны. Тогда она загоняет проблему еще глубже, и мы теряем время. А ситуация усугубляется», — комментирует психолог.

Мария Будылина считает крайне важным, чтобы отслеживать состояние женщины могли все, кто так или иначе соприкасается с мамой и малышом: прежде всего родственники и врачи. Именно они должны обратить внимание женщины на то, что ей требуется профессиональная помощь, настоять на походе к психологу, в каких-то случаях, возможно, даже поставить вопрос об отмене грудного вскармливания и приеме антидепрессантов. Ведь кому-то это может спасти жизнь.

Помогает не шопинг, а новые впечатления. А перфекционизм — зло

Общаясь с мамами на разных этапах жизни ребенка (в проект обращаются мамы и младенцев, и подростков), Мария Будылина и ее коллеги поняли, что женщины имеют очень слабое представление о том, как самостоятельно справляться с психологическими трудностями, отслеживать свое состояние, относиться к себе бережно, где искать «ресурс», о котором сейчас так модно говорить.

«Наши женщины по-прежнему считают, что поддержать себя можно за счет каких-то покупок, и как только в семье появляются «лишние» деньги, спешат на шоппинг, — говорит Мария Будылина. –Увы, настоящий отдых и истинный ресурс – не в новой куртке и айфоне последней модели, он во впечатлениях.

Гораздо полезнее сходить в кино, в театр, в кафе с мужем, даже если это будет простой фаст-фуд. Психолог, бассейн, спорт , традиция совместных походов в кафе – ресурс здесь, а не в «вещизме».

Даже если вы потратите отложенную на шоппинг сумму на няню, освободив себе несколько часов – будет куда больше пользы!

Вторая важная проблема – в насаждаемом повсеместно перфекционизме и завышенных требованиях к материнству. Мамы склонны винить себя буквально во всем, и эти переживания превращают их жизнь в замкнутый круг проблем.

— Тяжело быть неидеальной мамочкой. Такое ощущение, что они теперь повсюду, они буквально выпрыгивают на тебя из Инстаграма. С утра они уже успели полепить с ребенком из пластилина и развить мелкую моторику,  заняться спортом, сварить органическую брокколи. Они всегда стройные. У них всегда вымытая голова, макияж, куча свободного времени, и непременно идеальный муж. А у ребенка – бодики без пятен.  А у меня все совсем не так! Но главное, мой муж тоже смотрит на них в соцсетях, а потом предъявляет мне: смотри, у нее все получается, а почему ты так не можешь.

«Что делать, я срываюсь на детей?»

«Мы с мамами много работаем над темой агрессии», — рассказывает Мария Будылина. С этой проблемой часто звонят на горячую линию. Родительницы грудничков признаются, что в порыве гнева могут трясти своих новорожденных и плачущих детей.

«Для меня это, как ни странно, позитивный сигнал, — говорит психолог. — Проще поработать с мамой, которая проявляет открытую агрессию, чем с той, которая повторяет «ребенка нельзя трясти», а сама при этом лежит, уткнувшись в стену – такой уход в себя гораздо опаснее. В этом смысле мамы подросших детей, вступая с ними в открытый конфликт, оказываются более защищенными от подавленных эмоций».

Важно осознать свою агрессию. Отсюда недалеко до следующего шага – научиться отслеживать свои срывы и предупреждать их. Например, когда ты с утра понимаешь, что ребенок плохо спал ночью, и вечер, скорее всего, тоже будет трудным, можно попросить кого-то из близких приехать в гости, чтобы просто не оставаться одной. Заранее «подстелить соломки».

Плачут сразу после «здравствуйте»

Психолого Ирина Вислобокова. Фото: Дмитрий Колосов

На горячую линию «Помощи усталым мамам» звонят из всех регионов России, в том числе из Сибири и с Дальнего Востока. Психолог Ирина Вислобокова, которая дежурит на телефоне и общается с мамами, говорит, что часто для мам главное – чтобы их просто выслушали.

«Часто плачут, сразу после «здравствуйте», как будто мама еле дотерпела, донесла свои эмоции до телефона», — говорит Ирина. Часто для мам оказывается открытием, что есть человек, готовый обсудить проблемы и вместе найти выход.

Темы все те же. Это и трудности с младенцами – плачут, не спят, требуют постоянного внимания. И проблемы с детьми постарше – в основном речь идет о границах, которые многие мамы не ставят для своих дочерей и сыновей, а потом сами страдают, попадая «в рабство» к малышам.

— Тяжело переносить отсутствие личного пространства. Как и многие мамы, я не могу даже одна сходить в туалет или помыться. Там со мной еще как минимум трое: муж, ребенок и собака, причем они заходят, даже не постучавшись: привет, а мы к тебе! И вот что интересно: так можно вести себя только с мамой. Папа может без проблем принять душ, уйти в магазин, лечь на диван. Но как только отдохнуть хочет мама – нет, даже не лечь, а хотя бы присесть в кресло — тут же срочно кому-то что-то нужно.

Все разговоры, подчеркивает Ирина Вислобокова, строго анонимны. Но некоторые мамы все же боятся признаваться в «ужасных» с их точки зрения вещах (например, в том, что кричат на своих детей), опасаясь опеки. Но в большинстве случаев даже самые «страшные» слова, которые говорят мамы – это всего лишь сигнал тревоги, просьба о помощи.

Например, одна женщина призналась, что часто говорит своему новорожденному сыну: «Лучше бы я отдала тебя в детский дом». «Оказалось, что у нее очень трудная ситуация: нет мужа, а во время беременности умер отец, единственный близкий человек, на поддержку которого она рассчитывала. Горевание наложилось на послеродовую депрессию, и у мамы просто не хватила ресурса справиться с этим самостоятельно», объясняет психолог.

Жительницам Петербурга, которым нужна передышка, «Помощь уставшим мамам» готова предоставить волонтеров. Это заранее подобранные и обученные люди, которые могут прийти в семью, чтобы на время освободить маму от ее хлопот и взять на себя детей.

Случается, что, пока волонтер играет с ребенком, мама делает домашние дела, но если хочет, то может уйти из дома, например, к врачу или на встречу в кафе с подругой. Иногда домой к мамам выезжают волонтер и психолог. Пока первый занят с малышом, второй беседует с мамой.

«Результат работы волонтера, быть может, не очень заметен на первый взгляд, — рассказывает Динара Ледовская, которая сотрудничает с «Помощью уставшим мамам» с момента основания. Но после наших визитов что-то неуловимо меняется, мамы начинают улыбаться. Мне, например, очень запомнилась мама, которая попросила погулять с ее дочерями. К моменту, когда мы вернулись домой, она успела убраться в квартире и сама была так довольна этим. Было понятно, что царивший до тех пор хаос был как будто отражением ее внутреннего состояния, а сейчас настало полное умиротворение».

Женщины думают, что ничего хорошего с ними уже не будет

Главной целью групп психологической поддержки для мам, появившихся в 2019-м, была не только экстренная помощь, но и создание женского сообщества, чтобы в будущем мамы могли сами поддерживать друг друга.

Конечно, группы для мам не способны решить все проблемы женщин раз и навсегда. Обычно мамы чувствуют резкий подъем в начале общения в группе, и эффект держится еще несколько недель после последней встречи, а затем начинается спад. Это нормально.

«Реальность всегда сильнее. Если ребенок заболел, если не слушается, если возникают конфликты в семье и нет поддержки – мама не будет продолжать ходить с блаженной улыбкой, — говорит Мария Будылина.

— И все же группа дает важный опыт: после нее мама знает, что такое быть в хорошем настроении. Часто, приходя к нам, женщины уверены, что ничего хорошего с ними уже никогда не произойдет. На группе они получают опыт, инструментарий и впоследствии могут вспоминать, что они чувствовали и как добивались того, чтобы им было хорошо».

Проекту «Помощь уставшим мамам» необходима финансовая поддержка – в первую очередь на аренду помещения для проведения групповых встреч и организации большего числа занятий, поскольку потребность в них в Петербурге очень высокая. Вы можете оформить  пожертвование здесь: https://vk.com/mom4mom

Иллюстрации: Оксана Романова, с использованием фото Дмитрия Колосова