«Все детдомовцы – ненормальные!» Схожие по содержанию утверждения появились в интернете после известия о том, что в Техасе подросток из российского детского дома убил приемных родителей-американцев

bez-nazvaniya

Карл Эдвард Брюэр. Фото: личная страничка героя новостей в соцсети

2 декабря в российских СМИ появилась новость о том, что в американском городе Кроули (штат Техас) арестован 17-летний подросток Карл Эдвард Брюэр, подозреваемый в убийстве приемных родителей. Главным поводом для шума стало то, что Карл был несколько лет назад привезен в США из российского детского дома.

Практически сразу же появились публикации из серии «мой личный опыт» о том, что все дети из детдома – психически неустойчивы, склонны к криминальным поступкам, отягощены ужасной наследственностью.

Стереотип «детдомовцы – изверги», несколько лет опровергаемый работой благотворительных фондов, НКО, психологами, которые работают с детьми-сиротами, вернулся в публичное пространство.

Случайность это или целенаправленный тренд? Какие еще мифы о детдомовцах нуждаются в развенчании? Мы попросили поделиться своим мнением Александра Гезалова, специалиста в области социального сиротства, который сам вышел из детского дома.

ge

Александр Гезалов. Фото с сайта gezalov.net

«Сироты – не голодранцы, которые бегают по улицам»

– К сожалению, реакция на случай в Техасе – статьи с некомпетентными суждениями о сиротах – это показатель того, что некоторые люди не хотят глубоко погружаться в тему, им интересна только клюква. Это попытки получить рейтинги и мощное обсуждение на фоне трагедии. Я считаю это безнравственным.

Заявления относительно жизнестойкости сирот и их адаптации нельзя делать поверхностно. Нельзя навешивать ярлыки – ведь и сами воспитанники детских домов их слышат. Многие люди начинают думать, что современные сироты с 1920-х годов не изменились, что это голодранцы, бегающие по улицам. Но ситуация сегодня другая!

На ее изменение повлияла огромная работа общественных объединений, экспертов в теме сиротства, которые смогли донести свое мнение до чиновников. Государство начало понимать, что мало просто вырастить и обеспечить ребенка, нужно еще и воспитывать его правильно, готовить к самостоятельной жизни.

И любому журналисту достаточно спросить об этом у любого специалиста, работающего в теме сиротства, – он тут же получит полную информацию о том, как изменилась реальность хотя бы даже за последние 10 лет.

Правильное сопровождение – залог успеха выпускника детдома

У выпускников детдомов действительно есть трудности с социализацией. Но это во многом зависит не от характера детей и их наследственности, а от подготовки их к жизни системой, в которой они растут.

В Вологодской области, например, есть детский дом, 90 процентов выпускников которого поступают в вузы. Это говорит о том, что в воспитании важен человеческий фактор, кто работает с детьми: какие в детском доме сотрудники, директор, помогающие организации.

Да, действительно долгое время дети из сиротских учреждений выходили в чистое поле. Но сейчас появились программы наставничества и сопровождения. Государство стало платить наставникам определенную зарплату. Система поддержки постепенно выстраивается уже последние 5-7 лет.

Детский дом за «качество» выпускника по уставу не отвечает. В некоторых регионах, где детские дома заинтересованы в том, чтобы дети были приспособлены к жизни, мы запустили программу «Социальное ЕГЭ». Она помогает трезво посмотреть на то, к чему готов и к чему способен ребенок после выхода из детдома. Мы выясняем, есть ли у него страхи перед самостоятельной жизнью, вопросы с жильем, образованием, профессиональной траекторией. И корректируем все, что нуждается в корректировке.

Нужно работать с самой системой, объяснять сотрудникам детских домов, что приводит выпускника детдома к успешности или неуспешности. Нужна качественная система сопровождения и поддержки детей – не только материально поддерживать до определенного возраста на госуровне, давать квартиру, учить бесплатно. Вопрос в другом – в духовном состоянии выпускника, его физическом состоянии.

Чаще всего сложности у людей, выросших в детских домах, возникают после 25-27 лет, когда они отрываются от государственной кормушки и вынуждены делать самостоятельные шаги. Но к этому редко кто готов. На скаку человека не социализируешь – его нужно индивидуально поддерживать во время пребывания в системе или в приемной семье.

Главное для приемных родителей – правильно выбрать ребенка?

Знаете, почему у нас 7000 возвратов детей в детские дома в год? Не потому, что дети – плохие. Из-за того, что многие семьи ни морально, ни материально, ни духовно, ни эстетически не готовы принять ребенка из детского дома.

Я считаю, что приемные родители не должны выбирать себе детей. Ресурсы семьи, которая решается на опеку или усыновление, должен определять специалист на супервизии. И делать, например, такой вывод: «Вашей семье нужна девочка трех лет, а вашей – мальчик 15 лет. И у нас, и у вас для этого есть ресурсы, и мы готовы вас и ребенка сопровождать».

Сегодня берут детей из детских домов, посмотрев фотографии, видеоанкеты. Вот ребенок посмотрел, улыбнулся – взрослые умилились и взяли. Но при этом ресурсно семья не готова дать ребенку образование, не готова к тем испытаниям, которые начнутся. Даже не готова любить – как говорят.

Дело ведь не в любви, а в сопровождении данной семьи, в ее подготовке. Если семья не готова, ребенок начнет ее ломать под себя – это стандартная ситуация для того, кто находился в трудной жизненной ситуации.

Семья должна понимать, что, принимая ребенка из детского дома, у нее начнутся непростые времена. Но ее главная цель – встроить ребенка в общество, дать ему возможность пользоваться теми ресурсами, что есть у приемных родителей.

Семье необходимо сотрудничать с ресурсными центрами и организациями, с психологами, расти профессионально. Надо, чтобы подростки в приемной семье не чувствовали себя так же, как в детском доме, кода все делалось за них, когда можно было бездельничать, жить на халяву.

Приемного ребенка нужно обязательно любить, иначе ничего не получится?

Любовь возникает только тогда, когда есть взаимное проникновение.

И полюбить приемного ребенка можно только тогда, когда приемные родители чувствуют: он начал не только брать, но и отдавать. Как только родители почувствуют, что ребенок живет не только для себя, но и для семьи, для новых родителей, вот здесь и возникнут чувства.

До тех пор, пока ребенок – только благополучатель, о какой любви может идти речь? Приемная семья на первых порах – как в огне, в пожаре, все мечутся и спасают друг друга. Любить в горящем доме тяжело. Нужно, чтобы домашнее хозяйство выстроилось так, чтобы ребенок был адекватен тому, что происходит вокруг. А родители чтобы не оглядывались постоянно на приемного ребенка – посмотреть, что он делает и не загорится ли все снова.