Словосочетание «работа с кровной семьей» вошло в массовый обиход недавно, но уже есть волонтеры, которые умеют помогать семьям, и фонды, в которых этому учат

Словосочетание «работа с кровной семьей» вошло в массовый обиход недавно, но уже есть волонтеры, которые умеют помогать семьям, и фонды, в которых этому учат.

Фото с сайта otkazniki.ru

Волонтерство в детдоме? Вчерашний день! Ведь большинство детдомовцев – сироты при живых родителях. Можно помочь ребенку в детдоме. Но лучше – вернуть его в семью, а еще лучше – сделать так, чтобы его из семьи не изъяли. В фонде «Волонтеры в помощь детям-сиротам» уже давно поняли, главное – вовремя помочь семье, чтобы «живые» родители социальных сирот стали родителями настоящими, любящими и заботливыми.

Об этом мы говорили со специалистом, который учит волонтеров помогать детям в кровных семьях. Психолог Олеся Деснянская – координатор программы «Профилактика социального сиротства» фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам» (Отказники.ru):

– Мы работаем с кровными семьями, в которых есть риск изъятия детей у родителей или отказа мамы от ребенка. Многим из таких родителей можно помогать, и тогда дети вырастут в семье, рядом с родными, а не в сиротском учреждении.

Основная наша цель – чтобы дети остались в семье. Но с учетом важного условия: если пребывание в кровной семье не угрожает жизни и здоровью ребенка.

На вызов первым выезжает психолог, который оценивает семью по ряду параметров, насколько у мамы сформировано материнство, насколько она понимает потребности ребенка и в состоянии их учитывать, насколько это корректируемо. Если помощь возможна, включаются волонтеры.

Одинокой маме требуются волонтеры, хэппи энда – не будет

Мы принимаем любые сигналы – могут обратиться соседи, сама мама, органы опеки, сотрудники роддома. Психолог едет познакомиться и составляет отчет, по итогам которого мы принимаем решение о том, будем ли помогать этой семье.

Принять помощь – дело добровольное. Мы работаем по запросу мам. Если к нам обратились сотрудники органов опеки, мы связываемся с мамой. Если она не хочет, чтобы в семью пришел психолог, мы прощаемся. Бывает, что обращается мама, у которой изымают детей. И в некоторых случаях у нас с органами опеки разное видение проблематики, тогда пытаемся прийти к общему мнению о том, как этой семье нужно помогать.

Бывает что мама сама – сирота и у нее только что родился младенец, естественно, она нуждается в ком-то, кто может помочь, при этом у нее нет мамы или бабушки, у которой можно спросить совета.

Нужно понимать, что ситуация в семье, которой мы помогаем, идеальной не станет. Она, конечно, может значительно улучшиться, разные бывают случаи, все зависит от исходного состояния. Но обычно хэппи-энда как в сериале ждать не стоит.

Два с половиной ребенка на семью

Сейчас в нашей программе около 65 семей, на семью в среднем 2,5 ребенка – у кого-то семь детей, у кого-то – один. Семьи, в которых есть папы, в программе бывают редко, если семья полная, то речь чаще всего идет о выпускниках детдома.

– Типичный портрет вашего подопечного это…
– Мать-одиночка которая воспитывает ребенка с инвалидностью и не имеет возможности устроиться на работу. Пособия по уходу за инвалидом, к сожалению, не позволяют маме существовать самостоятельно. А если у нее нет своего жилья, ситуация еще хуже.

Выпускники сиротских учреждений часто обращаются к нам за помощью. У них проблемы с социальной адаптацией, с исполнением родительских обязанностей. У них целый спектр проблем, а вот родственников, способных помочь, у них нет, поэтому им еще сложнее.

Многодетные семьи без папы. Бывает, что папа ушел, бросив маму, а бывает мама с детьми от разных браков, которым папы не очень-то помогают.

Мигранты. Ситуации, когда женщины, приехав в Москву, остаются одни с ребенком, встречаются часто. Жилья нет, денег нет, помощи ждать не от кого, родственники далеко. Кроме того в бывших республиках СССР родственники не всегда встречают женщину, вернувшуюся с ребенком, с распростертыми объятиями.

В нашем приюте «Теплый дом» временно живут мамы, которым некуда выписаться из роддома. Часто бывает, что у таких женщин нет опыта материнства. Сотрудники центра помогают им освоить какие-то простые навыки.

Помощь как сотрудничество

Наша принципиальная позиция – отношения сотрудничества, разделения ответственности. Есть ответственность, которую мы берем на себя, а есть ответственность, которую берет на себя семья.

Мы используем индивидуальный подход. Никакой типовой помощи у нас нет. Смотрим на ситуацию, и, исходя из нее, что-то предлагаем.

За годы работы программы увеличилось и продолжает увеличиваться количество обращений. Увеличивается количество разовой помощи, которую мы оказываем. Выросла эффективность и скорость оказания помощи. Например, с мигрантами – у нас есть отработанный механизм отправки на родину, оформления документов. Мы знаем, как сделать это быстро. Есть понимание того, как разбираться с долгами. И волонтеры стали более профессиональными.

Помощь имеет границы

Есть вещи, в которых мы помочь не можем. Например, мы не занимаемся медицинской реабилитацией детей-инвалидов, не помогаем деньгами. Если собираем средства, то на какую-то конкретную нужду, например, стиральную машину. Помогаем вещами, продуктами. Основной акцент делается на юридическую помощь.

Еще одно наше ограничение – мы не работаем с зависимостями. Семьям, где мама пьет или имеет химические зависимости, мы помогать не беремся. Для этого у нас нет ни условий, ни специалистов.

Бывает, что мама не пьет, а пьет ее муж. Как показала практика, в этом случае вся помощь будет уходить на выпивку сожителю, а не маме с ребенком. Маму с ребенком в этой ситуации очень жаль, но мы сделать ничего не можем. Если у мамы есть муж, который может ее содержать, но по каким-то причинам этого не делает, то тут никакие волонтеры не помогут. Чаще всего полные семьи в нашу программу не проходят, но бывают и исключения.

В нашей программе есть семейная пара, молодые родители, оба выпускники интернатов, девушка – коррекционного, парень – обычного. Им, конечно, нужна поддержка. Когда в семье рождается первенец, молодая мать обращается за советом к своей маме. А кому может позвонить выпускница детдома? Например, волонтеру-куратору.

Чем поможет волонтер?

Волонтеры могут многое. Они выступают кураторами семьи, аккумулируют помощь, которая оказывается семье. Организуют продуктовую помощь, привлекают юристов, помогают семье понять, в какие инстанции сходить, какие документы оформить, находят вещи. Ищут волонтера, который посидит с ребенком, если маме нужно куда-то сходить, организует транспортную помощь, медицинское обследование. У волонтеров – огромные возможности, если у них есть жизненный опыт, время и мотивация.

Специалисты социальных служб очень загружены, у каждого свой участок, на котором много семей, а времени мало, приходится выбирать. Ресурс для помощи каждой семье тоже ограничен – можно выделить материальную помощь раз в полгода, можно помочь продуктами, если они есть.

Волонтеры не ограничены, они могут привлечь к решению проблем еще людей, поискать курсы для мамы, найти няню, коляску, встретить ребенка из школы. За счет того, что людей много, ресурсы проще находятся.

Не страшные, но сложные

Семьи, которым мы помогаем, при ближайшем рассмотрении оказываются совсем не такими страшными, как издалека. Конечно, у этих мама есть свои особенности, в силу которых им бывает сложно решать проблемы, но когда видишь их близко, понимаешь, что они такие же люди как мы, что они любят своих детей, стараются справляться со сложностями. У большинства волонтеров, когда она знакомятся с семьей, возникает очень сильное желание помочь и понимание того, зачем нужна их помощь.

Есть семьи разного уровня сложности. Например, у выпускников интерната всегда много проблем. Хотя бывает тоже по-разному.

Фото с сайта otkazniki.ru

Это не какое-то возвышенное служение, а реальная помощь реальным людям. Все мы – люди и проблемы у нас похожие. Просто мы по-разному с ними справляемся, в силу разного жизненного опыта. И степень запущенности проблемы тоже может отличаться.

Например, девочка, которая всю жизнь прожила в детдоме, возвращается в родительскую квартиру. А там долги по «коммуналке» на 100 000 рублей и взрослая сестра, которая выросла в другом детдоме, с которой надо налаживать отношения.

Одна выпускница детдома нам рассказывала, что поначалу боялась даже во двор выйти, такой у нее был уровень социальной адаптации. После нескольких лет помощи куратора жизнь этой выпускницы сильно изменилась, теперь она многое может сама. Знает, как ребенка в садик устроить, как к поликлинике прикрепиться, как оформить пособие, как устроиться на работу. Для нас с вами эти умения не являются чем-то особенным, а детдомовцу приходится всему учиться «с нуля», поэтому должен быть человек, который поможет, объяснит, что это не страшно, может быть первый раз куда-то где-то даже «за ручку» сводит.

Конечно, если бы детские пособия в нашей стране были бы хотя бы 10 000 рублей, ситуация была бы другой. Половина семей, которые к нам обращаются, уже не нуждались бы в помощи, а если бы пособие на ребенка до 3 лет было бы 15 000 рублей, справляться с трудностями смогла бы половина наших клиентов. Положение также смогла бы спасти развитая система дошкольных учреждений. Возможность работать для мамы решает многие проблемы. А для детей до 3 лет у нас вообще ничего нет, а нанять няню не всем по карману.

Научите меня помогать!

Вводный семинар программы «Профилактика социального сиротства» проводится регулярно, раз в два-три месяца, с перерывом на лето. Основная наша задача – привлечь волонтеров. Иногда мы приглашаем на эти семинары волонтеров или сотрудников других организаций, которые интересуются профилактикой социального сиротства. На первом, вводном семинаре мы рассказываем о том, как работать в семьях, даем общие ориентиры. На второй семинар людей приходит меньше, кто-то понял, что это – не их, кроме того происходит естественный отсев.

Мы не читаем лекции, мы учим строить отношения с подопечными. У нас тренинговый подход к обучению, участникам предлагается много упражнений, которые позволяют почувствовать себя «в шкуре» волонтера, курирующего семью. Упражнение – способ уложить знания в голове, выработать навыки.

Можно поговорить об уважении к участникам программы, а можно – представить, что вы пришли в семью. Как можно выразить уважение к хозяевам дома? Уважение начинается с первого шага, с того, как ты обращаешься к человеку, что ты о нем думаешь, видишь ли ты в нем неприспособленного к жизни человека или личность с собственным жизненным опытом, с правом принимать решение и распоряжаться собственной жизнью.

Начинается с простых вещей, прежде, чем войти, нужно спросить разрешения, снять обувь, спросить, куда можно поставить вещи, куда можно пройти, можно ли осмотреть детскую и кухню. Эти несложные вещи сразу задают нужный тон.

У нас есть супервизии, система тренингов по эмоциональному выгоранию, мы всегда готовы проконсультировать и помочь. Мы оказываем нашим волонтерам поддержку, она не всегда идеальна, но она – есть.

Кто последний в волонтеры?

Обобщенный портрет нашего волонтера: женщина, от 25 лет, часто имеющая опыт материнства, с активной жизненной позицией, с желанием и умением менять этот мир к лучшему. Наши волонтеры часто имеют собственный кризисный опыт и понимают проблемы, с которыми сталкиваются наши женщины.

Отдача от такого волонтерства есть и она серьезная. Об этом говорит и то, что в команде фонда люди держатся подолгу, есть волонтеры, которые с нами с 2009 года. Люди не уходят. Конечно, текучка есть, у кого-то изменились обстоятельства, у кого-то дети родились, кто-то сменил работу. Но то, что люди остаются, означает, что у них есть мотивация.

Конечно, не каждый волонтер может стать куратором семьи. Мы стараемся, чтобы семья и ее куратор подходили друг другу. Бывают случаи, когда мы не рекомендуем волонтеру становиться куратором семьи, а предлагаем ему какие-то другие виды помощи, в фонде дело найдется для каждого. Но чаще всего те люди, которых мы не видим в роли кураторов семьи, сами это осознают и в кураторы не рвутся, а это значит, что наш тренинг свои задачи выполняет. Задача нашего тренинга как раз том, чтобы люди примерили на себя такую работу и поняли, подходит ли она им или нет.

Кто-то после семинара говорит: «Нет, я в семью не пойду, буду помогать детям в больнице». И это очень хорошо, у нас нет задачи сделать всех волонтерами. Мы за то, чтобы люди приняли взвешенное решение – нужно им это или нет.

А смогли бы вы помогать семьям? Хотите попробовать себя в роли волонтера? Приходите!

Вводный семинар программы «Профилактика социального сиротства» проводятся несколько раз в год, для участия нужно написать Диане Зевиной на dianazevina@yandex.ru, и вас пригласят на ближайшую встречу.

«При реализации проекта используются средства государственной поддержки (грант) в соответствии с Распоряжением Президента Российской Федерации от 17.01.2014 г. №11-рп и на основании конкурса, проведенного Региональной общественной организацией «Институт проблем гражданского общества».