Об отталкивающем уродстве

Есть вещи, с которыми трудно спорить, потому что интеллектуально, культурно, морально они находятся за пределами обсуждения. Однако иногда приходится вступать в разговор

Joaquin_Sorolla_Triste_Herencia
Хоакин Соролья и Бастида, «Печальное наследство» (1899): пострадавшие от эпидемии полиомиелита парализованные дети купаются под присмотром монаха. Изображение с сайта wikimedia.org

Статья главного редактора радио «Комсомольская Правда» «Ник Вуйчич и отказ от эволюции» вызвала немалое возмущение, автор попытался смягчить свою позицию — оставив ее, все равно, крайне возмутительной. Но, кроме возмущения, надо и возразить по существу — хотя это и затруднительно.

Любая попытка возражать наталкивается на ряд трудностей.

Во-первых, возникают моральные трудности. Публично высказывая некоторым воззрениям свои интеллектуальные возражения, вы неизбежно их легитимизируете — вы неизбежно помогаете создать впечатление, что это то, о чем морально вменяемые цивилизованные люди могут вести содержательную дискуссию.

Во-вторых, возникают культурные трудности. Культура — это пространство общего соглашения. Мы согласились не делать некоторых вещей; кое-что у нас считается грубой непристойностью, о которой не говорят. Обсуждать крайнюю непристойность затруднительно.

После Второй Мировой Войны все — христиане и атеисты, либералы и консерваторы, капиталисты и социалисты — сошлись на том, что объявлять какие-то группы рожденных женами не-людьми или неполноценными людьми — недопустимо. Это непристойно. Это исключает из числа возможных собеседников.

В-третьих, есть интеллектуальные трудности. Профессиональные ученые, как правило, избегают споров с шарлатанами — потому что у них нет общего пространства для дискуссии, слишком далеко за пределами науки находятся, например, социал-дарвинисты.

Да, в прошлом наука (и, особенно, теория Эволюции)  делалась предметом чудовищных  злоупотреблений — но если вы скажете современному биологу, что «Дефектные особи не должны дать потомства. Лучше, чтобы они сразу умерли. И ни в коем случае нельзя допускать инвалидов на вершину социальной пирамиды» — он с возмущением отвергнет мысль, что это может иметь отношение к его науке.

Однако иногда приходится вступать в разговор. Потому что цивилизация, как показывает ХХ век, явление очень хрупкое. Взгляды, чудовищные с точки зрения нравственности, дикие с точки зрения культуры и нелепые с точки зрения науки начинают укрепляется, как только с ними перестают бороться.

То, что эти взгляды может высказывать главный редактор популярного радио — это такой же пугающий признак обвала цивилизации, как если бы он публично испражнялся на Красной Площади. Это отталкивающее моральное уродство.

Однако, как ни затруднительно, попробуем возразить по существу. Автор пишет: «Это очень глубоко запрятанные чувства, в которых они сами себе не признаются никогда. Но ничего чудовищного в этом нет. Отвращение к «уродству», к болезни и к самой смерти заложено в нас эволюцией, естественным отбором, без которого на земле до сих пор в лужах копошилась бы протоплазма – и к ней сводилось бы вся жизнь».

0702vela-142BD1536D37C94C5C6
Диего Веласкес, «Портрет карлика Франсиско Лескано» (1643 — 1645). Изображение с сайта arthistory.cc

Начнем с того, что теория Эволюции — как и любая научная теория — не может быть источником моральных оценок. Если я украду у Евгения Арсюхина бумажник, объяснив это тем, что в ходе эволюции у нас выработалось стремление к овладению всеми доступными ресурсами, ни он, ни кто бы то ни было еще не сочтет это оправдание убедительным. Эволюция или нет, а бумажники красть нельзя.

Джефри Скиллинг, бывший директор корпорации Enron, финансовые преступления которого привели к банкротству этой корпорации, говорил, что источником его жизненной философии была книга Ричарда Докинза «Эгоистичный ген». Ссылки на биологию ему ничуть не помогли, и сейчас он отбывает длительный срок, а сам Докинз поспешил от него отмежеваться, заявив, что он сделал неправильные выводы из его книги.

Можно сколько угодно объявлять «естественным»  или «эволюционно обоснованным» те или иные преступные порывы — как это делали национал-социалисты, да и не только они — это никак не делает их менее преступными.

Люди не ведут себя так, как предписывает им естественный отбор.  Уже при захоронении неандертальцев было найдено тело человека, который был тяжело искалечен примерно в двадцать лет — и дожил примерно до сорока, и это значит, что соплеменники все это время его кормили. Да, насколько нам известно, животные себя так не ведут. Но люди в этом отношении отличаются от животных.

Как-то я видел документальный фильм про раскопки иудейского кладбища времен Господа Иисуса — исследования костей показывают, во-первых, что эти люди недоедали, а часто и просто голодали, во-вторых — что они кормили заведомо нетрудоспособных людей в своей среде.

И это было время, когда труд — земледелие, охота, ремесло — был исключительно физическим, зарабатывать на пропитание, стуча по клавишам, никто не мог, и люди кормили тех, кто не мог принести им никакой экономической пользы — потому, что они были люди, и вели себя как люди, а не как социал-дарвинисты.

В человеческой природе — воспринимать своих ближних как людей, сопереживать им, окликаться на их нужды. Отказаться от этого — не значит продвинуться по пути эволюционного прогресса. Это значит ниспасть до скотов бессловесных.

Более того, общий уровень человечности в обществе определяется именно отношением к наиболее уязвимым его членам. Если соседи и сограждане готовы видеть  человека в наиболее уязвимом из своих ближних — значит, они готовы будут видеть человека и в вас. Если к кому-то рядом с вами могут отнестись как к «дефектной особи», значит вы — следующий на очереди. Общество, бесчеловечное к слабым, неизбежно будет бесчеловечно ко всем.

Конечно, чисто секулярные аргументы — люди так себя не ведут, от зверства и одичания проиграют в конце концов все — могут оказаться недостаточны. «А мне-то что за дело — может сказать юберменш — человеком быть не желаю, а желаю быть белокурой бестией». Дело приводит к стрельбе, те, кто желают оставаться людьми, обуздывают белокурых бестий чисто физически.

33-600x400
Фото с сайта pravmir.ru

Но есть более важные аргументы, которые коренятся в правой вере. Человек создан по образу Божию и обладает неотменимым достоинством и ценностью — он дорог в очах Бога. Бог решил, что без человека мироздание неполно. Бог желает вступить с ним в общение и привести его в жизнь вечную и блаженную. Христос умер на Кресте ради его спасения. В том, как мы относимся к ближним, особенно наиболее уязвимым, проявляется наше подлинное отношение к Богу.

Именно Христос является нашим Господом, и мы поступаем так, как угодно Ему — а не так, как угодно всему темному, злому, звериному в нас, ссылается ли это звериное на эволюцию или что-либо еще.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.