От Петербурга до Приозерска – почти три часа на электричке. Потом четверть часа на такси до причала. Оттуда до Валаама – три с лишним часа по непредсказуемой Ладоге. Для Марины Макеевой – это привычный маршрут. Летом на остров ходят «Метеоры», с наступлением холодов навигация заканчивается. Сейчас октябрь и остается только один способ добраться до острова, если, конечно, нет шторма: монастырский кораблик «Святитель Николай».
Вообще-то это грузовое судно, но людям тоже можно. Корабль везет топливо, продукты, стройматериалы – все, что нужно для монастыря. На палубе – ящики, коробки, чьи-то сумки. Пахнет дизелем и стоячей водой. Кто-то из пассажиров остается наверху, у борта, закутавшись в куртку. Ветер бьет в лицо, брызги долетают до середины палубы.
Марина спускается вниз. Судно качает. Слышно, как работает двигатель. Время в пути тянется долго. Вот и пристань. Паломники идут к гостинице, а Марина спешит к старому вагончику. В ее рюкзаке – антибиотики и кошачий корм. Возле вагончика ее уже ждут коты всех цветов, пород и состояний. Ее любимчик Верун улыбается от радости. Или ей это только кажется? В общем, здравствуйте, дружочки! Кому рыбки?
Вагончик, в котором живут котики
Монахи называют это место Кошачий хутор. Величественный старинный монастырь, строгая северная природа, толпы паломников, звон колоколов – и чуть в стороне – старый вагончик с котами. Сейчас здесь живут 16 котиков. Периодически приходит подкормиться еще с десяток полудиких котов.
Для котов в вагончике выделена большая комната с обогревом и светом, в ней они обитают круглый год. Здесь же стол для лечебных манипуляций. В деревянном окне всегда открыта форточка, в которую коты могут ловко запрыгивать с улицы. Есть карантинный бокс. Посередине – закуток, где Марина живет, когда приезжает на остров.
В этом году лечебнице подарили новую бытовку – ее решили оборудовать как хирургический комплекс. До этого 12 лет все делали в одном помещении на одном столе: и обедали, и лечили, и оперировали.
«Я врач и готова помогать»
Марина – ветеринар. В Петербурге у нее частная практика и два дня в клинике, дома – три свои кошки. Впервые Марина приехала на Валаам в 2012 году. К этому времени, уже во взрослом возрасте, Марина приняла Крещение. В тот первый раз Марина приехала сюда как волонтер и сажала цветы у центральной усадьбы.
Руководил группой трудников Дмитрий Гераскин – молодой послушник, который очень любил кошек. Когда Марина спросила у него, откуда на острове столько больных животных: хромых, худых, без глаза или с потрепанным ухом, Дмитрий рассказал о беде, в которой оказались местные коты.
Когда в девяностые люди начали переселяться с острова на большую землю, многие из четвероногих остались без дома. В суровых северных условиях они дичали, мерзли и голодали.
Потом к ним присоединились кошки, которых люди привозили в подарок монахам. И породистые, и обычные. Они свободно бегали по острову. И, конечно, их никто не прививал – у монахов просто не было такой возможности. Получилась замкнутая популяция – на протяжении многих лет кошки скрещивались друг с другом и передавали друг другу одни и те же болезни.
«Я говорю: ужас какой! Я ведь врач, я готова приезжать, помогать, насколько это возможно в этих полевых условиях», – вспоминает Марина.
Дмитрий загорелся идеей. В следующий ее приезд на валаамской ферме в нескольких километрах от главного монастырского комплекса они организовали место, чтобы лечить и стерилизовать кошек. Поначалу использовали клетки, в которых раньше сидели куры.
По вечерам, после работы на ферме, Марина ходила по домам – у местных жителей, небольшое число которых так и осталось на острове, тоже оказались животные, которых нужно было лечить.
А потом, в 2014 году, с благословения игумена на территории обители появился ветеринарный вагончик.
Дмитрий принял монашество и сейчас на Афоне.
А Марина прикипела к Валааму на 14 лет и ездит сюда на несколько дней каждый месяц, кроме зимы
Вирусы, переломы и операции
Работы для ветеринара на острове всегда много: у животных случаются переломы, травмы, они страдают вирусным иммунодефицитом, их мучают кожные заболевания, проблемы с ушами и глазами, им нужна плановая стерилизация.
Понемногу, но ситуация меняется к лучшему. Снизилась рождаемость больных котят. Раньше на скитах был настоящий конвейер: рождалось немыслимое количество котят, до 50 за сезон. Зимой кормить нечем, многие умирали от голода, выжившие затем скрещивались друг с другом, рождались уродцы.
«Сейчас этого уже нет. На центральной усадьбе все стерилизованы, и на большинстве скитов тоже», – говорит Марина.
Проблема в том, что не все монахи это одобряют. Некоторые считают: раз Бог так решил, пусть размножаются. Марина спорить не любит.
К тому же, у многих монахов в кельях живут коты: они сами порой заходят к Марине за советом или за лекарством для любимцев – берут средства от блох и глистов, антибиотики для животных, капли. Валаамский ветврач и прививает монастырских питомцев, и вычесывает им колтуны, и подсказывает инокам, как правильно заботиться о животных.
Один из монахов, отец Иероним, не просто сочувствует Марине, участвует, как она говорит, «делом и сердцем» в жизни ветлечебницы. У него самого в скиту живет девять хвостатых – любовь к котикам и подружила инока и ветврача.
Отец Иероним всегда готов помочь – что-то привезти, отвезти.
Марина и волонтеры трудятся бесплатно. Монастырь выделяет на нужды лечебницы небольшую сумму ежегодно: хватает, чтобы закупить лекарств на некоторое время. Ветеринар благодарна и за это, и за то, что на острове разрешили поставить вагончик и лечить кошек.
«С ними нужно разговаривать — тогда будет толк»
Марина объясняет нам, что кошки на острове очень независимые.
«Ты можешь вынести миску с едой, поставить и уйти. Кошка поест, будет тебе благодарна, но все равно не станет плотно контактировать с тобой. С ними нужно общаться, разговаривать. Тогда будет какой-то толк», – считает ветеринар.
У Марины есть любимцы, о которых она рассказывает с особенной нежностью. Вот котик Глазик, так его зовут из-за поврежденного глаза. В юности перенес вирус герпеса, осталось бельмо. Сейчас ему около 13 лет. Он перенес несколько операций, ему удалили все зубы. Марина провела с ним в Питере почти месяц, каждый день приезжала в стационар навещать несчастного питомца.
«Другой кот после таких гадких процедур обозлился бы, стал агрессивным, а этот – миротворец, все прощает. У него можно поучиться прощению и терпению», – рассуждает Марина.
Но Глазик, похоже, все помнит: сначала радуется встрече с Мариной, а потом вспоминает, как ей кажется, через что прошел – и начинает прятаться от своей спасительницы. Но потом видит в ее руках лакомство – и снова становится ласковым и доверчивым.
«Смотришь в глаза некоторым котам и понимаешь, что это не просто кот – будто целый космос на тебя смотрит. Глазик – это воплощенные смирение, терпение, любовь, прощение».
Такой же добряк – котик Верун, который любит сидеть на коленях у Марины. Ему почти девять лет. Веруна назвали в честь волонтера Веры, которая хотела взять его – но уехала и так и не забрала. Он остался рядом с Мариной – ручной и будто домашний. А сейчас он совсем плохо себя чувствует и Марина за него переживает.
Любовь к жабам, птицам и змеям
Что Марина станет ветеринаром, было понятно еще в первом классе, когда она зачитывалась книгами Джеральда Даррелла и журналом «Юный натуралист». Так почему-то получилось, что родители и бабушка дарили книги только о животных. «А потом удивлялись, в кого я такая уродилась», – смеется Марина.
А дальше в жизни Марины появилась легендарная передача «В мире животных» с Николаем Дроздовым. Каждый выпуск был для нее событием! А то, как Николай Николаевич прижимал к себе жаб, восторгался ядовитыми змеями, нежно трепал по чубчикам попугаев, обнимал шимпанзе и здоровался с морскими свинками, неизменно приводило Марину в восторг!
Как было после этого не выбрать профессию, связанную с животными?
«Уход за животными — это рутина»
Одной Марине ни за что бы не справиться. Сейчас ей помогают два волонтера: Вероника и Наташа. Обе живут здесь уже два года на постоянной основе.
«Я так рада, что они здесь, – говорит Марина. – Я каждый раз осенью ищу людей, которые могут остаться на зиму, когда я не могу добраться до острова, но таких смельчаков немного. И их можно понять. Суровая природа, холод, снег, ветра, метели. Нужно идти от теплого жилища к вагону, разгребать снег, кормить. Каждый день. Бывало, люди заболевают, но все равно идут, потому что больше некому. Коты-то сидят, ждут».
Марина очень благодарна своим помощницам, но верит, что найдутся и другие добрые люди, которые хотят потрудиться на Валааме.
А забот у ветеринара непочатый край.
Марина не только лечит животных, но и доставляет, если можно так выразиться, к себе на прием несознательных элементов с помощью кошколовок.
Отлавливать полудиких кошек трудно: две кошколовки, сачок, и почти нет людей, которые бы помогали. Один человек не сможет этим заниматься вплотную, нужно еще делать основную работу. А дело это не быстрое. Поэтому Марине очень нужны рабочие руки.
«Сейчас процесс идет медленно. Нельзя за день поймать 20 кошек. Нам их некуда сажать, у нас ограниченное карантинное пространство», – объясняет она.
«В общем, уход за животными – это рутина: ловить, кормить, чистить клетки, убирать, протирать глазки и носики, закапывать капли. И так каждый день», – говорит Марина.
Если кто-то хочет приехать помочь, лучше приезжать не менее чем на месяц. За неделю и человек не успеет ни обучиться, и животные не успеют к нему привыкнуть.
Но волонтеры не рабы – успевают побывать на службах, сходить при желании в поход, останется время на экскурсии. Те, что живут на острове подолгу, даже совмещают волонтерство с оплачиваемой работой в монастырских службах: например, в гостинице или на фасовке знаменитого валаамского кофе.
Лекарства — в дефиците
Марина говорит, что Господь не оставляет ее и посылает добрых людей. Экскурсоводы показывают паломникам вагончик: «А вот домик, где живут котики!», рассказывают, что котят можно взять с собой. И бывает, что кто-то откликнется – возьмет с собой какое-нибудь пушистое счастье.
Волонтеры привозят нужные вещи, неравнодушные люди присылают посылки из других регионов.
«Прямо чувствуешь, что ты не один во Вселенной», – говорит Марина.
Антибиотики, хорошие глазные капли – все это на острове так просто не достать. Важно, чтобы препараты под определенные схемы лечения всегда были в наличии – до материка далеко, и даже там нужных лекарств может не оказаться.
Когда ты в отчаянии — помощь придет
Отдельная забота ветеринара – котята, которых надо отдать в добрые руки. Маму стерилизуют, выпускают, котят приучают к людям и стараются пристроить. Раньше за сезон пристраивали до 30-40 котят. В этом году – 25.
Узнать о котятах можно в группе ВК «Валаамская ветеринарная лечебница».
Марина вполне довольна своей жизнью, только сильно устает и мечтает о всяких штуках вроде анализатора крови (такой стоит от 120 тысяч рублей) и тестов на инфекции, чтобы сразу понимать, что случилось с котом. Но это стоит денег, которых нет. Но Марина верит, что помощь обязательно придет. «Когда ты в отчаянии и не знаешь, что делать – обязательно появляется какой-то посланник. Тебе не дают упасть в эту мрачную бездну», – уверена она.
Несколько дней назад, например, нашлись хозяева еще для двух котят: Марина посадила на корабль и отправила на большую землю маленьких и очень напуганных Сару и Астру. Малыши до дома добрались хорошо, уже освоились на новом месте, вовсю мурчат и ласкаются к новым хозяевам, сопят на мягких диванах. Будто родились не бездомными.
…Осенью паломников на острове мало. На Валааме холодно, сыро, дождь льет стеной, от порывов ветра ходит ходуном крыша. А в теплом вагончике мирно спят коты и кошки, которым снятся прекрасные кошачьи сны, потому что они знают, что их здесь всегда накормят, промоют глаза, если нужно, закапают в нос и успокоят, если станет страшно.
