Если не будет ваших возражений, положительная разница между суммой, достаточной для помощи по данному объявлению, и общей суммой поступивших пожертвований будет направлена на помощь другим нуждающимся в той же категории просьб.

Когда-то Ирина Петровна работала медсестрой в реанимации, спасала жизни. Сегодня спасти нужно ее – сделать сложную операцию, но для начала – поставить точный диагноз

klevtsova

 

Ирина Петровна Клевцова живет в Москве. У нее спокойный, немного отрешенный голос человека, который прошел множество инстанций, смертельно устал, но не сдался.

Предварительный диагноз — идиопатический фиброз мышц головы, шеи и мышц плечевого пояса. Женщину мучают сильные боли в области головы, шеи, боль трудно чем-либо снять, мучительно прогрессирует затруднение  глотания. По КТ описано уплотнение мышц головы, их смещение, некроз слёзных железы, мягкотканное образование, разрастание ткани, но результаты исследования, к сожалению, не дают возможности  сделать окончательный вывод о диагнозе.

История болезни Ирины Петровны продолжается 13 лет. Началось с зубной боли – заныл весь нижний ряд зубов, сильно опухла щека. Стоматолог предположил, что где-то зажат нерв. Какое-то время спустя у женщины начала кружиться голова, появилась слабость, она в буквальном смысле этого слова начала натыкаться лбом на стены. С подозрением на опухоль Ирину Петровну направили в институт им. Бурденко. Однако тамошние специалисты это страшное предположение опровергли сразу – до биопсии дело не дошло.

Самочувствие женщины ухудшалось и в 2003 году ей дали инвалидность. Работу пришлось оставить, быть медсестрой при таком состоянии здоровья – невозможно.

«Только компьютерную томографию мне делали 64 раза. Мне говорили: сделайте еще снимок, я шла и делала, потом еще и еще» – говорит Ирина Петровна. Медицинских документов у нее — пухлая папка. Множество МРТ, тестов, которые кроме дисплазии соединительной ткани, не показали ничего.

Ирина Петровна наблюдалась у невролога, челюстно-лицевого хирурга, нейрохирурга, онколога, каждый описывая снимки, видел что-то свое. Впервые слово «фиброз», прозвучало в 2009 году, однако облегчения Ирине Петровне эта новость не принесла – выяснить причину заболевания, а значит назначить адекватное лечение российские врачи так и не смогли. Невролог посылал к хирургу, тот к онкологу, и так по кругу.

Надежда забрезжила было в 2013 году – после череды отказов и долгих врачебных споров Ирине Петровне удалось получить квоту – ее направили на обследование в «Медицинский институт «Хадасса» при Еврейском университете». Однако пребывание там не принесло никаких результатов – израильские специалисты предположили болезнь Ромберга, а затем исключили ее.

Конечно, Ирина Петровна пыталась справиться собственными силами – собрала все свои сбережения и отправилась в Берлин. Денег хватило на перелет и консультацию челюстно-лицевого хирурга. Кроме того, в Берлине нашлась клиника, которая изучает заболевания мягких тканей, там готовы провести обследование и поставить диагноз.

Само обследование, перелет, трансфер, услуги переводчика – выливаются в немалую сумму, которая в связи с растущим курсом валюты увеличилась даже по сравнению с той, которая была объявлена изначально. На настояий момент мы просим собрать 792 400 рублей (при публикации просьбы это было 597 520 рублей). Ирина Петровна живет на пенсию по инвалидности, из родных у нее только престарелая мама. Двум женщинам неоткуда взять такую сумму.

«Боли нарастают, а я даже «скорую» не могу вызвать. Просто потому что в России меня некуда везти», – подводит печальный итог Ирина Петровна. Женщина уверена, что ей можно помочь, но для начала надо поставить диагноз.

На обследование и лечение в Германии – вся надежда. 13 лет бессилия и боли хочется забыть, как страшный сон. Пожалуйста, помогите собрать средства!