Ирина с детства боялась грозы. Когда была маленькая, забиралась под кровать в самый темный угол и закрывала уши. Только после того, как она увидела войну, поняла, что гроза – не повод переживать.
Ирина Моисеева выросла в Луганске, а в 20 лет переехала в Петровку, поселок городского типа неподалеку. В тот день, когда она впервые почувствовала свою болезнь, тоже приближалась гроза. Ирина в окно увидела надвигающиеся тучи и побежала в сарай, он находился через дорогу. Нужно было собрать утят и гусят.
– От сарая до дома метров 50. Полил дождь, я побежала, в руках ящик с утятами. И в это время молния ударила в газовую трубу возле меня, я упала на колени. Надо бы встать, а у меня ноги ватные. Ути в руках, а ног нет, и все, – вспоминает Ирина, тогда ей было 42 года.
– Потом я начала чувствовать слабость на лестнице, во время уборки. Чтобы подняться с пола, нужно было опираться на диван или кресло, – три года Ирина не хотела признавать свой диагноз, сопротивлялась словам медиков.
– В 45 лет я поехала в санаторий в надежде, что это неправда. Там мне стало легче, я снова танцевала, казалось, все снова так легко. Я очень любила по жизни танцевать, наверное, знала, что буду потом очень много лежать, – говорит Ирина. – Прошло две недели после санатория, и я смирилась, пошла оформлять группу инвалидности.
Диагноз Ирины Моисеевой – прогрессирующая миодистрофия. Мышцы постепенно ослабевают, лишая её двигательных возможностей. Вот уже 3,5 года, как Ирина больше не может стоять и ходить. С недавних пор слабее стали и руки.
В молодости Ирина работала воспитательницей в детском саду. Потом пришли 1990-ые, садики закрылись, пришлось выживать: первое время пекла хлеб на продажу. Потом начались шабашки – поклеить обои, подработать в молочном цехе. Муж Гордей работал грузчиком, вместе они воспитывали двоих детей. После десяти лет тяжелого труда Ирина поняла, что её мытарства того не стоят. Сил нет, детей она почти не видит. Женщина решила найти работу для души:
– Я стала контролером, кассиром и вышибалой на дискотеках – три в одном. Это была моя любимая работа. Там был такой бедлам – драки каждый день, все в осколках, столько покалеченных ребят. А я навела порядок. Молодежь меня уважала, а я уважала их. Все называли меня «тёть Ир», я могла запросто с ребятами пойти танцевать. Знала, кого можно пустить, а кого нельзя пускать вообще. Устроила туда своего сына, он стал диджеем. Мы проработали там 10 лет, до 2014 года.
В 2014 году Ирина помогала сыну перебраться в Россию, в Воронежскую область, родом оттуда были ее предки:
– Я много плакала тогда. Сын как-то сказал мне: мама, ты же борец по жизни, а сейчас плачешь, как так? А я ему говорю: я мирный боец, а не военный! Я, говорю, не настроена на войну!
В Воронеже Ирина начала активно заниматься рукоделием, и через два года вернулась домой с целым ящиком материалов. Новым делом Ирины стало изготовление декоративных бантиков – люди активно покупали их в качестве украшений на выписки, свадьбы, для фотосессий. Тогда она уже передвигалась в коляске и с трудом могла встать. Но творческий процесс не останавливался: со временем Ирина начала шить кукол и продавать их по интернету, о ней даже написала районная газета.
Осенью 2025 года Ирина выпала из коляски – ее не удержал муж во время спуска по неисправному пандусу. Женщина сильно ударилась головой, и с тех пор пока не может вернуться к рукоделию: мучают слабость и боли.
– Я очень, очень плохо себя чувствую. Как в мультике: лапы ломит, хвост отваливается, шерсть с меня сыпется, – сквозь слезы шутит Ирина.
Дети Ирины не могут быть с ней рядом всегда: дочь живет в соседнем городе и одна воспитывает двух дочерей, сын с женой и дочерью остался в Воронеже, выплачивает ипотеку. Но Ирина всегда вместе с мужем Гордеем:
– Мы с ним абсолютно разные люди по темпераменту и мышлению. Он медленный, я быстрая, он абсолютно неприхотливый, я педант. Но друг без друга мы не можем. Ведь я его глаза, а он мои ноги. Гордей слепой, я не ходячая. Поэтому мы вместе, – говорит Ирина.
Ирине Владимировне 61 год, Гордею Петровичу – 65, у него 3 группа инвалидности по зрению. Но каждый день несколько раз он пересаживает жену из коляски в кровать и обратно. У мужчины уже образовались две грыжи, а бандажи перестали помогать, развился сильный тромбоз.
– Раньше он мог пересаживать меня плавно, а сейчас как спортсмен – дергает рывком. Мне больно, а он не может иначе. Сил больше нет, – рассказывает Ирина.
Жизнь Моисеевых мог бы значительно облегчить электрический передвижной подъемник Rebotec Арнольд. Он полностью избавит Гордея Петровича от необходимости поднимать жену, а Ирина перестанет испытывать боль при пересаживании. Стоимость такого приспособления – 172 000 рублей. Двум пожилым инвалидом, живущим на пенсии (46 074 рубля на двоих), такую покупку не осилить. Сейчас денег им еле хватает на еду и лекарства.
Никакие обстоятельства не сломали Ирину. Она как была жизнерадостным, творческим и общительным человеком, так и осталась. Сейчас она очень ждет весну – ее любимое время года. А еще Ирина скачала на планшет игру, где строит свою ферму.
– Играю, чтобы не киснуть. Познакомилась там с девчатами, мы друг другу помогаем, шутим. Моя ферма называется «Мечта Ирины», – улыбается женщина. – Я не думала о будущем, когда узнала о болезни, вообще. Жила и жила. И сейчас я думаю только об одном – я не хочу умирать, я хочу жить!
Давайте вместе поможем Ирине и Гордею Моисеевым!
Мы полностью направляем на помощь людям все ваши пожертвования, перечисленные на просьбы о помощи. Из суммы вашего перевода вычитается только комиссия платежных систем, которые обслуживают денежные переводы и обеспечивают безопасность ваших данных.