16 января 2021 года, когда Егор Дащук праздновал день рождения мамы, ему позвонили друзья и сообщили, что в соседнем доме начался пожар. Недолго думая, молодые люди решили выйти на помощь.
– Огонь быстро дошел с первого этажа до крыши, по ней начал распространяться на другие подъезды дома. Мы стали помогать людям выносить детей, животных, все, что им было дорого. Не помню, сколько раз я тогда поднялся и спустился по лестнице на пятый этаж, – вспоминает Егор. Тогда ему был всего 21 год.
Той же ночью у Егора заболела нога. Он не придал этому значения – все казалось закономерным. К тому же, Егор в то время много играл в футбол и баскетбол. Травмы были ему привычны, и поход к врачу Егор отложил.
Но боль не проходила. Первый поход к травматологу прошел быстро – врач без осмотра поставил диагноз и отправил Егора делать компрессы. Они то давали результат, то нет, и тогда боль возвращалась с новой силой. Во второй раз Егор оказался у врача, когда уже не мог наступать на ногу. «Перелом», – заключил новый травматолог, посмотрев на рентген. Два месяца Егор ходил в гипсе. А когда снял его, обнаружил, что не может ходить.
Егор решил обследоваться платно – прошло уже полгода с дня пожара, боль настораживала. Во время КТ врач заподозрил опухоль на кости и оказался прав. Егор узнал свой настоящий диагноз – саркома Юинга, агрессивный рак костей.
Саркома Юинга чаще всего поражает кости молодых людей. Опухоль разрушает костную ткань изнутри, поэтому болезнь может долго напоминать последствия травмы: появляется боль, человек начинает хромать, а со временем кость становится настолько хрупкой, что может сломаться даже при обычной нагрузке.
– Были разные мысли тогда. Я горевал, сожалел, а потом решил – что уж, надо бороться. Близкие поддерживали меня. Друзья вытаскивали на улицу, возили в город, когда я проходил лечение, – вспоминает Егор. – Первых капельниц я даже не помню, потом стало очень тяжело. А в конце я уже ходил на химию как на работу: надо – так надо.
После удаления опухоли и терапии Егор вышел в ремиссию. Но все же перед каждым обследованием волновался – вдруг болезнь вернется. В декабре 2025, во время обследования для продления инвалидности, у Егора нашли одиночный метастаз в легком.
– Это было прямо перед Новым годом, я сильно расстроился, надеялся, не произойдет такого. Но грустил только несколько дней, потом понял, что надо продолжать бороться дальше. Такой у меня характер, – говорит Егор.
В январе 2026 года метастаз удалили хирургически. Сейчас по данным обследований новых очагов болезни нет. Чтобы снизить риск повторного возвращения рака, Егору назначили курс послеоперационной химиотерапии препаратом ифосфамид. Он эффективно уничтожает опухолевые клетки, но одновременно может повреждать здоровые ткани организма. Особенно сильно от его токсического действия страдают почки.
Чтобы защитить организм от этих осложнений, вместе с ифосфамидом врачи назначают препарат «Месна». Во время распада химиопрепарата в организме образуются токсичные вещества, которые выводятся через мочевую систему. «Месна» связывает эти вещества и помогает сделать лечение более безопасным. Без такой защиты химиотерапия может привести к тяжелым осложнениям.
Первый цикл лечения Егор сможет пройти благодаря препарату, который уже пожертвовала фармацевтическая компания. Но для следующих пяти циклов лекарства пока нет. Российский препарат с тем же действующим веществом существует, но сейчас поставляется в ограниченном количестве в федеральные центры Москвы. Поэтому для лечения Егора врачи подобрали препарат «Месна» и получили разрешение Минздрава на его ввоз в Россию.
Курс химиотерапии состоит из шести циклов, которые проводятся каждые 21 день. Для прохождения оставшихся пяти циклов необходимо 190 упаковок препарата «Месна» стоимостью 247 000 рублей.
Сейчас Егору 27 лет, он живет в Ленобласти, в городе Сертолово. Работать физически не может из-за высокой утомляемости и хромоты. Старается находить подработки онлайн. Вместе с мамой на двоих у них есть чуть больше 76 000 рублей на месяц, и самим им не найти такой суммы. Отец не принимает участия в жизни Егора.
– У меня грандиозные планы на будущее. Я хочу построить дом, создать семью, – делится Егор. – Во время первого лечения меня бросила девушка, было тяжело морально. А сейчас все наоборот: у меня бодрый дух, а во время первого цикла химии я нашел девушку. Я облысел, боялся встречаться с ней и говорить правду о своей болезни. А она сказала: «Какая разница? Ты дурак, если думал, что мы перестанем общаться!» Мне хочется думать, что все должно быть хорошо. Может быть, болезнь закончится навсегда?
Егор уже прошел серьезные испытания на пути к выздоровлению. Сегодня ему нужна наша помощь, чтобы выйти в стойкую ремиссию.
Фотографии из личного архива Егора Дащука
Мы полностью направляем на помощь людям все ваши пожертвования, перечисленные на просьбы о помощи. Из суммы вашего перевода вычитается только комиссия платежных систем, которые обслуживают денежные переводы и обеспечивают безопасность ваших данных.