Когда чемпион России по брейк-дансу, потеряв в ДТП ногу и вернувшись на сцену, балансировал без костылей, поднимая партнершу на воздух в телешоу «Танцы», зал взревел, встал и больше никто не садился

1

Танцор без ноги, что может быть неправдоподобней? Это чудовищно, несправедливо, больно? «Это прекрасно», — сказала я себе, увидев танец и самого Женю. Спортивная выправка, рыжий чуб, яркая улыбка. Молодость и профессионализм редко бывают одновременны, и если бывают, мало что тому помеха.

Вместо правой ноги – пустота. Танцор легко поднимает партнершу, двигаясь в ритме брейк-данса. И, кажется, так и было задумано природой, вторая нога была бы здесь лишней.

«А слабо наконец поверить в себя?», — хочется сказать всем нам, унылым, ищущим и не находящим.

в 2012 году Женю Смирнова нашли в кубанской больнице. 26-летний чемпион России по танцам был самым тяжелым пациентом: газовая гангрена после ДТП. Ампутация. Это беда для любого, а для танцора, чей инструмент — тело, — почти потеря смысла жизни.

7

Но вот 29-летний танцор снова на сцене. На съемках телешоу «Танцы» на телеканале ТНТ зал взревел и встал, когда Женя, пластично балансируя без костылей, поднимал в воздух партнершу. И больше уже никто не садился.

12 октября 2015 года Женя танцевал в концертном зале РГСУ — его приезд в Москву организовал Мосгортур в рамках проекта «Вожаторий. Открытые лекции и встречи при участии компании «Мосгортур», Департамента культуры города Москвы, Аргументы и Факты, Клуба выпускников РГСУ».

А в перерывах Женя рассказывал, что собирается открывать собственную школу танца: и для взрослых, и для детей-инвалидов.

3

— Я занимаюсь танцами с 14 лет. Рос в 90-е, когда многих тянуло в кооперативы или рэкет. Меня это не увлекло, а энергия била через край, нужен был выход. И когда я впервые увидел по ТВ брейк-данс, я понял: нашел! В нем есть все танцевальные стили, все ритмы. Теперь я знал, чем буду заниматься.

Вначале выбрал самый тяжелый стиль — power move, сумасшедший такой, и в нем успевал. У нас не было никакой профессиональной школы, мы все были самоучками, что приводило к многочисленным травмам — неправильно разминаешься, неправильно ногу поставил — травма. Мы — уличная команда.

— И как вышли на профессиональный уровень?

— В поселке Лазаревское, где я жил (под Краснодаром – прим. Ред.), в двух школах ребята стали танцевать, человек по 5-10.  Мы перезнакомились, создали команду, придумали программу. Тренировались на стройках, где клали листы оргалита, милиция еще нас гоняла.

Ведь поначалу брейк-данс не поддерживал никто — ни администрация, ни культурные центры, наоборот, возмущались и препятствовали.

Но мы не сдавались, подавали заявки на участие в фестивалях, стали получать призы. Выиграли «Вторую волну» — спортивный фестиваль шоу-программ в Сочи. Начали участвовать в международных соревнованиях, тоже были призы. На фестивале шоу-программ Golden Fairy в Сочи уже стали золотыми призерами.

2

— Вам не говорили, что танцы танцами, а мужчине нужно «настоящее образование»?

— У меня есть «настоящее образование» — я закончил Черноморскую гуманитарную академию в Сочи и получил диплом менеджера.  По специальности поработал полтора года в туристической фирме, а потом – авария. Сам я, слава Богу, никого не задел. Помню, перелетел через обочину, сознание не потерял, а встать не могу, — нога в крови. Первое, о чем подумал: не дай Бог я потеряю ногу.

Уже в больнице ко мне подошел друг и прямо сказал: «либо ты, либо нога».

Врачи у нас невысокого уровня, ногу запустили, дошло до гангрены очень быстро, буквально за три дня. А был лишь перелом голени, но мне ампутировали одну треть ноги, и еще чистили по самый пояс. Вопрос стоял: выживу ли вообще.

— Что помогало это пережить?

— Я спросил друга, смогу ли я хоть на машине ездить, он мне ответил, что меня не оставит, будет со мной. Пошла череда операций. После последней я сразу же пытался форму набрать — отжимался, тренировался, но было очень больно, поэтому сделал перерыв, а потом начал все заново. В общем, поддержка близких, а в моем случае именно друзей, многое значит.

Первый раз вышел на танцпол без ноги сначала среди своих, это был фурор! Ребята дали мне понять, что это круто, очень поддержали. И я стал выходить на сцену. Было нереально сложно просто равновесие удерживать. Во время танца я прямо заставлял себя забывать, что ноги нет. Но мне вот захотелось «идти дальше», остаться в профессиональных танцорах, несмотря на ампутацию.

Ночью думал, как это все воплотить, как перестроить движения танца, распределить нагрузку тела. А днем тренировался. Когда спустя полгода первый танец получился — это была фантастика. И все, я поверил, я стал этим жить.

Мне как-то один знакомый сказал, что я похож на космонавта, который взлетает в небо без ракеты. Что ж, пусть будет так. Главное – до неба добраться!

6

— А как родилась идея создания инклюзивной школы танцев?

— Когда столкнулся с собственной инвалидностью и начал общаться со многими людьми-инвалидами, я увидел, как они хотят заниматься чем-то, чтобы отвлечься. Знаете, особенно детям, подросткам, молодым людям с ограниченными возможностями важно чем-то заниматься, чувствовать себя при деле, нужным себе и людям. Если даже у такого человека в танце не получается что-то, он останется в нашей команде, допустим, видеооператором, администратором, чтобы быть с нами. Это очень важно.

SA2_3544

Невероятно радостно видеть счастливое лицо ребенка — он забывает, что у него чего-то нет, что у него какая-то проблема, это же счастье! Это единственные моменты, ради которых я все это задумал, и поверьте мне, воплощу.

5

Скажу как человек, переживший в жизни пару тяжелых минут: не останавливайтесь, идите вперед. Нельзя сидеть на месте. Чем ниже человек себя ценит, я имею в виду в профессиональном смысле, тем ниже его ценят другие. Чем больше человек делает, в том числе и для других, тем легче ему и с собой, и с другими. Для меня очень важно отдавать».

Человека, у которого воплощаются мечты, видно по глазам. Скоро у Жени свадьба, он сделал предложение любимой девушке. И, если все сойдется, он обязательно откроет школу танцев, где даже не посмотрят, есть ли у танцора руки-ноги, не скрючены ли они спастикой, прямая ли его спина. Спросят только одно: «Ты хочешь танцевать? Мы научим тебя делать это красиво».