Юлия Кувшинова: наследница аристократов несчастья создала город Кувшинов и исчезла

Мы ничего не знаем ни об обстоятельствах рождения Юлии Михайловны, ни об обстоятельствах ее смерти. Пришла ниоткуда, построила город – и ушла в никуда

Юлия Михайловна Кувышинова. Фото с сайта http://kuvznama.ru/

Аристократы несчастья

Село Каменное (оно же Каменское) впервые упомянуто в 1624 году: «сельцо Каменное, Чуриловской волости, состоит за Василием Алексеевым сыном Благово, стольником царицы Натальи Кирилловны».

Однако же о нем всерьез заговорили только в 1799 году, когда граф Василий Петрович Мусин-Пушкин открыл здесь «бумажную мельницу» – фабрику по производству бумаги. Благо сырья хватало – вокруг одни леса. Правда, ассортимент был скудным. Здесь выпускали так называемую «сахарную бумагу», предназначенную для обертывания сахарных голов.

Спустя 70 лет фабрику покупает московский купец-первогильдеец Михаил Гаврилович Кувшинов. Производство модернизируется, ассортимент расширяется. Здесь, среди прочего, делают писчую бумагу высшего сорта. Не всякой фабрике это по силам.

Затем ее наследует Сергей Михайлович Кувшинов, но в 1894 году он гибнет в кораблекрушении. Николай Платонович Карабчиевский – адвокат, защищавший в суде капитана потонувшего судна – упоминает Сергея Михайловича в своей речи:

«Я бы назвал их аристократами несчастья, аристократами в лучшем значении слова. Они оставались на корме, все более и более погружавшейся в воду, чувствовали приближение рокового момента, но оставались спокойными.

Кувшинов закурил папиросу, он находил, что умереть когда-нибудь надо и что лучше – «это умереть спокойно». Была ли это эстетическая бравада человека, желавшего «красиво умереть», или действительное спокойствие философа… для нас безразлично; спокойствие было».

«У рабочих есть желание культурно проводить время»

Верхняя фабрика. (Фото из коллекции А.Н. Семенова). С сайта smolbattle.ru

Управление фабрикой переходит в руки сестры Сергея Михайловича, Юлии. С этого момента и село, и фабрика начинают развиваться немыслимыми темпами.

Первым делом Кувшинова производит кадровую перестановку. Пренебрегая старой русской поговоркой «Лучшее – враг хорошего», она увольняет хороших и набирает лучших. Это относится и к высшему менеджменту фабрики, и к техническим специалистам.

Рабочих же менять не стали, просто организовали эффективную систему подготовки. У станков стояли те же мужики, но дело свое они выполняли в несколько раз лучше.

А станки как раз были другие – Кувшинова не пожалела денег на полное техническое переоснащение. Конечно, расширяется ассортимент. От уже упоминавшейся синей «сахарной бумаги» до чертежной, от пергамента до роскошной, с водяными знаками. Бумага для тетрадей, писчая, почтовая – все, что только можно представить.

С персонала много требуется, но ему и многое дается. Всем, кто работает на фабрике более пяти лет, выплачивают ежегодные пособия.

Для нужд села выписывают из Москвы архитектора Флегонта Воскресенского. Старший из двух братьев-архитекторов, работавших в стиле модерн, он к тому времени уже прославил себя зданием сытинской типографии на углу Пятницкой и Валовой улиц и особняком Носовых на нынешней площади Журавлева.

В Каменном появляются огромный магазин (он сделал бы честь любому губернскому городу), больничный городок.

В 1903 году губернский съезд врачей протоколировал: «В особенности производит отрадное впечатление Кувшиновская фабрика, где вся организация медицины отвечает самым высоким требованиям, предъявляемым к земской медицине в наилучших уездах губернии».

Линевальная машина на фабрике. Фото с сайта serh.livejournal.com

Да глядя на одни только фабричные трубы, было понятно: здесь заботятся о людях. Они уходили вверх на многие десятки метров, вредные отходы производства совершенно не соприкасались с теми, кто на земле.

А в оранжерее выращивали ананасы.

Были швейная мастерская с бесплатной школой кройки и шитья. Там, кроме прочего, делали форму для школьников Каменного. Сама Юлия Михайловна обучала сельских девушек хорошим манерам, искусству ведения домашнего хозяйства. Давала за ними приданое. Баня, прачечная, ясли, чайная, спортивный городок, квартиры для сотрудников.

В одной из первых подобных квартир проживал химик Николай Захарович Васильев. Щедрот Кувшиновой он, к сожалению, не оценил, руководил здешним подпольным марксистским кружком. Одно время у него жил Горький. Он как раз отнесся к Юлии Михайловне с глубоким уважением, они много общались.

Позднее в том же деревянном двухэтажном домике у инженера-технолога Ивана Ивановича Ожегова родится знаменитый составитель словаря русского языка.

Разумеется, в селе была библиотека, если вдруг возникнет тяга к знаниям, ее необходимо где-то реализовать. Да что библиотека, для детей работников существовала школа с шестилетним бесплатным образованием. Один из тамошних учеников, П.Кулешов писал о годах обучения: «Здание было одноэтажное, деревянное. Когда я и мои товарищи выросли, то при воспоминании мы называли эту школу «наш университет». Мы получили здесь (помимо навыков читать, писать и считать) знания о Вселенной, какие народности населяют Землю, как они живут. Учили нас пению, чтению нот, сначала по цифрам, потом по итальянской системе – современным нотам. Школьники любили уроки пения. Разучивали детские песни, народные – для взрослых. Пение преподавала А.А.Лесова».

Александра Лесова дружила с Чеховым, и он послал немало книг в здешнюю сельскую библиотеку. Многие – с автографом.

Строится Народный дом, при этом инициатива идет снизу. Видимо, образовательная деятельность Юлии Михайловны не прошла даром. «Новоторжский голос» сообщал в 1906 году: «У рабочих есть желание культурно проводить время, а не играть в орлянку или деньги под плитку, в карты и другие не менее грубые развлечения».

Своя железная дорога

Школа при фабрике (Фото из коллекции А.Н. Семенова). С сайта smolbattle.ru

Свободного времени у Юлии Михайловны в принципе не было. Сразу после завтрака она усаживалась в двуколку и ехала в Фабричную слободу – смотреть, как возводят дома для рабочих и служащих. Затем: контора, ежедневное совещание с директором и главным бухгалтером. Потом рабочая столовая.

Кувшинова всегда сама подходила к котлам и снимала пробу, не доверяла это дело никому. Дальше – по обстоятельствам. То заедет в школу, то осмотрит купальни, то проведает больницу. Юлия Михайловна прекрасно знала все свое хозяйство и уверенно им управляла.

В 1910 году Юлия Михайловна добивается, казалось бы, и вовсе невозможного. Село соединяют железной дорогой с ближайшим городом – Торжком. К счастью, вокзал там уже был, город, первоначально обойденный Николаевской железной дорогой, и оказавшийся, фактически, отрезанным от мира, в 1870 году все же соединили со станцией Лихославль. А все остальное, от рельсов и шпал и до самого маленького семафора пришлось делать с нуля. Включая, разумеется, вокзал.

Станцию рядом с селом назвали в честь главной строительницы и основного акционера дороги – Кувшиново. И в 1912 году так называемый «Кувшиновский подъездной путь» вступил в постоянную эксплуатацию. Расстояние немалое – шесть десятков километров.

Вокзал же – до сих пор одно из украшений города. Деревянный теремок с затейливой резьбой и окнами в виде медведицы и медвежат.

Кстати, еще в 1903 году здесь освятили Троицкую церковь в память о погибшем брате Юлии Михайловны. Не каменную – деревянную. Был и театр, тоже деревянный. Ей нравилось все теплое, спокойное, уютное. В Каменном отчетливо ощущалась созидательная рука не хозяина, а хозяйки.

Церковный же хор состоял из фабричных рабочих.

Газета «Новоторжский Голос» сообщала в 1906 году: «Фабрика находится в 48 верстах от Торжка. Она дает работу более чем полутора тысячи рабочих. Треть из них продолжает заниматься крестьянским трудом. Фабрика оказывает большое влияние на умственный и нравственный склад окружающего населения».

* * *

Церковь при фабрике. (Фото из коллекции А.Н. Семенова). С сайта smolbattle.ru

Еще целый год после октябрьских событий 1917 года Юлия Кувшинова руководила своей фабрикой и занималась своим селом, по сути, уже городом. Затем ее имущество свезли в Народный дом, а саму хозяйку отправили в Москву, к племяннику Сергею. Позднее Горький выхлопотал для нее – по старой памяти – отдельную квартиру.

По другой версии, она умерла в доме престарелых. По третьей – выехала за границу.

Мы ничего не знаем ни об обстоятельствах рождения Юлии Михайловны, ни об обстоятельствах ее смерти. Пришла ниоткуда, построила город – и ушла в никуда.

Гораздо проще проследить судьбу ее свершений. «Кувшиновский подъездной путь» соединили с Бологое-Полоцкой дорогой, и он перестал быть тупиковым. Но использовался редко, капитальных реконструкций избежал. Там до сих пор работают старые семафоры с синими огнями, стрелки переводят с помощью ручных девайсов. Разумеется, снимают фильмы и проводят паровозные экскурсии.

В 1938 году пристанционный поселок Кувшиново слился с селом Каменным в один населенный пункт. Теперь это город Кувшиново.

Вокзал-теремок охраняется как памятник архитектуры.

«Каменская бумажно-картонная фабрика» действует по сей день.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться