Закон о врачебной тайне может начать действовать против вас. Случаи из жизни и комментарии юриста

«Впишите имя какого-нибудь родственника»

Несмотря на заранее обозначенное время приёма, очередь у кабинета в поликлинике подходит на 15 минут позже.

— Следующий! Быстро заполните вот эту бумажку!

Шрифт невыносимо мелкий. Думая, что это – информированное согласие на медицинскую манипуляцию, просто расписываюсь в конце.

— Нет, вы должны ещё вписать вот здесь – свой адрес, вот здесь – мою фамилию, а вот здесь – фамилию какого-нибудь вашего родственника, — произносит врач, на минуту отрываясь от компьютера, где заполняет карту предыдущего пациента.

Благодаря консультации с адвокатом по совсем стороннему поводу накануне, понимаю, что странный нечитаемый листок у меня в руках – документ, регулирующий врачебную тайну.

В некоторых случаях фамилия родственника, которую я сейчас впишу, может оказаться принципиальной.

Причины смерти узнать не удалось

 

Летом 2018 года в Ивановской областной больнице умерла женщина. До этого ей удалили желчный пузырь, операция была плановая, делают такие часто. Возможно, поэтому после операции пациентку перевели не в реанимацию, а сразу в палату. Но, помимо проблем с желчным пузырём, у неё было ещё несколько хронических заболеваний. Наутро соседка по палате нашла её мёртвой.

На вопрос о причинах смерти детям умершей сказали: «Сердце». Однако, когда они попытались запросить в больнице протокол операции, то наткнулись на жёсткий отпор больничного юриста: «Вы ей никто!» Ещё юрист ссылалась на то, что при жизни больная не подписала нотариально заверенную доверенность о том, что кто-то из родственников может иметь доступ к её медицинским документам.

Должны уточнить, но не спрашивают

Основные вопросы врачебной помощи в России регулирует  огромный по объёму 323 закон (федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»). В нём есть тринадцатая статья, которая предполагает, что данные о состоянии здоровья человека и сам факт его обращения к врачу составляют врачебную тайну. Разглашать её можно только тем, кому сам человек разрешит.

«Фамилия какого-нибудь родственника», которую врач попросила «быстренько вписать в бланк» — это доверенное лицо, человек, которому я разрешаю сообщить, что была у врача, и которого можно отправить, например, за результатами анализов.

Закон вступил в силу еще в 2011 году, однако даже небольшой опрос среди москвичей и жителей Подмосковья, показал, что кого-то фамилию доверенного родственника «на случай чего» просили указать ещё в 2008 году, кто-то с такой формой до сих пор не сталкивался ни разу.

Форма заполняется один раз – при первом обращении к конкретному врачу или при прикреплении к медицинскому подразделению. Действует такое разрешение на предоставление сведений, либо пока человек лечится в конкретном учреждении, либо, пока он не решит сменить доверенное лицо. Документ этот для России новый,  так что, может быть, о такой форме помнят не все, кто её заполнял. А, поскольку разрешение считается внутренней документацией лечебного учреждения, копию разрешения на руки пациенту не дают.

Сведения – одно, документы – другое

 

Ещё сложнее ситуация, если вам нужно получить не просто устные сведения о состоянии здоровья кого-то из ваших близких, но его медицинские документы. Здесь не хватит даже заполненной им формы о доверенном лице – обязательно нужна нотариально заверенная доверенность. Именно с этим столкнулись родственники умершей пациентки из Иванова.

Наталия Кудрявцева: «Имея запись в листке, врач может сообщить о текущем состоянии больного, показать анализы, предоставить выписку по письменному заявлению. Но если с пациентом что-то случится, получить документы по этой бумажке, при упорстве врача, вряд ли получится. А вот по доверенности врач отказать не имеет права».

Однако в случае со смертью больной гораздо эффективнее, по мнению юриста, действовать иначе.

Если пациент умер

 

После смерти больного запрашивать протокол операции и другие его медицинские документы самостоятельно родственникам нет смысла – ведь они не эксперты и по протоколу операции не смогут сами понять, всё ли было сделано правильно. К тому же в описанном случае проблема могла быть не в операции, а в послеоперационном уходе. Определить это мог только специалист или приглашённый эксперт – их привлечением и стоило заняться.

Первый, к кому должны были обратиться родственники – врач-патологоанатом той же больницы.

Наталия Кудрявцева: «Врач-патологоанатом заполняет врачебное свидетельство о смерти, дает устные справки о характере заболевания и причине смерти родственникам умершего. Объем сведений, даваемых родственникам, зависит от их настойчивости».

Официальное заключение о причине смерти человека и его диагнозе выдается близким родственникам (детям, родителям, усыновленным, усыновителям, родным братьям и родным сестрам, внукам, дедушке, бабушке, а при их отсутствии иным родственникам либо законному представителю) по письменному заявлению на имя главврача.

А если есть сомнения, вы имеете право привлечь к участию во вскрытии независимого специалиста».

Впрочем, понятно, что до ситуации, когда родственники могут только узнать подробности о смерти, но исправить уже ничего нельзя, лучше не доводить.

Позаботьтесь о бумагах заранее

 

Представьте ситуацию: больного привезли в больницу на «Скорой» в бессознательном состоянии. Узнать у него, кому что сообщать, невозможно. Под дверью операционной сидят родственники, которые просят врача что-то им сказать. А врач мечется меж двух огней: вдруг, придя в себя, больной скажет, что надо было сообщать меньше или совсем не тем?

Строго говоря, в этой ситуации врач действует в интересах пациента, чего о родственниках, увы, можно сказать не всегда. Случаи, когда человек ещё был жив, хоть и без сознания, а с его завещанием уже происходили странные манипуляции, бывали.

А ещё за разглашение сведений о состоянии больного врач может понести ответственность – и административную, и дисциплинарную, и уголовную.

Увы, при отсутствии пресловутой нотариальной доверенности, которая делает ситуацию кристально однозначной, доказать в суде, что, сообщая информацию, врач превысил полномочия, какой-либо злонамеренной третьей стороне (ещё одним недовольным родственникам) труда не составит.

Наталия Кудрявцева: «Очень трудно пробивать эту стену, если у пациента возникает внезапное острое состояния. По нескольку часов в день приходится убеждать главного врача дать сведения жене, муж которой у них лежит с инсультом. При этом устные сведения дают, как правило, совершенно спокойно. Но вот письменные заключения — не допросишься. То есть невозможно реализовать, к примеру, право пациента на консультацию у другого врача».

Вывод из всего сказанного прост: о документах лучше позаботиться заранее. Заверенная у нотариуса доверенность спасёт вас и от родственных претензий, и от проволочек. Ведь любые выяснения отношений у одра больного – это драгоценное время.

Наталия Кудрявцева: «В нотариальной доверенности на предоставление сведений о состоянии здоровья можно также указать, к примеру, получение рецептов, покупку лекарств по рецепту. По доверенности можно забирать результаты анализов и исследований, получать рецепты, записывать родственника к врачу, и вообще представлять его интересы в медицинских учреждениях, где он сам уже не может этого делать».

Как правильно и как неправильно

По закону, разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, не допускается всеми «лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей». Поэтому

— если врачи и медперсонал в свободное время разговаривают между собой: «Представляешь, а Иванова вот чем болеет!»,

— если бухгалтер, посмотрев на ваш бюллетень, идёт обсуждать ситуацию к директору (увы, увольнений под разными предлогами больных с диагнозом ВИЧ в России было много. И именно защищая вашу информацию от бухгалтерии, диагноз в листке трудоспособности теперь шифруют кодом (который, правда, легко подсмотреть в Интернете). А психиатрические клиники уже несколько лет вообще не указывают в бюллетенях название учреждения),

— если результаты ваших анализов сообщают по телефону или выдают любому пришедшему к тому же врачу родственнику со словами: «Всё равно вы его увидите, ну, и передайте», —

это незаконно и неправильно.

По закону, врачи, медсёстры, больничные практиканты и бухгалтерия на работе должны о состоянии вашего здоровья молчать. Наказания за несоблюдение этого закона хоть и нестроги, но чувствительны – от выговора до увольнения. А о результатах обследования или анализов в поликлинике или больнице должны рассказать либо лично вам, либо строго тому самому родственнику, чью фамилию вы вписали в документы.

Журналисты, если они вдруг ведут съёмку в больнице или поликлинике, тоже должны спросить разрешения у всех, кто попадает в кадр, но здесь действует другой закон – 137-я статья УК  о неприкосновенности частной жизни.

Исключения

Ситуации, когда врачебную тайну в отношении совершеннолетнего необходимо раскрыть, строго оговорены в законе.

Это происходит, когда

— больной требует срочного медицинского вмешательства и  находится в состоянии, при котором он не может выразить свою волю (но как только сердечника или инсультника, в целом, откачали, хоть и бессловесный, формально он становится хроником, и с ним начинаются юридические проблемы, о которых мы говорили выше);

— есть угроза распространения инфекции, массовых отравлений и поражений,

— по запросу суда, следствия или прокуратуры, в том числе, если речь идёт о человеке, которого суд приговорил пройти курс лечения от наркомании,

— если есть подозрение, что человек стал жертвой преступления.

Коллажи Оксаны Романовой