«Вам платят за меня деньги, вы и мойте», — ответил приемный ребенок родителям на просьбу помыть посуду

Анастасия Пелячик, психолог центра семейного устройства при Марфо-Мариинской обители милосердия, мама девяти детей, шестеро из которых приемные.

Ребенок из детдома может считать, что деньги падают с неба

 У детей, которые долго воспитывались в детдоме, бывают весьма приблизительные представления о том, как на самом деле устроена жизнь. Как многого дети не понимают, мы порой даже не догадываемся.

Моя приемная дочь тринадцати лет, например, думала, что у всех взрослых старше восемнадцати «образуются» банковские карты, на которые раз в месяц государство переводит деньги.

До одиннадцати лет девочка жила в семье с родителями-алкоголиками, потом два года провела в социальном приюте; и за эти годы никто не просветил ребенка, откуда берутся деньги и что этому предшествует.

Единственной целью дочери было поскорее достичь восемнадцати лет, чтобы получить заветную карточку с деньгами. Мои вопросы о том, откуда деньги будут там браться, вызывали у нее полный ступор.

У подростка было убеждение, что государство так организует жизнь граждан, что деньги у взрослых есть всегда. Но жестокосердные взрослые тратят эти деньги, не учитывая мнение детей.

Объяснять, что даже пенсия по старости – результат усилий самого человека, что пожилые перед тем, как получать пенсию, всю жизнь работали, пришлось очень долго.

Признать, что для того, чтобы деньги на карточке появлялись, люди должны работать, подросток не мог примерно полгода.

Обсуждайте семейный бюджет сообща

— Как познакомить ребенка с тем, что такое деньги на самом деле?

— Какие-то вещи приемному ребенку надо объяснять буквально на пальцах. Ведь если в детдоме ребенок портил колготки, ему тут же выдавали новые. Никакой попытки отстирать или зашить не предпринималось. А если ребенок рвет колготки в семье, а до зарплаты – две недели, денег на новые колготки может просто не хватить.

Хорошо поводить его по магазину и показывать, сколько стоит курица, гречка, сколько стоят те самые колготки.

Семейный бюджет не может быть тайной для детей. Если вопросы бюджета решаются за спиной ребенка, он не понимает, откуда что берется и на что тратится.

Поэтому очень важно с подростком составлять списки желаемых покупок, планировать, что и когда можно будет реально купить.

Не имея такой информации, ребенок может думать, что обладает сокровищами, которые от него утаивают. Но на самом деле материальной поддержки, которую оказывает государство, хватает только на жизненно важные нужды.  

Я в своей семье никогда не слышала от детей упреков, связанных с деньгами. Когда дети были под опекой, и мы их еще не усыновили, нас очень хорошо поддерживало правительство города Москвы. Но мы были все в долгах и кредитах. И дети знали это. Мы обсуждали семейный бюджет. Репетиторы, новая машина для совместной поездки на море, покупка мебели, покраска кухни (ремонт надо было делать каждые полгода) — все это съедало все наши доходы.

Понятно, что маленький ребенок считать еще не сможет, но может представить: «много/мало», «доступно/недоступно». Например, у мамы денег немного – на яблоки и на мандаринки. «Я знаю, что тебе хочется новую машинку, но тогда мы не сможем принести домой ни одной мандаринки», — я предлагаю ребенку выбор, который он может осилить. Родитель вовсе не обязан быть рогом изобилия, из которого бесконечно сыплются блага.

Случается, ко мне на консультации приходят очень состоятельные усыновители, многие из них отказываются от поддержки государства. Для таких семей проблема «колготки или гречка» не стоит. Но когда ребенок разбивает пятый смартфон, и требует, чтобы ему купили шестой, даже такие родители начинают понимать, что что-то упустили в воспитании. Тогда им также приходится обсуждать с детьми, откуда берутся деньги, и как их потратить во благо каждому.

Ребенку кажется, что он попал в семейный мини-детский дом с обслугой на зарплате

Чаще всего денежная тема всплывает, когда ребенка просят что-то сделать, например, помыть посуду или загрузить свои вещи в стиральную машину. Тут он и выдает тот самый аргумент про «вам платят за меня деньги, вы и делайте».

Очевидно, такой ребенок переносит в семью отношения в учреждении, где действительно, есть уборщица, повар и посудомойка.

Ребенку кажется, что он попал в семейный мини-детский дом, где есть обслуга на зарплате, и он – потребитель.

Это тема не про деньги, а про то, что у ребенка не сформировано представление о семье. А еще про недоверие своим опекунам, которых он считает обслуживающим персоналом.

Такому ребенку очень важно рассказать, для чего нужны семьи и что такое семья, потому что своего положительного опыта на эту тему у него нет. Если удается ребенку объяснить, что такое общие планы, взаимоотношения между родителями и детьми, предложить какие-то идеи, где семья будет действовать совместно, отношения, как правило, налаживаются.

— Как ответить на фразу: «Не хочу, не буду, не заставите»?

— Есть психологический прием, которому учат в школе приемных родителей, называется «Я-сообщение». В этой ситуации родителю надо начать говорить о своих чувствах: «Я очень устал. Мне больно и обидно такое слышать. Я готовила обед, и у меня нет больше сил, а посуду надо помыть, иначе есть с утра будет не из чего».

Родитель просто делится с ребенком своими эмоциями. В ответ ребенок может развернуться и уйти, а может и пожалеть. На самом деле в детях много доброты. Если вместо криков и упреков родитель начинает говорить о своих чувствах, ребенок это понимает и готов прийти на выручку.

Даже если ребёнок остался глух к вашим переживаниям, отчаиваться не стоит. Человеку, пережившему утрату кровной семьи, сложно поверить людям.

Хорошие помощники в этой ситуации – время и тепло. А вот взывать к справедливости, пытаться что-то доказать, — бесполезно. Невозможно повлиять на разум человека, если вы не покорили его сердце.

Значит, придется «поработать» на доверие. Демонстрируя доброжелательность, постоянную готовность помочь и поддержать, желание общаться и радоваться совместным приключениям, мы сближаемся с ребенком, начинаем с ним дружить. Так постепенно, видя наше отношение к себе, брошенный ребёнок научится любви и дружбе.

Дети говорят о деньгах, но имеют в виду чувства

— Создается впечатление, что, говоря о деньгах, ребенок на самом деле имеет в виду что-то другое.

— Наши приемные дети всегда голодные. Здесь речь не только о еде, здесь и про дефицит внимания и доброты. Они могут выражать свои просьбы красиво, а могут озвучивать в форме обиды.

Таким образом, фраза «ты получаешь за меня деньги» — это всегда повод задуматься, ребенок действительно в чем-то нуждается, или это просто прием, чтобы упрекнуть и обесценить родителя.

Иногда, говоря о желании обладать чем-то, ребенок сигнализирует о своем одиночестве, о страхах, о беспомощности. В этом случае родителям стоит обратиться к какому-то внешнему наблюдателю – духовному отцу, если семья верующая, психологу, — чтобы посоветоваться, что у них происходит. Возможно, в силу занятости или просто малых знаний, родители действительно не замечают, что ребенку что-то нужно.

— Почему именно у приемных детей так часто звучит тема «купить», «деньги», «вещи»?

— Потому что они выросли в ситуации, когда человеческие отношения ненадежны, когда любые близкие отношения могут быть одномоментно разрушены. Все дети из детских домов пережили ситуацию расставания, потери близких. После этого весь мир кажется им опасным, а особенно опасными – человеческие отношения – любовь, доверие, дружба, ведь все это причиняет боль.

Преодолеть тревожность, справиться с зыбкостью мироздания помогает контроль. А что может контролировать ребенок, у которого нет опыта искренних и доверительных отношений с людьми? Только вещи! Обладание вещами повышает самооценку детей, придает им уверенности в завтрашнем дне, вызывает ощущения: «Мне что-то подвластно, я за что-то отвечаю, что-то контролирую! Со мной все хорошо – я хозяин!»

Вещь у такого ребенка становится частью Я-образа. «Если у меня что-то есть, значит, я хороший, со мной все в порядке». Поэтому вещи значат для таких детей больше, чем собственно вещи.

— Если вещи так важны, почему приемные дети их часто портят?

— Потому что не ведают, что такое верность, преданность, не умеют заботиться. Все это касается не только взаимодействия с людьми, но и вообще взаимодействия с миром. Вещь нужна ребенку не долго. Он получает удовольствие в момент ее приобретения, а дальше быстро теряет к ней интерес и загорается жаждой обладания чем-то новым.

То есть, нездоровые взаимоотношения ребенка с вещами – это уже запрос не на разъяснительную работу, а на глубокую психотерапию. Чтобы дети преодолели тягу к вещизму и осознали, что в мире есть другие ценности – любовь, привязанность.

— Как приемной маме распознать, что разговор «купи мне это» на самом деле не о деньгах и вещах? Она же не психолог.

— Любая приемная мама должна изначально дать себе установку, что интерес к вещам – это больше, чем интерес к материальному. Это запрос на любовь и надежность вселенной. И  если нас что-то не устраивает в поведении ребенка, нужно работать не с последствиями, а с причиной.

Первая задача родителя – снять у ребенка тревожность, создать вокруг него стабильную обстановку, благоприятные условия для жизни и роста. Не надо бороться со следствиями – надо смотреть в корень: ребенку страшно, вещи помогают  ему успокоиться.

Исчезнет тревожность – исчезнет запас конфет под одеялом, воровство и бесконечные запросы: «Купи мне это – ты обязан!»

— Как сформировать у ребенка это чувство безопасности? Убеждать «я тебя люблю, несмотря ни на что?»

— Именно так. Каждый из нас хочет быть безусловно любимым. То есть мы мечтаем, чтобы в семье нас принимали такими, какие мы есть, без условий, чтобы мы нравились просто за то, что живы, за то, что рядом. Любовь с условиям — это не про детско-родительские отношения. Так бывает в школе или на работе: сделай что-то хорошо, и мы тебя оценим по заслугам… Про семью у ребенка надо формировать идею «мы поддерживаем друг друга в любой ситуации». Тогда проблема постоянно доказывать себе и другим свою ценность просто отвалится.

Родители хвалят ребенка за малейшие изменения в поведении, за каждый успех. Говорят ему, как он им нравится, как им хочется быть рядом с ним. Доставляют ему радость, учитывают его вкусы и потребности, искренне интересуются его настроением, состоянием, планами, мечтами. Стараются разделить его интересы (бакуганы, скейт, ролики, рэпер Оксимиррон, мультик про Леди Бак). Все это – путь к сближению, к надежным доверительным отношениям. Зачастую усилий родителя оказывается недостаточно, и ребенку нужно поработать с детским психологом.

Завидуете пособию на приемного ребенка – попробуйте сами

— Как вы думаете, почему во всех обсуждениях приемных родителей мотив «конечно, они же получают за ребенка деньги» звучит так часто?

— Я думаю, обсуждающие просто не понимают, на что уходят ресурсы. Такие люди видят только цифры, сравнивают их со своими доходами, тем более, доходы в регионах у нас не шибко большие, и расстраиваются.

Таким людям можно предложить попробовать самим зарабатывать таким образом. Кому полагаются крупные выплаты? Людям, опекающим детей с особенностями развития. Если человек завидует очень большим ресурсам – пусть попробует позаботиться о ребенке-инвалиде, поносит его на руках, повытирает ему попу, покормит с ложечки, поучит его говорить. Да, за немаленькое вознаграждение, но 24 часа в сутки, без отпусков, без выходных и даже без возможности оставить ребенка няне, потому что в нашей стране запрещено передавать опеку.

Родители, взявшие ребенка, не имеют права оставить его на ночь даже у бабушки, потому что бабушка не является официальным представителем ребенка. То есть, у приемного родителя, как у космонавта, — перерывов нет.

И ночью ты встанешь к постели ребенка, и с температурой сорок ты пойдешь мыть полы, варить суп и проверять домашку. В таких условиях эти деньги уже не кажутся большими. Большинство многодетных приемных родителей, которых я знаю, если у них остаются какие-то деньги, тратят их на лекарства, потому что от излишней нагрузки  очень серьезно болеют.

Поэтому сказать, что кто-то на приемном родительстве обогатится, я не могу. Например, в качестве машины покупается обычно подержанный микроавтобус, чтобы развозить всех на экскурсии, в школу и в бассейн, и чтобы инвалидная коляска влезала. Кстати, в бассейн ребенка с ограниченными возможностями у нас пускают  только с мамой, так что плавать вы будете семь дней в неделю. И в школу с ребенком с особенностями тоже надо ходить.

Если, помимо цифр доходов, люди увидят список покупок, счета за электричество, то быстро поймут, куда эти деньги уходят. На икру и поездку в Париж точно не остается.

Сколько и за что получают приемные родители

Существует три формы устройства ребенка в семью – усыновление, безвозмездная опека и возмездная опека (и как вариант последней – профессиональная приемная семья).
Усыновители раньше из выплат не получали ничего. Но в последние годы для поддержки семейного устройства стали практиковать единовременные выплаты: в некоторых регионах усыновитель после передачи ребенка в семью может получить от государства до полумиллиона рублей. Деньги обычно выплачивался поэтапно в течение 5 лет.
В Москве усыновитель может получать ежемесячное вознаграждение, а может и отказаться от помощи государства. Но на содержание ребенка больше ничего не выделяют.
При обеих формах опеки ребенок ежемесячно получает деньги на содержание до 18 лет. За эти деньги опекуны отчитываются: на что потратили, сколько сберегли.
За деньги, выданные на содержание детей, взрослый отчитывается раз в год. Без чеков. Отчет выглядит так: на год получено 200 тысяч. Из них 150 ушло на продукты. На 35 тысяч куплена одежда (белье, джинсы, куртка и зимние ботинки, купальник и колготы). 15 тысяч потрачено на летнем отдыхе : сувениры, аттракционы, билеты в кино. Одежду проверяют — могут, например, попросить выслать фотографию ребенка в новой куртке.
Профессиональное приемное родительство — это родители, которые воспитывают от пяти до восьми детей-сирот (в исключительных случаях больше, например сиблингов), причем большая часть детей либо с особенностями развития, либо подростки. Таких ребят не спешат усыновлять, поэтому профессиональная приемная семья — единственный шанс для них покинуть учреждение. У детей особые потребности, родителям трудно совмещать воспитание и собственной карьерой. Поэтому государство поддерживает профессиональных родителей дополнительно.
В Москве в таких семьях оба родителя получают вознаграждение за каждого ребенка, а значит могут не работать и все время посвятить детям. Такой приемный родитель считается как бы воспитателем на зарплате у органов опеки. С жильем могут помочь. За использование личного вознаграждения отчет не пишется, но к опекуну предъявляют требования как к работнику и контролируют исполнение его родительских функций.
Итого на содержание ребенка в Москве выдают от 17 до 27,5 тысяч ежемесячно в зависимости от возраста и состояния здоровья, приблизительно столько же получает замещающий родитель при возмездной опеке за каждого ребенка. Цифры колеблются в зависимости от региона, в глубокой провинции может быть 8 тысяч на содержание ребенка и 6 опекуну.
Кроме этого, в отдельных случаях ребенок может получать какие-то выплаты, положенные ему от государства, — пенсию по потере кормильца или пенсию по инвалидности. Для этого приемным родителям нужно оформить нужные справки, при этом сам приемный родитель не имеет права трогать эти деньги. На любую трату с пенсионного счета ребенка приемный родитель должен писать запрос в опеку, который будет рассматриваться комиссией.
Например, у ребенка с ДЦП, который пять лет провел в детском доме, на счету накопилось около пятисот тысяч рублей пенсии. От государства ему по ИПРА положена одна коляска в пять-семь лет. Но ведь одной коляски ребенку мало – если он ходит в школу, одна коляска стоит дома, вторая – в школе и еще одна нужна для улицы, чтобы гулять.
Каждая коляска стоит от ста пятидесяти тысяч рублей. Усыновитель в таком случае может написать письмо в опеку: «Разрешите мне снять со счета ребенка немного денег, чтобы купить коляску для школы». Опека при этом может попросить приложить справку от ортопеда о том, что коляска действительно нужна, и справку из школы о том, что школа не против, что ребенок будет по зданию передвигаться на коляске. Гораздо чаще вместо того, чтобы проходить все документальные препоны, родители берут кредит, и на свои деньги покупают то, что нужно.
Так что на самом деле обобрать приемного ребенка крайне сложно, хотя, наверное, пару мошенников, которые обманули всех, можно встретить в любой области.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.