Оказывается, работать в пролайфе могут не только верующие люди. Елена, волонтер фонда «Женщины за жизнь» — о том, как она стала адвокатом нерожденных

Волонтер фонда «Женщины за жизнь» Елена Фролова

Жительнице Санкт-Петербурга Елене Фроловой 28 лет. У нее есть муж и маленький сын. Елена юрист. В декретном отпуске она стала волонтером фонда «Женщины за жизнь». Сегодня занимается поддержкой беременных, находящихся в ситуации выбора – «оставлять» ребенка или нет.

Считается, что отговаривать женщин от аборта хотят только люди верующие. Если же человек нерелигиозный, в прерывании беременности он якобы не видит ничего особенного. И уж точно не встанет в ряды движения «пролайф».

Елена Фролова готова опровергнуть этот миф. «В Бога если и верю, то только как в некую изначальную силу, высший разум, который сотворил наш мир. Понятия «душа» и «грех» — не из моего лексикона. И все-таки я убеждена: аборт – это убийство», — говорит она.

Личный счет

«Даже если нет понятия «грех», все равно есть совесть, нормы морали. А значит, существуют плохие поступки. Аборт в этом смысле — поступок очень плохой»

То, что за словами «прерывание нежелательной беременности» стоит нечто гораздо более серьезное, Елена поняла достаточно рано. «Я листала учебники по биологии и думала: ну ведь это же не набор клеток, не сгусток, не часть тела матери — это совершенно точно отдельное живое существо», — рассказывает она.

Несколько ее подруг забеременели почти сразу после школы. Одна из них приняла решение делать аборт. Ее не устраивало все: и начавшийся токсикоз, и необходимость менять свои планы. Будущий отец был не против ребенка, быт был налажен, отдельная жилплощадь имелась, но аборт девушка все равно сделала.

А вторая подруга, наоборот, родила в 17 лет, и совершенно от этого счастлива.

— Я помню, не то чтобы отговаривала ее от аборта, а просто просила все же рассказать обо всем маме. А у подружки уже и деньги на операцию были отложены, тогда это стоило 4 тысячи рублей. Маму она боялась, с отцом ребенка отношения развалились, он ей и до сих пор не помогает никак.

Она меня, в конце концов послушала, рассказала обо всем матери. И ее очень строгая мама сказала: «Конечно рожаем!»

В результате подружка даже в академ не уходила: закончила вуз, нашла работу, сейчас вот выходит замуж за человека, который полюбил не только ее, но и ее сына. А та, первая подружка, очень сожалеет о сделанном аборте.

Чувство сожаления о жизни, которая прервалась слишком рано, знакомо Елене с юности. «У моей мамы после меня было три аборта. Мое рождение далось ей тяжело в плане здоровья, врачи пугали, что в следующий раз не спасут. Она не хотела делать эти аборты. Но альтернативы ей, к сожалению, не предлагали в те годы», — делится молодая женщина. Так что с абортами у нее свои личные счеты.

«Я живу с мыслью о том, что могла бы быть не одна в семье, что у меня могли бы быть братья и сестры. Это очень грустно, потому что и жизнь была бы намного интереснее, и мне не пришлось бы тратить столько времени на борьбу с собственным эгоизмом, —  горько улыбается она. – Наверное, мама мне об этом рассказывала неумышленно, у нее не было желания давать мне назидания. Но урок я запомнила и благодарна ей за честность».

«Хочу мнения незнакомых людей, что мне делать»

«Сын – мощнейшая поддержка. Обнимаю его – и уже есть силы снова бороться за жизнь других крох»

«На самом деле на совет сходить в церковь не отвечают резко «нет». Просто многим не приходит в голову такой вариант. Женщина в кризисной ситуации ищет любые пути выхода, она в принципе готова пойти туда, где ей помогут».

Когда в 2017 году у Елены родился сын Федор, она задумалась о том, что хочет не просто быть счастливой женой и мамой, но и помогать другим людям. Чуть только малыш подрос, стала искать сферу, в которой могла бы быть полезна. И нашла информацию о фоне Натальи Москвитиной «Женщины за жизнь». В 2018 году стала волонтером фонда.

Ее задача – оказывать психологическую и информационную поддержку женщинам, размышляющим об аборте. Чаще всего о своих непростых ситуациях такие женщины пишут в интернете: на тематических форумах и в группах в соцсетях.  Часто это – крик о помощи и поиск поддержки.

«Хочу мнения незнакомых людей, что мне делать: решаться на аборт или рожать ребенка? Не судите, пожалуйста». «Последнее время с мужем ругаемся из-за всего. Написал мне: «Наверное, не сложилось, хочу уйти». Теперь, наверное, мне нужно записаться на аборт, пока родные еще не в курсе моего положения?» — такие сообщения оставляют можно прочитать в сети.

«Если женщина уже все решила и действительно хочет сделать аборт, она не пишет об этом в сети. Она просто идет и молча делает, порой даже не рассказывая об этом самым близким – мужу, маме, подруге. Если же она сомневается, с ней можно и нужно разговаривать», — говорит Елена.

Вот только как и о чем стоит беседовать в такой ситуации с незнакомым человеком? Как убедить не совершать непоправимое?

Религиозные аргументы не сработают

«Мысли об аборте — это страх выйти из зоны комфорта. Но с рождением ребенка жизнь не будет прежней, а если делать аборт – это тоже выход из зоны комфорта, только в другую сторону».

— Общаясь с женщинами, я заметила, что те, кто обдумывает аборт как возможное решение своей непростой ситуации, не религиозны. Поэтому общаться с ними с таких позиций как «грех», «воля Божья» — не получится. Это может вызвать раздражение, если женщина атеистка. Я сама неверующая, поэтому не называю аборт грехом. Но от этого он не перестает для меня быть плохим поступком. Последствия в жизни этой – будут совершенно точно. Потому что аборт — это поступок против жизненных ценностей, в конечном счете — против себя, — объясняет Елена.

Иной раз дело не в том, что сказать, а в том – как. Ведь адвокатам, случается, удается с помощью красноречия изменить ход процесса, а она и есть – адвокат нерожденных малышей.

— Главное – объяснить женщине,  что она носит в себе человека. Не эмбрион, не сгусток клеток, а человека, который уже живет. Для меня самой показались убедительными слова ученого-эмбриолога Дмитрия Попова: «С точки зрения современной биологии жизнь начинается со слияния ядер мужской и женской клеток  и образования единого ядра, содержащего неповторимый человеческий материал». Даже выучила эти слова наизусть и цитирую. Потому что они доказывают, что аборт – это все-таки убийство.

В этот момент стоит действовать мягко, не нужно обвинять. Моя задача – во-первых объяснить, а во-вторых – поддержать.

«Мир сузился до черной точки, а я даю перспективу»

«Во главе угла для меня стоит просто сочувствие к женщине, желание помочь ей — той, которой сейчас очень плохо. И ее ребенку, которому тоже не очень хорошо».

И все-таки каково это – стучаться в «личку» совершенно незнакомой женщине на форуме или в соцсети, о которой и знаешь только имя (чаще – ник) и то, что внутри нее бьется еще одно сердце?

«Ничего сложного, — уверяет Елена. — Просто я умею общаться с женщинами. Ведь главное что? Думая об аборте, она мыслит о быстром решении ситуации, мир для нее уже сузился до черной точки. Моя задача – помочь мыслить на перспективу, подумать вместе о том, что будет не завтра, а через год, через несколько лет».

Елена говорит, что размышляя о судьбе своих подруг, поняла: все трудности носят временный характер.

Мы не можем быть уверены в том, что и через год, и через два у нас не будет денег, помощи родных, любимого человека рядом.

Все это – возобновляемый ресурс: деньги можно заработать, помощь – найти в совершенно неожиданном месте, как и встретить любовь. А вот отнятую жизнь, увы, не вернуть.

Женщины сожалеют о нерожденных детях

«Каждый человек должен сделать для себя этот выбор – с какого момента следует считать эмбрион человеком. Для меня это момент слияния клеток. Появляется отдельный организм — не божья коровка, не теленок, не обезьянка. Ребенок».

«Я читала одно социологическое исследование: о чем жалеют женщины после наступления климакса. И для меня было огромным откровением, что почти все сожалеют о нерожденных детях. И те, у кого дети были, и сделавшие аборты – все говорили о том, что родили бы больше детей, чем есть у них сейчас. Это уже потом они говорили о том, что мало путешествовали, не уделяли внимания своей внешности или здоровью. Но первое сожаление – о детях», — рассказывает Елена.

И добавляет: «Те «мои», кто все-таки сделал аборт, потом писали мне, что очень раскаялись в этом поступке».

География ее подопечных – широкая: здесь и Москва, и родной Питер, и Уфа, встречаются даже девушки из ближнего зарубежья.  Общение происходит по интернету, а значит, оказывать поддержку можно через расстояния и даже через часовые пояса. Свободную минуту на то, чтобы ответить на очередное сообщение, Елена Фролова находит легко – пока ее сын спит или играет рядом.

Важным она считает сохранение контакта с подопечными фонда. Чтобы, в случае чего, всегда была возможность прийти на помощь.

«Я стараюсь спрашивать на протяжении беременности, как идут дела. Это важно: чувствовать, что ты не одна, что о тебе помнят и беспокоятся».

«Я не просто упрямый баран»

«Многим в ситуации выбора многим просто не приходит в голову вариант обратиться за помощью. Хотя мой опыт показывает, что женщина в кризисной ситуации ищет любые пути выхода. И она в принципе готова пойти туда, где ей помогут».

А если волонтер получает информацию о том, что аборт все-таки состоялся?

— Мне это тяжело дается. Обычно требуется несколько дней, чтобы немного успокоиться и быть готовой к новым виртуальным встречам. Чтобы помочь  кому-то, чтобы беременная чувствовала, что я не просто упрямый баран, который настаивает на своем, а что я ей действительно сочувствую – мне надо войти в ее ситуацию. Я по-другому пока что не могу. Наверное, потому так и расстраиваюсь, когда не получается спасти малыша.

Елена принципиально не читает в сети форумы, где идут споры пролайферов и сторонников «права на аборт». Свою позицию она выработала много лет назад. «В споры в интернете на эту тему я стараюсь не вступать, потому что это то, что лично меня расшатывает. Спорить в интернете можно бесконечно долго. И, увы, безрезультатно».

«Переубедить тех, кто уверен и идейно это отстаивает, невозможно, — говорит волонтер. — В теории можно обсуждать и дискутировать очень долго, не прийти ни к какому выводу, и в конечном счете оставить все как есть. Для меня это вопрос прикладной: надо идти и работать с теми, кому это нужно – здесь и сейчас».

Фото: Дмитрий Колосов

Наталья Москвитина: «Мне трижды предлагали сделать аборт»