Успех Кореи в борьбе с COVID-19: тесты, маски, смартфоны и «любовь к ближнему»

В Южной Корее вспышку COVID-19 взяли под контроль благодаря мерам, которые теперь ставят в пример своим правительствам европейские и американские эксперты. Что это за меры?

An environmental activist holds up a mask symbolizing the virus during a coronavirus prevention campaign in Seoul, South Korea, Thursday, March 26, 2020. For most people, the new coronavirus causes only mild or moderate symptoms, such as fever and cough. For some, especially older adults and people with existing health problems, it can cause more severe illness, including pneumonia. (AP Photo/Ahn Young-joon)
Акция экологических активистов в Сеуле по соблюдению мер профилактики заражения коронавирусом COVID-19. Фото AP/TASS

В Южной Корее «выровняли» кривую роста заболеваемости новым коронавирусом COVID-19 без разрушительных для экономики мер изоляции, без жесткого карантина для всего населения (как в Испании и Италии) и без блокады городов (как в Китае), пишет The New York Times. Как и некоторые другие СМИ, издание выделяет следующие факторы, определившие успех корейской стратегии: быстрая реакция властей на кризис, массовое тестирование, четкое отслеживание контактов больных и широкое информирование населения.

По данным на 31 марта, в Южной Корее заразились COVID-19 с начала эпидемии 9786 человек, скончались 162. Больше половины инфицированных связаны с сектой «Синхончжи». Возраст больных: 27% — от 20 до 30 лет, 24 % — от 30 до 50 лет, 19 % — от 50 до 60 лет, около 20% — от 60 до 80 лет, 4,4 % — старше 80 лет. Более половины умерших – старше 80 лет.

«Мы все здесь немного сумасшедшие»

Главным козырем Южной Кореи в борьбе с инфекцией стала оперативная диагностика. Всего в стране было проведено более 380 тысяч анализов на коронавирус.

В одной из компаний, производящих диагностические наборы для тестирования на COVID-19, приступили к их разработке еще до того, как в Корее появился первый пациент с этим заболеванием. «Даже если никто нас об этом не просил, мы, как фирма, специализирующаяся на молекулярной диагностике, должны были подготовиться заранее», — рассказывал позднее в интервью CNN Чун Чжон Юн, директор биотехнологической компании Seegene.

Первый образец был готов уже через три недели. Зарегистрировать его удалось в течение недели, хотя обычно на эту процедуру уходит года полтора. После этого все сотрудники компании сосредоточились на массовом изготовлении диагностических наборов, приостановив производство остальной продукции. Даже докторов наук поставили к конвейеру. «Неважно, какой у них уровень образования, мы все здесь немного сумасшедшие», — заявил один из руководителей компании.

Сейчас в Корее наборы для тестирования на COVID-19 производят четыре фирмы. При этом устройство, созданное Ahram Biosystems и Doknip Biopharm, идентифицирует вирус всего за 30 минут, сообщает сингапурский интернет-портал Tech in Asia.

Первое время система тестирования в Южной Корее действовала не так эффективно, как сейчас описывают американские СМИ: желающих «просто провериться» часто просили подождать, чтобы не перегружать лаборатории, пишет сеульский корреспондент «Российской газеты».

Сейчас в Корее производится около 100 тысяч диагностических наборов ежедневно. Пройти тестирование можно не только в больнице, но в мобильных пунктах. «Да, тест платный, около ста долларов, но если у тебя выявляют коронавирус, то деньги за анализ и последующее лечение возвращаются (хотя формально бесплатной медицины в стране нет)», — рассказала кореевед Ирина Ланцова «Комсомольской правде».

Анализ проб проводится в 600 специально созданных для этого лабораториях, результат становится известен через несколько часов. За отказ от обследования при наличии симптомов заражения COVID-19 предусмотрен штраф до $2500.

В России, по данным на 28 марта, было протестировано на наличие коронавируса более 260 тысяч человек. «Наращиваем мы эти объемы в том числе и благодаря тому, что регистрируются новые тест-системы. Мы их берем в работу, сейчас к работе подключились и частные лаборатории», — сообщила журналистам вице-премьер Татьяна Голикова.

«Все могло быть намного хуже»

Медицинские работники перед входом с больницу Dongsan в южнокорейском городе Тэгу. Фото EPA/ТАСС

В первую очередь тестирование предусмотрено для людей, имевших контакты с инфицированными гражданами, даже если симптомов заболевания у них пока еще нет (а также для тех, кто уже заболел, или вернулся из-за границы).

Проведение массовых анализов началось с адептов секты «Синчхончжи», которые имели подпольные отделения в Китае. Корейские проповедники участвовали в религиозных собраниях, проходивших в городе Ухань, несмотря на разгоравшуюся эпидемию. Прихожанка секты из города Тэгу, 61-летняя женщина, «привезла» коронавирус на родину, но долгое время отказывалась обследоваться. Она общалась с единоверцами, посещала собрания и успела заразить еще 37 человек, после чего вспышка заболевания в Корее вышла на новый уровень: до этого в стране было всего 30 пациентов с COVID-19, а после распространения инфекции среди членов секты счет пошел на сотни и тысячи.

«Мы довольно рано узнали о главном источнике инфекции, религиозной секте, — рассказал эпидемиолог Ки Мо Ран. — Если бы мы узнали об этом позже, все могло бы быть намного хуже».

Правительство затребовало списки членов секты, все они прошли обследование на коронавирус, те, у кого результат теста оказался «положительным», были немедленно изолированы.

В первую очередь госпитализируют людей в тяжелом состоянии или с сопутствующими хроническими заболеваниями. Пациентов с умеренными симптомами отправляют в медицинские центры, открытые в переоборудованных административных зданиях. При слабых симптомах человек остается дома, и ему дважды в день звонят из группы мониторинга, чтобы расспросить о самочувствии, пишет американский журнал Science.

Сами жители Кореи считали принимаемые правительством меры «вялыми». «Врачи и медсестры отчаянно борются за спасение пациентов, а президент унижается перед Китаем», — писали пользователи соцсетей, осуждая власти за то, что они не запретили въезд в страну всем китайским гражданам, а не только жителям провинции Хубэй.

Эпидемиологи работали как детективы

Мобильное приложение Corona 100m

Бдительное отслеживание контактов заболевших – еще одно ноу-хау корейской системы здравоохранения. Но некоторые технологии могут показаться сомнительными с точки зрения европейцев.

Если анализ показывает, что человек инфицирован COVID-19, работники системы здравоохранения отслеживают все его маршруты за последнее время: например, данные о платежах с помощью банковской карты показывают, в каких автобусах и в какое время он перемещался, где совершал покупки, где обедал.

В одной базе собираются сведения о платежах, GPS-данные от мобильных операторов, а также записи камер видеонаблюдения. Информация о том, где побывал заболевший, передается на мобильные телефоны всем, кто в тот момент находился поблизости. Люди, контактировавшие с инфицированным, должны также сдать анализ на COVID-19.

Более того, GPS-локация людей, зараженных коронавирусом, становится известна любому желающему, скачавшему на свой смартфон приложение Corona 100m. Естественно, фотографию больного там не разместят, и имя тоже не укажут, будет известно только его местоположение в радиусе 100 метров, чтобы другие граждане могли избежать встречи с носителем инфекции.

«Азиаты не задаются вопросом о «свободе интернета» и защите личных данных. Государство может беспрепятственно собирать информацию о пользователях», — считает южнокорейский философ, проживающий в Германии, чье мнение публикует ИноСМИ.

«В Азии с коронавирусом борются не только вирусологи и эпидемиологи, но также специалисты по информатике и государственные средства связи. Это новый цифровой мир, в который Европа все еще не вошла», — говорит он.

Есть и другая, более привлекательная сторона того факта, что в Южной Корее вся информация о заболевании быстро становится публичной. Власти и медики тоже открыто коммуницируют с гражданами. Например, брифинги, посвященные пандемии, проходят ежедневно. Детальное информирование граждан обо всем, что касается COVID-19, считается лучшим средством против фейковых новостей и паники.

Врачи теряли сознание от переутомления, а медсестры увольнялись

Сдача крови для переливания людям, зараженным коронавирусом COVID-19, в Сеуле. Фото EPA/ТАСС

Во время вспышки заболевания в Тэгу в начале марта медики работали на пределе возможностей. Про одного врача сообщалось, что он потерял сознание от переутомления во время работы, но вернулся к лечению пациентов, когда пришел в себя, передает The Telegraph.

Из ста медсестер медицинского центра Похан в провинции Северная Кёнсан шестнадцать уволились, сославшись на переутомление. То же самое происходило и в других больницах. Местным властям пришлось повысить зарплату медикам до окончания эпидемии. По данным The Telegraph, врачам стали ежедневно доплачивать сумму, эквивалентную примерно 34 тыс рублей, а медсестрам – равную приблизительно 18 тыс рублей.

Минобороны направило в Тэгу и другие города Северной Кёнсан около двух тысяч военных медиков. Кроме того, сотни гражданских врачей и медсестер из других провинций Южной Кореи брали отпуск и приезжали в эпицентр вспышки COVID-19 как волонтеры.

«Южнокорейский народ продемонстрировал огромную любовь к ближнему, — заявил по этому поводу Лазарус Ю Хын Сик, епископ Тэджона и председатель комиссии по социальным вопросам католической Конференции епископов Кореи. — Очень трогательно было видеть, как множество врачей и медсестер отправились в Тэгу, эпицентр здешнего кризиса. Город также получил многочисленные пожертвования в деньгах и предметах первой необходимости».

Многие госслужащие решили пожертвовать 30-50% своей зарплаты пострадавшим от коронавируса. Часть католических священников тоже присоединились к этой инициативе, сообщил епископ.

Корейские знаменитости перечисляли значительные суммы различным благотворительным фондам и медицинским сообществам, которые поддерживали медиков и их пациентов. Например, по 100 млн вон (около 82 тысяч долларов) пожертвовали различным НКО актеры Гон Ю, Сон Чжун Ки, актрисы Шин Мин А, Юм Чжун А, певицы IU, Сюзи и другие.

«Лучшая вакцина – это маска»

Ежегодное собрание акционеров Samsung Electronics в южнокорейском Сувоне. Персонал в масках встречает акционеров. Фото EPA/ТАСС

В условиях распространения COVID-19 Южная Корея опиралась на опыт, полученный во время вспышки коронавируса MERS в 2015 году. Алгоритмы работы, принятые сейчас, разрабатывались еще тогда. Хотя, конечно, масштабы той «эпидемии» были несравнимы с нынешними. Общее число заболевших пять лет назад составило 186 человек, из них умерло 38, на карантине находились 16 993 человека.

Часть опыта, полученного во время борьбы со вспышкой коронавируса MERS, — использование масок и респираторов всем населением. «Лучшая вакцина против любой респираторной инфекции – маска», — заявил в эфире телеканала JTBC профессор, специалист по инфекционным болезням из клиники Гуро (Сеул) Ким У Джу.

В начале эпидемии за масками в Корее выстраивались многочасовые очереди. Правительству предъявлялись претензии из-за поставки 3 млн масок в Китай. Появились приложения для смартфонов, позволяющие отслеживать в реальном времени, в какой аптеке продаются маски. А в Институте науки и технологий (KAIST) изобрели новый фильтрующий материал для медицинских масок, который позволяет стирать их до 20 раз.

Иностранных пациентов система не выдержит

Санитарная обработка общественных мест в Сеуле во время пандемии коронавируса COVID-19. Фото EPA/ТАСС

В корейских школах и университетах учебный год начинается в марте. В этом году его переносили трижды. Но карантин не может длиться бесконечно, считают в правительстве. Школьники и студенты приступят к занятиям 9 апреля, сперва в дистанционном режиме.

Ранее эксперты высказывали опасения, что после начала учебного года эпидемия вспыхнет с новой силой. Власти в ответ предлагали систему «повседневной профилактики» — она не нарушает «привычный жизненный уклад», но предотвращает распространение заболевания.

Среди необходимых мер называлось ношение масок всеми школьниками и студентами, когда занятия в учебных заведениях возобновятся, разъяснение родителям, что ребенка нужно оставлять дома даже при незначительных симптомах простуды, размещение детей в классах на расстоянии 1 метра друг от друга.

В целом, «повседневная профилактика» (как ее описывает, в частности, газета «Hankook Ilbo») включает создание «особой среды» в общественных местах, чтобы соблюдать правила гигиены было удобно, государственную поддержку удаленных рабочих мест, изменение структуры медицинских учреждений, где должны выделяться карантинные зоны для лечения пациентов с тяжелыми заболеваниями до того, как придут результаты их анализов на коронавирус, и другие меры.

По мнению некоторых инфекционистов и эпидемиологов, этого недостаточно. Правительство должно ужесточить карантин для прибывающих в Южную Корею иностранцев, а еще лучше – вообще закрыть въезд в страну, считают они. Наплыва пациентов из-за рубежа корейская система здравоохранения не выдержит, а пандемия продолжается.

 

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.