Обожженный мальчик из Тулы и проблемы с его усыновлением бурно обсуждаются в СМИ и соцсетях. Тему комментируют эксперты по усыновлению

Ситуация вокруг мальчика накалена до предела — каждый день приносит новости об активистах, которые устраивают пикеты, о высказываниях тех или иных официальных и неофициальных лиц по теме.

Откуда взялась такая шумиха, почему складывается ощущение, что Матвея никак не могут поделить (на него претендуют уже три приемные мамы)? Что стоит за такой острой общественной реакцией по поводу этого дела? Мы попросили ответить на эти вопросы экспертов по усыновлению.

Наталия Мишанина, руководитель психологической службы фонда «Арифметика добра», который работает с приемными семьями:

— Действительно, ситуация, которая сложилась вокруг Матвея – нездоровая. И это история не про ребенка, не про любовь, не про добро.

Здесь ребенок стал объектом, инструментом борьбы с властью, способом привлечь внимание, заложником взрослых отношений и разборок.

Самым лучшим развитием событий для Матвея будет, если ребенка оставят в покое, и взрослые разберутся сами.

И не надо забывать, что пока мы увлеченно следим за историей одного ребенка, активно его обсуждаем, устраиваем флешмобы, судьбы многих других детей по-прежнему не могут решиться.

Фото: диакон Андрей Радкевич

Ольга Полякова, руководитель Центра семейного устройства службы помощи «Милосердие» в Марфо-Мариинской обители, полагает, что такая бурная и болезненная общественная реакция — проявление ощущения социальной несправедливости, которое есть у многих в нашей стране.

— История Матвея известна. Год назад с ним произошел несчастный случай — он обгорел по халатности врачей. То, что в отношении виновных лиц тогда не было применено никакого наказания, наверное, и стало причиной широкого резонанса. Не считаю необходимым подменять следствие и судить о том, кто прав, а кто виноват в этой истории. Но понять возмущающихся всё-таки можно, к сожалению, и это подчеркивают в том числе и руководители государства, круговая порука среди чиновников является одной из насущных проблем нашего общества.

В то же время очень хорошо, что нашлись женщины, которые решили принять его в свои семьи. Важно только, чтобы ситуация вокруг несчастного мальчика не превратилась из повода поговорить о действительно наболевших социальных проблемах в повод для самопиара и тему скандальных телевизионных шоу.

Хочется надеяться, что все стороны конфликта хотят помочь Матвею и в ближайшее время сумеют договориться о том, как это сделать.

Из своего огромного опыта усыновления ситуацию комментирует Ирина Кожухарова, опытная приемная мама из Крыма (у Ирины 26 приемных детей, многие уже взрослые) :

— Моя жизнь подарила мне одно удивительное наблюдение. Оно заключается в том, что ни один случайный приемный ребенок в вашу семью не придет. И ни одна семья не сможет взять «чужого» ребенка. Чем это определяется — каждый решает для себя: Божьим Промыслом, планом мироздания, собственным решением души — не важно. Важно, что все митинги и петиции типа «отдайте этого ребенка этим, а не тем» ничем не закончатся.

Вера Дробинская, приемная мама семерых детей с ограниченными возможностями здоровья, полагает, что ситуация вокруг Матвея полезна с точки зрения привлечения общественного внимания к проблемам детей-сирот с инвалидностью.

— Во всей этой шумихе приемные мамы, конечно, не виноваты. Тут большой вопрос к органам опеки, которые, как мне кажется, затягивали процесс усыновления Матвея Натальей Тупяковой. Не знаю, по какой причине. Органы опеки должны, по идее, быть беспристрастными.

И еще одно замечание. Если ребенок не в семье, почему его нельзя лечить? Неужели у нас государство настолько бедное? Думаю, нет. Когда ситуация Матвея была описана, было привлечено общественное мнение, то сразу все заговорили о его лечении.

Сейчас, мне кажется, где бы он ни оказался, его в любом случае будут лечить, — как раз именно потому, что  внимание привлечено. И немалое.