Расследование: бывают ли хорошие приюты для животных?

Нельзя, чтобы эта история забылась», – говорят зоозащитники, спасавшие оголодавших собак и кошек из приюта «Эко-Вешняки». Почему такое могло произойти? Как найти хороший приют?

Фото с сайта pride-tv.ru

«После того дня меня еще неделю преследовал трупный запах», – рассказывает одна из зоозащитниц, продежурившая у «Вешняков» («Эко-Вешняки» управляются компанией БАНО «Эко») в тот день, когда неравнодушные люди собрались у приюта, чтобы забрать из «концлагеря» еле живых животных. Сейчас некоторые из этих собак и кошек уже умерли, не смогли выкарабкаться. Другие потихоньку отъедаются и приходят в себя.

Большинство животных попало в профессиональные руки. Благотворительный фонд защиты животных «БИМ» участвовал в спасении животных из «Вешняков». Президент фонда Дарья Тараскина рассказала «Милосердию.ru», что забрала из «Вешняков» 96 собак и кошек. «Я уходила оттуда последняя. Кстати, всего в «Вешняках» было 150 собак и около 90 кошек. Разговоры о том, что там содержались тысячи животных, не обоснованы. Даже 500 животных в «Вешняках» не могло содержаться. Там территория всего 4-5 соток. Эти заявленные собаки и кошки – просто мертвые души. Очевидно, на них списывались получаемые из бюджета деньги».

Дарья Тараскина – основатель старейшего и известнейшего фонда «Бим», который с 1986 года помогает попавшим в беду животным.

Благотворительная организация «Мяу-Бутик Pret-a-Kote», который оказывает финансовую поддержку кошкам, попавшим в беду, оплачивают лечение или передержку, тоже поддержал животных и забрали из «Вешняков» 12 кошек. Один кот умер, остальные сейчас под опекой.

«Кошки, которых мы взяли из «Вешняков», не кастрированные, не чипированные. Они были в ужасном состоянии, просто картина из фильмов ужасов. Даже не могли стоять. Одного кота мы везли к врачу и думали, что он умер – язык высунут, не двигается… но оказался живой. Здоровье 90 процентов этих животных восстановить будет нереально. Тех, у кого только вирусные излечимые инфекции, можно будет довести до какого-то приличного состояния, но это уже хроники. У многих разрушен желудочно-кишечный тракт, – рассказывает Вероника, представитель «Мяу-Бутика». Сейчас требуется помощь на лечение этих животных, 29 мая организация проведет акцию в помощь спасенным кошкам.

Генеральная прокуратура РФ пока проверяет факт жестокого обращения с животными на территории приюта «Эко Вешняки» на аллее Первой Маевки в Москве. В приюте зафиксирована гибель 29 кошек и 12 собак. По версии самого приюта – ее озвучила управляющая Анжела Богачева – умерла только одна собака, остальные трупы были «подкинуты». По мнению руководства «Вешняков», это «рейдерский захват территории приюта».

Зоозащитники напоминают, что президент БАНО «Эко» Вера Петросьян с 2012 года является фигурантом уголовного дела по статье 159 УК РФ (мошенничество). Дело закрывали в 2014 году по амнистии, но амнистию позже отменили, отмечают СМИ, расследование возобновлено. Волонтеры, работающие в столичных приютах, утверждают, что подобное бесчеловечное обращение с животными со стороны БАНО «Эко» наблюдалось и раньше. Но как вообще это могло случиться, чтобы в столице страны устраивался собачий и кошачий мор?

Для чего нужен приют?

Принцип работы любого приюта одинаков: нужно найти животным хозяев. Правда, достижение этой цели чаще всего дело рук волонтеров, руководство приютов не всегда об этом заботится. В муниципальные приюты приходят собаки «с отловов». В частные – животных или подбрасывают, или приносят люди. Муниципальные содержатся за счет бюджета города, частные – на свои средства.  Вешняки – муниципальный приют. Все ли муниципальные приюты находятся в «зоне риска» – т.е. во всех ли животные могут находится в таком же состоянии, как в Вешняках?

Беда, случившаяся в «Вешняках», отмечают активисты, в том, что в приют не пускали волонтеров. «Там была для нас закрытая зона», – говорит Ольга, опытный волонтер приюта «Эко Бирюлево». Это муниципальный приют той же структуры БАНО «Эко». «Поскольку приют муниципальный, то собаки не в шоколаде, конечно. Но у нас порядок. Сильная волонтерская команда, более 100 волонтеров. Мы следим за животными». Поскольку бирюлевский приют относится к БАНО «Эко», сюда, рассказывает Ольга, тоже приезжали зоозащитники, почему-то решив, что и здесь мучают животных. Но это не так.

«Пишут в соцсетях: «Собираемся и едем в «Бирюлево», там сейчас убивают собак», а я в это время гуляю тут в «Бирюлево» с собаками, и у нас все спокойно. Или вот приехали в 4 часа утра, и пришлось волонтеру ходить по вольерам и показывать собак – что, мол, все живы-здоровы. А рядом у нас мусоросжигающий завод, всегда видно пламя, – так начинают говорить, что это мы жжем трупы животных». Такие крайности тоже усугубляют ситуацию. Между тем именно приют «Бирюлево» был первым, который организовал в Москве выставку бездомных собак в 2011 году, положив начало такой традиции пристройства животных.

Частный или государственный приют – что надежнее?

Фактически, приют «БИМ» (выросший в фонд) и БАНО «Эко» еще с 90-х годов были монополистами рынка: один представлял частную сферу, второй занимался госзаказами. «БИМ» – старейший в России частный приют для бродячих животных, созданный еще в 1986 году.

Сейчас на примере этих первопроходцев работают сотни других приютов –и частные, и муниципальные. Правда, все непросто. «В Москве примерно 13 муниципальных приютов, но только два сданы в эксплуатацию, в Зеленограде и в Кожухово, а остальные «а времянке» – ни воды, ни электричества. Объяснение стандартное – «нет денег»», – рассказывает Вера Митина, президент благотворительного фонда помощи бездомным животным «Ника», руководитель центра «Мокрый нос» – приюта нового формата, который строится в области. Ну а у частных приютов свои проблемы – и финансовые, и еще и законодательные, когда за каждый шаг в своем развитии нужно биться. Как это непросто, Вера Митина знает на собственном опыте. Портал «Милосердие.ru» уже рассказывал о стартапе фонда «Ника», который решил построить современный Центр помощи животным, с собственной ветеринарной станцией и прогулочным парком для посетителей. Сейчас Центр «Мокрый Нос» здорово продвинулся в достижении цели: уже построена первая очередь помещений, впереди работы над прокладкой инженерных сетей.

Вера Митина, президент благотворительного фонда помощи бездомным животным «Ника», руководитель центра «Мокрый нос».

Зависит ли качество содержания животных в приютах от формы собственности?  То есть – всегда ли зависит от того, частный приют или муниципальный? Мнения на этот счет расходятся. «Частный приют содержится на деньги  его владельца. Должны быть отчеты в соцсетях, если владелец приюта собирает на него пожертвования. Если приют закрытый, куда невозможно проникнуть, невозможно проверить, то появляются сомнения. В частных приютах будет низкий процент случаев, подобных «Вешнякам». Если только это не приют мошенников, где намеренно будут морить животных», – считает Вероника, представитель «Мяу-Бутика».

В то же время муниципальный приют содержится на деньги налогоплательщиков, и подобные страшные нарушения неминуемо вызовут общественный резонанс.

«Такая история, какая случилась в «Вешняках», может быть везде, – считает Вера Митина, – И происходят трагедии там, куда нет прямого доступа волонтеров. Когда существует контроль извне, идет поток людей, то как минимум, даже если приют плохой, а у владельцев нет финансов, то выходы есть: волонтеры ищут помощь. Важно, чтобы еще и владельцы приюта не препятствовали этой помощи, а такое тоже бывает».

«Погоня за деньгами загнала БАНО «Эко» в такую ситуацию. Наверное, все затмила мысль «мы давно на рынке, сами с усами», – полагает Вера Митина. –  Мне оттуда привезли трех собак. Они не худые, но дикие. С ними там явно не общались, не занимались. Они стерилизованные и кастрированные. Но их не лечили. Собаки полулысые, с демодекозом. У одного пса нарост на лапе. Если бы мне в приют попала такая собака, я бы сразу занялась этим, удалила, проверила гистологию. Но они этим не заморачивались. Породистые собаки там в еще худшем положении, чем дворняжки. Они даже не переваривали еду, лилось поносом. Возможно, беспородные лучше переносят невзгоды».

«Хороших приютов не бывает, ни муниципальных, ни частных. Я видела и те, и другие, – считает Мария, куратор, занимающаяся пристройством животных. – Ничего кроме отчаяния, у приютских животных не плещется в глазах».

Фото с сайта goodvklady.ru

Маленький или крупный приют – что лучше?

Все сходятся в мнении, что крупные приюты, где содержатся тысячи животных, не способны удержать марку – там невозможно уследить за состоянием и здоровьем каждого питомца. Например, каждому животному, которое поступило в приют, нужно сначала сдать анализы. «Я не видела больших приютов, где начинали с анализов. Нет индивидуальных боксов», – говорит куратор Мария. – Чем больше животных, тем больше они обезличиваются в глазах того, кто им занимается. Если там 500 кошек, то там большая смертность животных. Менее ценна жизнь каждого отдельного животного, владельцы приюта мыслят уже категориями поголовья».

Мария, кстати, отмечает, что и содержание собак и кошек на одной территории – явление крайне негативное. Вообще, содержать кошек сложнее, чем собак. «У кошек 28 инфекций, у собак 6-7. Лейкоз, иммунодефицит – кошки заражаются, на фоне стресса заболевают». В «Вешняках», рассказывает Мария, вольеры кошек были между вольерами с собаками, у животных не было мисок с водой и едой: «Кошки были как живые скелеты».

«Кошка как ребенок. Они не склонны к стайной жизни. Нельзя держать больную кошку со здоровой, важно как можно быстрее найти животному «руки» – то есть хозяина. Приюты, где кошек держат в большом количестве в одной клетке, бессмысленны для них. Любой зоопсихолог скажет, что даже в квартире, где больше 4 кошек, им уже не хорошо. Кошки начинают бороться за доминантность».

По мнению Эльвиры Стрельниковой, бывшего волонтера БАНО «Эко» в «Вешняках», стоявшей у истоков строительства этого приюта, нужно серьезно менять законодательство в вопросах содержания животных. Ввести обязательное чипирование, налогообложение заводчиков, контроль за приютами. «Думаю, что большие приюты, где держат от 2 до 5 тысяч особей, бесконтрольны. Там концов не найти. Лучше небольшие получастные-полугосударственные приюты». Но пока, отмечает Эльвира, существует либо одно, либо другое.

В частном приюте для бездомных животных «Ника». Фото А. Паскеевой. Фото с сайта zelenograd24.ru

Законодательство пора менять

Законодательство в сфере содержания животных сейчас «перевернуто с ног на голову», считают эксперты этого сектора.

Сфера стоит на системе торгов и тендеров, а система торгов и тендеров, считают представители сектора помощи животным, выстроена «криво».  «В регионах обычно приюту дают 2-3 млн на год на отлов и стерилизацию. Что дальше – как хотите, можете выпустить животных. В Москве выделяют больше – до 15 млн рублей, потому что в эту сумму засчитывают и проживание животных в приютах. В итоге на торгах можно заключить договор только с той организацией, у которой есть такой приют, вольеры для животных. Поэтому БАНО «Эко» выигрывало контракты, в частности, у нас в Зеленограде, где нет другого приюта с территорией и вольерами. Частные приюты не в счет, они не могут выйти на тендер. То есть деньги выделяются не на сам приют, а по головам отловленных и, как представляется, далее содержащихся в нем животных».

Только на самом деле не все отловленные (или якобы отловленные) животные находятся в приюте. Или же, подчеркивают зоозащитники, возможна такая ситуация, когда управляющая организация просто ловит по десятому разу одних и тех же собак и выпускает, не тратя лишние средства на их содержание. Контролировать этот процесс не удается. Приют фонда «Ника», рассказывает Вера Митина, например, ставит привитым и стерилизованным зеленоградским собакам метку на ухо, чтобы было видно, что эта собака уже «обработана», чтобы ловцы ее не трогали. Муниципалы об этом не заботятся.

Кроме того – а что дальше? В течение года животные, на которых бюджет города выделил средства, содержатся в приюте. Год проходит – что должно произойти с животными? Ведь выделенные средства закончились. «Фактически – новый тендер, и там выигранная сумма опять же рассчитывается на количество отловленных животных, новых. А что с теми, кто продолжает сидеть в клетках? Куда их деть? Поэтому я не исключаю, что каким-то способом от них избавлялись. Или отпускали, или животные погибали».

Почему частный приют не может выйти на тендер? «У нас это не развито. Плюс есть свои сложности. Я думаю, что частные приюты так заморочены своей повседневной жизнью, что им не до тендеров. Нужны финансовая обеспеченность, банковские гарантии под тендер и так далее. У кого-то нелегальная земля, или назначение земли не соответствует форме организации, – объясняет Вера Митина. – Мы сейчас – в старом приюте – тоже находимся на промышленной земле, и с нами город не может заключить договор. Но вот на новой территории, где строится «Мокрый Нос», у нас уже официально закреплено, что мы приют. Этого мы добились огромными усилиями. Мы были первым частным приютом, за которым официально закреплена земля. Теперь мы уже сможем выходить и на тендеры».

Положительный пример участия частного приюта в тендерах есть на территории Новой Москвы. Местный мини-приют с успехом выигрывает тендеры. Этот приют взял курс на программу «отлов-стерилизация-возвращение в среду». Есть опыт и у химкинского приюта, выигравшего тендер. Но в таких случаях у приюта появляется обязательство: город дал задание отловить за сегодня столько-то собак, и приют обязан выполнить задачу. При этом, отмечает Вера Митина, на практике оказывается, что сумм, выделяемых бюджетом на стерилизацию, чипирование, не хватает.

В частном приюте для бездомных животных «Ника». Фото А. Паскеевой. Фото с сайта zelenograd24.ru

Во всем мире государственного финансирования приютов нет, отмечает Дарья Тараскина: их содержат частные лица или общественные организации. А государство поддерживает законом. «У нас же порочность системы в том, что государство выделяет деньги, а выигрывает тендеры тот, кто хочет деньги себе взять и попилить. Откаты составляют до 60 процентов. Это просто еще одна кормушка», – говорит Тараскина.

В 2012 году, приводит эксперт пример, на содержание приютов в Москве город выделил больше 2 млрд рублей, в 2013 году примерно столько же. «Если поделить на животных во всех приютах Москвы и 365 дней в году, то получалось, что выделялось по 2 тысячи на собачий нос в день. Сейчас сумма еще возросла. Но это же огромные деньги! Допустим, средняя частная гостиница для собак стоит 800 рублей в сутки. На что можно тратить 2 тысячи рублей ежедневно? Тем более мы видим результат: эти деньги не использовались в реальности, судя по состоянию муниципальных приютов». Дарья Тараскина напоминает, что еще бывший мэр Москвы Юрий Лужков в свое время дал указание решить проблему с бездомными животными в столице и начал строительство приютов. Но с деньгами опять вышло не очень ровно. «Мы тогда дважды считали собак Москвы – выходило около 25 тысяч животных. Было построено примерно 23 тысяч клеток. Но использовалось не более 15 тысяч». «Постепенно часть приютов перестали финансироваться городом, – рассказывает Тараскина, –  прежде всего маленькие. Выгоднее большие живодерни, там проще скрыть убийства», – отмечает президент фонда «БИМ».

В свою очередь, Вера Митина отмечает, что в обществе пока еще есть недоверие к частным благотворительным фондам, и просто отдать приюты в управление фондам, без поддержки государства, пока нереально. Да и большой приют частные лица или фонды не потянут. «В том же кожуховском муниципальном приюте 2 тысячи собак, их не прокормишь. У нас, к примеру, для сравнения – 200 собак и 25 кошек, и то мы сталкиваемся с проблемой выгула, нехватки внимания. А если животных в разы больше, то это тяжкий труд», – замечает Вера.

Зоозащитники призывают

Зоозащитники призывают граждан не поддаваться эмоциям, забирая с улицы бездомное животное, а твердо взвесить свои возможности. «Часто из жалости люди берут домой собаку или кошку, а потом не знают, что с ней делать. Себе оставить не могут, в итоге или снова выбрасывают, или несут в приют», говорят волонтеры. А вы уверены, что делаете животному добро? Возможно, на улице у него были шансы действительно попасть «в семью».

Но если уж вы подобрали на улице животное и вам нужна помощь в устройстве его в хорошие руки, то в какой приют лучше обратиться? По каким критериям выбрать правильное временное прибежище для вашего спасенного питомца?

Главное, чем надо руководствоваться, выбирая приют:

  • Наличие в приюте волонтеров – первый признак надежности. Значит, приют не скрывает свою работу от общественности, открыт для посетителей, состояние животных можно увидеть лично.
  • Крупный приют не способен содержать животных в достойных условиях. Более комфортные условия – в маленьких приютах.
  • Частный  приют надежнее муниципального. В муниципальном не интересуются дальнейшей судьбой животных, этим опять же занимаются волонтеры, если они есть в приюте. В частном приюте не получают бюджетных денег, которые рассчитываются и выдаются «за голову» каждого пойманного ловцами животного, деньги рассчитываются на содержание приюта по другим принципам.
  • Открытость работы приюта – важная характеристика его качества. Отчет о потраченных средствах на сайте и страницах приюта в соцсетях, объявления о пристройстве животных, дни открытых дверей – все это подтверждает гуманистические принципы деятельности учреждения.
  • Если вы пришли в приют, обратите внимание на качество содержания животных. Не должно быть скученности в вольерах, клетки должны быть чистыми, с водой, кошки не должны содержаться рядом с собаками, животные должны выглядеть здоровыми.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться