Туризм для инвалидов – это дерзость: история малого социального предпринимательства

Мы хотим вам рассказать о первой в стране туристической фирме, которая специализируется на обслуживании людей с ограниченными возможностями, передвигающихся на колясках

Мы хотим вам рассказать о первой в стране туристической фирме, которая специализируется на обслуживании людей с ограниченными возможностями, передвигающихся на колясках.


Фото с сайта www.facebook.com

Мария Бондарь:«Мы не собирались создавать благотворительную организацию. Мы хотели, чтобы туристы на колясках чувствовали себя полноценными заказчиками полноценной услуги».

О пазлах и пандусенышах

В 2004 году в Санкт-Петербурге появилась первая в стране турфирма, работающая для инвалидов, – «Либерти». «Либерти» в переводе с английского – не только «свобода». Иногда это – «дерзость и смелость». И действительно: не дерзость ли то была? Две молодые женщины, Мария Бондарь и Наталья Гаспарян – и бизнес, который не сулил никакого дохода. О том, как рождаются идеи социального предпринимательства, и во что воплощаются, наше интервью с Марией Бондарь и Натальей Гаспарян.

Мария Бондарь: Мы с Наташей учились в одном классе. И еще восьмиклассницами стали задумываться о «своём» деле. Что-то такое своё делать хотели. Что именно? Я и забыла. Это были какие-то розовые мечты. Понимали только одно: продавать мы не умеем и не хотим. А про социальное служение? Да и не думали мы. Были какие-то «звоночки» в юности. Такие, скажем, картинки, из которых потом, позже, стала складываться общая картина, как пазл. Вот, например, одна из первых картинок: я после травмы позвоночника в санатории на реабилитации. И со мной рядом – дети на колясках, мои ровесники.


Мария Бондарь, исполнительный директор. А в 2012 году Мария стала лауреатом премии за вклад в развитие и продвижение социального предпринимательства в России «Импульс добра»
Фото с сайта www.facebook.com

А вот мы с Наташей оказались в Гамбурге в 16 лет. Программа по обмену школьниками. И в одной принимающей семье жила девочка, которая могла передвигаться только на коляске. Так она жила полной жизнью! Она ездила в школу, в кино, у неё был бой-френд. Это был культурный шок. Одно из самых сильных впечатлений этой поездки.

Потом мы поступили в институт. Я – на филологический факультет. Наташа – на экономический. И, когда мы уже подрабатывали гидами в родном городе, в Петербурге, видели, как «грузят» колясочников на экскурсиях. Нам это не нравилось. И это тоже была картинка-подсказка. А ведь это были иностранные «колясочники»! Они были хорошо оснащены и «укомплектованы». А наши? Наши тогда вообще не могли себе позволить путешествовать. Многие из них даже из дома не выходили.


Фото с сайта www.facebook.com

И вот, когда наш «пазл» сложился, и мы поняли, что хотим разрабатывать туры для инвалидов, судьба свела нас с Санкт-Петербургской региональной общественной организацией инвалидов «Мы – вместе». Юрий Кузнецов, Равиля Морозова, Пётр Морозов! Они очень нам помогли. Прежде всего, они хорошо знали проблему. И нам дали её понять и почувствовать. Иногда, чтобы просчитать какой-то маршрут, мы и сами садились в кресло-коляску.

Скажем, Большой дворец Петергофа был недоступен для колясок. А мы, упрямые, хотели проверить, можно ли внести коляску по лестнице. Сели в кресла. Наташин папа и Наташин муж мужественно тащили нас наверх. Но это же очень страшно! Можно в любой момент перевернуться. Нет, коляски нужно только закатывать. Нет пандуса – ступенька за ступенькой. Но всё равно это очень тяжело и утомительно. Мы стараемся всё-таки так составить маршрут, чтобы объекты были доступны. Там, где нужно преодолеть 2-3 ступеньки, достаём наш самодельный «пандусёныш», который сделал мой муж. Он у нас всегда с собой. Некоторые наши иностранные партнёры так удивляются и радуются этому «изобретению», что просят сделать такой же.


Фото с сайта www.facebook.com

Самое сложное в нашем деле – найти в России гостиницу со специализированными номерами. Особенно если группа едет немаленькая. В нашем городе семь оборудованных для обслуживания людей с ограниченными возможностями номеров в одной гостинице – это рекорд! Бывает, правда, звонишь в гостиницу, спрашиваешь: «Есть у вас номера для инвалидов? – Есть! – О! Сколько? – 250».

Бежишь туда – а там просто пандус ко входу пристроили. А что человек на коляске не въедет в ванную комнату шириной 50 см – это никому в голову не приходит. А еще нужен поручень в туалете, и душ без поддона, чтобы туда можно было въехать на коляске и пересесть на стульчик, и зеркало с наклоном, чтобы видеть своё отражение, не вставая с коляски, и выключатели на таком уровне, чтобы человек сидя доставал. Да масса мелочей.

В Германии, например, давно разработаны стандарты таких номеров. А наш Комитет по туризму звонит нам для консультаций: «Вы не знаете, есть ли стандарты специализированных номеров для инвалидов?» Да и вообще в европейских странах продумано любое путешествие в инвалидной коляске. Только в немецкоговорящих странах больше 30 таких туристических фирм, как наша. Они предусматривают любую мелочь. Но ведь это жизненно важные мелочи, они позволяют чувствовать себя полноценным человеком!


Фото с сайта www.facebook.com

Ради чего стоит трудиться

Мы вообще не затевали этот проект как благотворительный. Нам хотелось, чтобы инвалид, как и любой другой клиент, мог снять трубку и заказать то, что ему нужно. За деньги. Но на деле выходит так, что иностранные инвалиды могут это сделать, а наши – нет. Если мы будем для наших групп делать расчеты «по полной», наши потенциальные клиенты просто не смогут себе это позволить. Поэтому мы не включаем в такие туры (для отечественных клиентов) свою прибыль. Работаем по себестоимости. Всё получается дорого. Гостиницы – дорогие. Только 4-5-звёздные гостиницы обязаны – по статусу – содержать специально оборудованные номера, остальные стараются избежать этого: нерентабельно.

Транспорт – дорогой. Стало легче, когда появился свой микроавтобус. Строго говоря, микроавтобус, да еще оборудованный лифтом, мы не могли себе позволить. Купили подержанный фургон. В нём, кажется, цветы перевозили. Муж мой проявил чудеса инженерной мысли. Он сам вырезал окна, поставил сидения, установил лифт (срезал его с какого-то грузовика). Этот оранжевый «микрик» нас много лет выручал! Швейцарская делегация аплодировала, увидев это чудо техники ручной работы. Это уж потом немецкая фармацевтическая компания Берингер Ингельхайм выделила нам грант на покупку нового микроавтобуса, который оборудовали профессионалы. Но тот, самодельный, долго нас радовал и выручал.

Конечно, свой транспорт – это свобода и экономия! И всё равно: большие группы мы набирать не можем, значит, все расходы делятся на 10-15 человек. Дёшево никак не получается.

Наталья Гаспарян: Вообще больше шести лет мы работали за «спасибо». Сложно было назвать это бизнес-проектом. Удавалось выйти на самоокупаемость – и то хорошо. А то и свои деньги приходилось «докладывать». У каждой из нас было своё «основное» место работы. А потом мы на «основном» месте ушли в декрет, сначала с одним ребёнком, потом – с другим. Наташа вот – с третьим. И появилась жизненная необходимость хотя бы зарплату получать в «Либерти».


Наталья Гаспарян. Фото с сайта www.facebook.com

Вроде удаётся. Но на дивиденды пока рассчитывать не приходится. Конечно, иностранные туристы платёжеспособны. Когда они заказывают тур, они и рассчитывают на VIP-обслуживание, и готовы оплатить его соответствующе. Для нас работа с иностранными группами или индивидуальными туристами – это зарплата себе, сотрудникам, да ещё и финансовая «подушка», которая позволит обслужить российских инвалидов, а так же продержаться между сезонами. Только вот иностранцы стали более осторожно относиться к поездкам в Россию. В прошлом году «развалилась» американская группа – не собралась. В этом году – швейцарская.

А для нас одна не приехавшая группа – это серьёзный урон. Всего в сезон приезжают 3-4 группы. Конечно, приезжают индивидуальные туристы. Вот сейчас мы готовим большой месячный тур для клиента: Золотое кольцо, Псков, Новгород, Пушкинские горы. Но это возможно лишь потому, что клиент может немного ходить, хотя бы с палочкой. На коляске такое путешествие пока не совершить.

Сейчас самые популярные наши маршруты – городские. Санкт-Петербург, и Москва-Петербург. Поезд «Сапсан» вполне приспособлен для перемещения на коляске. Там есть специальные места, специальные туалеты.


Фото с сайта www.facebook.com

Целый год мы разрабатывали маршрут путешествия по Транссибирской магистрали. Казань, Екатеринбург, Иркутск – города, приспособленные для безбарьерного перемещения. А вот Владивосток, к сожалению, нет. Так что пока это будет укороченный маршрут. Надеемся, запустить его в этом году. В его подготовке нам опять очень помогла компания Берингер Ингельхайм. На этот раз не деньгами, нет. Они помогли нам собрать по нашим путевым листам информацию в разных городах: замерить дверные проёмы, лифты, посчитать ступеньки и т.д.

Кроме их гранта мы только однажды получали финансовую помощь. Это было в 2010 году, когда мы выиграли конкурс социальных предпринимателей и получили беспроцентный займ. На что потратили? На рекламу, выставочную деятельность. Но сейчас думаем: нужно было по-другому распорядиться деньгами. Хотя реклама, особенно за границей, нам очень нужна! Но пока она не работает.

Мария Бондарь: Вот чего мы точно не боимся – так это конкуренции. Многие пробовали делать то же самое. Никто не выдерживает. А мы? Нас двое. Да мужья поддерживают. Да пятеро пацанов за это время народилось (это если сложить две семьи). Так что если одна раскиснет, другая её сразу подхватит, встряхнёт, скажет: «Ну, хорошо, давай всё бросим. Только не сейчас!» А там, глядишь, наладилось, можно продолжать. Ну, а когда видишь глаза тех людей, которым ты помог увидеть Барселону, например. Это совсем другие глаза. Полные жизни, планов… Ради этого стоит ещё потрудиться!

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.