В мае 1829 года на одном из судов, прибывших в Одессу, заболели и скоропостижно скончались трое матросов. Вслед за тем умерли члены экипажа другого судна, побывавшие в гостях на первом.
Лихорадка, перебои сердечного ритма, а главное – вспухающие лимфатические узлы, превращающиеся за несколько дней в открытые язвы, не оставляли сомнений – в прекрасный солнечный город пришла чума.
Одесса моментально оказалась в карантине – и моментально же оказалось, что средств для выживания большого города в условиях строгой изоляции катастрофически не хватает. Как всегда бывает, в такой ситуации человеческие характеры проявлялись наиболее ярко. Для кого-то это был идеальный момент, чтобы обогатиться. Для других же – время, когда мобилизовались лучшие их качества.
Среди тех, кто спасал город в эти месяцы, оказалась женщина, уже известная в городе и своим добрым сердцем, и деятельной натурой, и тонким проницательным умом – графиня Роксандра Скарлатовна Эдлинг, урожденная Стурдза. Всю свою энергию она направляла на поддержание жизни изолированной Одессы и помощь тем, кому в этих условиях приходилось хуже всего: малоимущим, многодетным, лишившимся кормильцев или крыши над головой.
Вместе с единомышленниками она занималась отправкой в осажденный чумой город продовольственной помощи, вещей, денег, лекарств. Городу требовалась чистая питьевая вода, топливо, свечи, дезинфицирующие средства – и графиня хлопотала не покладая рук.
Эпидемия продлилась до января 1830 года. Около 300 человек переболели чумой, 219 умерли от нее – рукотворная гора «Чумка», где традиционно хоронили жертв чумы, вновь выросла.
Город приходил в себя, жизнь восстанавливалась, налаживалось снабжение, вновь в штатном режиме работали городские службы. Но, как выяснилось, ненадолго: уже в июне 1830 года в один день трое горожан скончались от холеры, и город вновь погрузился в тяжелый карантинный бред.
А Роксандра Эдлинг вновь взялась за уже хорошо знакомое дело: организовывать поставки продуктов, воды и лекарств.
«Я должна играть скромную роль»
Российская подданная по паспорту, молдавская аристократка по происхождению – Роксандра Скарлатовна пользовалась в Одессе большим авторитетом, несмотря на то, что была в городе человеком пришлым.
Она родилась в 1786 году в Бессарабии в очень непростой семье: отец ее принадлежал к знатному молдавскому роду, а мать, Султана Мурузи, была дочерью господаря Молдавского княжества. Роксандра была совсем маленькой, когда вместе со всей семьей переехала из жаркой и щедрой Молдавии в холодный и чопорный Петербург.
Это само по себе не способствовало бы развитию беззаботного и жизнерадостного характера, но новые впечатления – смерть любимой сестры, а потом и самоубийство старшего брата, надежды всей семьи – Константина – сделали детство девочки не по-детски печальным.
Несмотря на происхождение, семья была не слишком богата, а девушка – не слишком хороша собой. «Я чувствовала, что, не имея ни покровительства, ни богатства, ни замечательной наружности, я должна играть скромную роль. Я с горестью замечала, что наша семья оставалась чужой в России и что брат мой и сестра не будут иметь покровительства при вступлении в свет, если я не наживу себе благоприятелей», – писала она потом.
Благоприятели нашлись на императорском троне.
Как сделать мир лучше
Ее приняли в число фрейлин императрицы Елизаветы Алексеевны, супруги Александра I. На фоне легкомысленных светских болтушек Роксандра Стурдза выделялась скромными внешними данными, разумностью, религиозностью и образованностью – лучшая рекомендация, чтобы стать доверенной подругой жены императора. Елизавета Алексеевна не ошиблась, молодая фрейлина воздействовала на ее супруга самым положительным образом: основной темой их бесед с императором чаще всего оказывались вопросы религии и нравственности.
После Отечественной войны в 1814 году Александр вместе с женой отправился на Венский конгресс. В свите, сопровождавшей августейшую чету, была и Роксандра. Ее чрезвычайно интересовали вопросы внешней политики, но интерес был довольно своеобразным: на происходящее она смотрела сквозь призму духовных исканий.
По мнению фрейлины (которым она щедро делилась и с императором), христианские правители европейских государств, невзирая на принадлежность к разным конфессиям, могут и должны объединяться на благо всей Европы. А главная обязанность всякого порядочного монарха – забота о мире, благополучии и нравственном воспитании своих подданных, причем лучший метод такого воспитания – собственный безупречный пример.
«Священный союз», объявленный поначалу Россией, Пруссией и Австрией, к которому постепенно присоединились почти все европейские монархи, для нее был не политическим объединением, и даже не щитом против распространения «революционной заразы», а в первую очередь – воплощением христианского братства. Она верила, что мир можно переделать к лучшему – достаточно лишь каждому возлюбить ближнего своего.
Эти взгляды, как и идеи универсального христианства, Роксандра активно продвигала в беседах с императором Александром. Александр слушал. Он даже проявил интерес к известным в Европе христианам-мистикам, с которыми его познакомила фрейлина Стурдза, – баронессой Крюднер и Юнгом-Штиллингом.
Путешествие с царской четой по Европе длилось несколько лет, в течение которых Роксандра познакомилась со своим будущим мужем – министром иностранных дел и гофмаршалом Веймарского герцога графом Эдлингом.
В 1816 году состоялась их свадьба, а три года спустя Эдлинги прибыли в Петербург. Но настроения при дворе, видимо, изменились, место Роксандры в душе императрицы заняла какая-то другая милая фрейлина. Зато ей было пожаловано 10 тысяч десятин земли в Бессарабии, и туда, в новое имение, которому они дали название Манзырь, Эдлинги и переехали.
Помощь беженцам как система
Земли были плодородные, но неухоженные, дикие, всему нужен был зоркий хозяйский глаз и заботливая хозяйская рука. И то и другое у молодой графини, как оказалось, было, как было и желание вникать во все самой, изучать современные методы хозяйствования.
Она организовала мелиорационные работы – в засушливые земли пришла вода, и все преобразилось. Много сил графиня отдавала разведению винограда и тонкорунных овец, практически с нуля создавая товарное производство. Что немаловажно: все в имении делалось исключительно свободным трудом, который оплачивался настоящими деньгами, – в Манзыре не было крепостных.
Усадьба Эдлингов, поначалу одиноко стоявшая среди бескрайних степей, быстро обросла новыми поселениями, став центром маленького сельскохозяйственного рая. В нем не только применялись современные методы земледелия и скотоводства, но и воплощалось то, чего когда-то Роксандра ждала от императора: здесь рождались и воспитывались новые люди, создававшие новое общество.
В этом обществе приют находили и люди, пришедшие очень издалека. После восстания в Греции в 1821 году там велась борьба за независимость Греции от Османской империи, и в Бессарабию шел и шел поток греческих беженцев, поднятых с места затянувшимися военными действиями.
Для семьи Стурдза потеря греками исторических земель и собственной государственности была вовсе не чужой болью – дед Роксандры по материнской линии был уроженцем Константинополя. А до замужества близкие отношения соединяли ее с одним из главных идеологов национальной независимости Греции – Иоанном Антонием Каподистрией. Это был грек, выросший на территории нынешней Италии, врач, дипломат, суровым ветром занесенный в Россию. Потом, позже, когда с помощью России, Англии и Франции Греция наконец получит автономию, он станет ее первым правителем, но прослужит недолго и будет убит заговорщиками.
Помощь греческим беженцам графиня тоже превратила в систему – как все, за что бралась. Она не просто раздавала помощь, а давала ту самую удочку вместо рыбы: семена, сельскохозяйственный инвентарь, скот, выделяла земли для жизни и работы, помогала встать на ноги и укорениться в новой жизни. Беженцы становились частью создаваемого ей общества, полноправными гражданами своей новой родины.
Всю свою деятельность в Манзыре графиня Эдлинг выстроила как социальный проект. Она создавала цельную экосистему для реализации своих идей, почерпнутых в молодости и навсегда оставшихся ее правилами жизни.
Она понимала, что без медицины и образования любая помощь будет временной. Поэтому в имении помимо храма она построила больницу для крестьян и школу для их детей. Евангельская любовь к ближнему была наконец реализована – в земле, в камне, в уходящих за горизонт виноградниках и в тучных стадах.
С императором Александром она больше не встретилась. В 1825 году во время его возвращения из Крыма она, получив известие о болезни государя, попыталась было увидеться, но не успела: прибыв в Таганрог, узнала, что его уже нет в живых.
Сестра и брат – благотворители
Большую часть следующих лет жизни она провела между Манзырем и Одессой, где быстро снискала славу не только образованной хозяйки блестящего светского салона, но и мудрой и энергичной благотворительницы.
Одной из первых она начала развивать в Российской империи женскую системную благотворительность, ибо видела в женщине не только «утешительницу страждущих», но и мощную социальную силу.
В 1834 году она вместе с супругой генерал-губернатора Одессы Елизаветой Воронцовой создала первую в городе крупную общественную женскую организацию – Женское общество христианского милосердия. После двух изнуряющих эпидемий одесские земли терзала засуха и неурожай, так что помощь требовалась очень многим.
Общество организовало и патронировало Благовещенский сиротский дом с отделением для младенцев, поддерживало бедняков заказами: женщины шили на дому белье, которое потом продавалось в специальных магазинах, а выручка направлялась на благотворительность. Графиня ввела практику «женской опеки», когда образованные дамы брали под опеку семьи бедняков, помогая им материально, поддерживая морально, подыскивая работу и жилье.
Многие проекты Роксандра Эдлинг осуществляла вместе с братом, тоже известным в городе благотворителем – Александром Стурдзой. Их усилиями был создан настоящий социальный центр при Одесском Архангело-Михайловском женском монастыре. В нем действовал приют, где девочек учили и давали профессию – туда принимали дочерей бедняков и священнослужителей, – работала больница, принимавшая всех, без различия сословий. Сотрудничали брат с сестрой и в создании и поддержке Стурдзовской общины сердобольных сестер.
В тридцатых годах она составила свои воспоминания о службе при русском дворе. Ее мемуары и сегодня остаются ценным источником для изучения жизни Александра I и его приближенных. Графиня Эдлинг умерла в 1844 году. Свое состояние она разделила так, чтобы созданные ею учреждения могли функционировать десятилетиями.
