В Вяземском доме-интернате для престарелых и инвалидов подтвердилось заражение коронавирусом десятков стариков. Болеет персонал, выбывших из строя заменяют помощники, предоставленные фондом «Старость в радость».

Мы публикуем обращение директора фонда Елизаветы Олескиной с призывом осознать масштаб предстоящих заражений в социальных учреждениях по всей стране, не пытаться скрыть такие случаи, и принимать необходимые меры обдуманно и немедленно, действуя всем миром, чтобы спасти старых, слабых и больных.



В Вязьме.

К ночи еще у 10 постояльцев поднялась температура и их пришлось госпитализировать. Мы все же отправили с ними одну из наших нянечек. Понимаю все про меры безопасности сейчас в больницах. Понимаю, что это практически безнадежная попытка. И что у нас очень мало шансов, что это сработает.

Понимаю, что это, что называется, мало масштабируемый опыт. В других учреждениях вряд ли так получится, когда придется отвозить людей в больницу. Но мы отправили с ними нянечку, снарядили ее всем, что могли собрать. Будем пробовать обеспечить хоть какой уход и поддержку этим людям.

Для нас они родные. Заболевшие, напуганные неразберихой последних дней, тем, что “вирус особенно опасен для стариков”, тем, что в интернате происходит светопреставление, рядом заболевают соседи.

И мы слишком хорошо понимаем, что их ждет в больнице.

И до вируса в стране не было ухода в больницах, а сейчас там и подавно неоткуда ему взяться. А без этого в чем смысл? Ждать, когда дело дойдет до ИВЛ? Мы даже не понимаем пока, хватит ли их там. Так хоть свой человек будет, как сможет, будет им помогать.

Очень хочу, чтобы мы сейчас осознали масштабы беды и все вместе, государство, общество, фонды, стали бы ее решать. Сейчас решать. Не через неделю.

Хочу, чтобы мы перестали стараться замалчивать правду. Чтобы горький опыт беды в Вязьме помог другим с самого начала принимать верные решения: сотрудникам интернатов, руководителям соцзащит, губернаторам регионов, федеральным ведомствам, НКО в регионах, которые работают с домами престарелых, ПНИ, детским домам.

У нас больше полутора тысяч учреждений в стране. Мы погубим слишком много людей, если не начнем действовать прямо сейчас.

Вы не видите еще, но лавина уже сходит. Если мы будем ужасаться происходящему в Вяземском интернате, и при этом делать вид, что в России одна такая Вязьма и нигде больше такого уже несколько последних дней не происходит и быть в принципе не может — мы будем соучастниками гибели людей. Не нужно молчать.

Я очень надеюсь, что сегодня уже регионы, где есть и уже сделаны тесты на вирус в домах престарелых, ПНИ, начнут говорить сами. Я в течение дня, когда получим проверенные данные, буду стараться выкладывать тоже тут. Простите.

Пожалуйста, не бойтесь сказать.

Сделайте, как называется, каминг-аут. Не надо думать о том, что это некрасиво и хлопотно, иметь у себя зараженных сотрудников, стариков, инвалидов, и что это еще и известно станет. Так, потихонечку сами справимся, и информация не уйдет. Как никто понимаю всех вас — тех, кто работает в соцзащите.

И прошу не из прекраснодушия. Поймите, это фатальная ошибка. О всех заболевших, о всех смертях узнают — но расскажут гораздо чудовищнее, чем будет на самом деле.

И главное, — поймите, вы этим самым лишаете все другие дома помощи.

Когда началась Вязьма — мы на второй день уже поняли, что чтобы справиться с ситуацией, если такое будет происходить не только там, придется привлекать медицинский персонал в сами учреждения, МЧС, армейские части, придется принимать на самом верху принципиальное решения по обеспечению средствами индивидуальной защиты стационары соца, нужны будут санпропускники, решение по питанию, серьезнейшая координация потоков заболевших с больницами, придется на уровне Минфина решать вопросы оплаты труда и сложнейший вопрос, как в течение нескольких месяцев как минимум, регулярно заменять выбывающий персонал.

Если дело в одной Вязьме, то зачем ставить всех на уши? подключать МЧС, армию, зачем мучать федералов? Зачем Минфин? Справимся уж с одним очагом возгорания.

А вот и нет. Не справимся, и сгорит тогда все дотла, если не поймем, что уже полыхнуло не только там.

Услышьте меня, пожалуйста. Пока Вязьма “одна” , вы не сможете решать нормально ни одну задачу. А задач форс-мажорных сейчас будет тьма. Одна другой сложнее.

6 дней понадобилось в Вязьме, чтобы соорудить санпропускник,

чтобы хоть как-то не самым оптимальным образом, но появилась чистая зона. Ведь зараженный интернат – автоматически весь грязная зона. Эти шесть дней — цена здоровья сотрудников, нянечек, которых мы выводили.

Почему? Потому что санпропускник в любом виде, самый примитивный — не объявится сам собой в первый час, как вы поймете, что в доме эпидемия.

Его надо организовать. В нашем случае, это палатка, которую поставили военные. Ну так об этом же договорится еще надо, привезти ее. Кричать в телефон несколько суток. (Простите все, с кем в эти дни скандалю).

4 дня всем миром — и регион, и мы, с поддержкой федералов, Химзащиты, в ручном режиме добывали средства защиты. Кто добывает сейчас СИЗы для врачей, понимает, о чем я говорю. Цена промедления — близкий к ста процентам риск заразить весь персонал.

Мы вывели подкрепление, но насколько их хватит?

У части девочек уже температура. И они понимали, что так будет. И мы понимали. На меня мои сотрудники кричали, что мы выводим людей, а костюмы еще не приехали. Только маски, перчатки, халаты были.

Специально повесила вчера в посте фотографию наших девочек. В этих с трудом, криком, в ручном режиме добытых нескольких одноразовых костюмах-”касперах”. Лучше у меня в комментариях пусть люди справедливо говорят, что так нельзя снаряжать людей. Почитайте в комментариях к предыдущему посту, там несколько вполне профессиональных разборов, как должны быть закрыты глаза, ноги. Сколько костюмов таких нужно.

Так вот, лучше мне будут это ставить в вину, и я буду мучиться тем, что хоть расшибись, но раньше с боем не получилось достать и этого, чем потом мы во всех регионах будем выводить людей на замену без средств защиты. Если сейчас не думать, что Вязьма будет одна, то очень быстро всем станет понятно,что средств защиты для социальных учреждений, понадобится через неделю сопоставимое количество с тем, что сейчас нужно в больницах.

Мы вывели и сейчас выводим на замену людей. Медикам за работу в больницах, куда привозят заболевших COVID-19, увеличили зарплату. Это совершенно правильное решение.

Пока мы в Вязьме выводим фондом персонал, мы будем платить этим людям, думать о их семьях. И если бы не то, что нас сейчас поддерживаете деньгами все вы, мы бы не справились. Но мы же не выведем персонал на замену во всех учреждениях, где началась и начнется эпидемия.

Это должны будут делать регионы, и платить людям уже совсем другие деньги Иначе не найдут замену. А дотационным регионам, я совершенно уверена, сейчас неоткуда взять эти деньги. А тем, у кого эти деньги есть, пора их уже переводить.

Я написала, что мы снарядили нянечку вечером ехать в больницу.

Вечером наших отвезли на самом в две больницы, часть в Вязьму, часть в Смоленск. До Смоленска больше двух с половиной часов, но там лучше оснащение. Больница местная рядом, но там почти ничего нет. Нянечка наша пока поехала в Смоленскую больницу, с тремя маломобильными и тремя ослабленными людьми. А в Вяземскую ЦРБ сейчас будем понимать, получится ли отправить еще человека.

Самое главное, как и во всех больницах, страны, там нет персонала, готового ухаживать.

И эта проблема сейчас бабахнет, потому что по мировой практике, из социальных учреждений людей привозят в больницы большими группами. И это ослабленные без всякого вируса, часто маломобильные, лежачие пациенты. Мы готовы просто перевозить их в больницу, чтобы там они без ухода в ожидании ИВЛ сами тихо ушли?

На самом деле, куча других проблем еще. Но и так, думаю, размер бедствия прикинуть можно.

Все регионы готовы к такому сценарию?

У всех есть дополнительный персонал, договоренности о двойной оплате на время изоляции в учреждении? У всех в больницах готовы отделения с персоналом для ухода за теми, кто заболеет , из лежачих, маломобильных стариков и инвалидов? Или интернаты будут посылать свой персонал ухаживать в больницу- что тогда будет с остальными постояльцами?

Я не знаю, как будут развиваться события.

Но мне хочется знать, что то, что происходит в Вязьме, заставит каждого руководителя соцслужб заранее обратиться за доп.поддержкой к губернатору. А губернаторы дотационных регионов смогут обратиться в Минфин – и будут там услышаны. Чтобы дать возможность всем интернатам добрать персонал для превентивной изоляции, чтобы не случилась и у них Вязьма, не пришлось изолироваться уже из-за вируса .

Чтобы персонал, согласившийся на 14 и более дней жить безвылазно в интернате, получил бы достойное вознаграждение. Чтобы было достаточно средств защиты. Дезсредств. Лекарств. Питания. Воды. Чтобы была обеспечена психологическая поддержка. Чтобы была связь с миром и возможность общаться все время по телефону, интернету. Чтобы были выделены средства на второй, а если беда продлится, то и третий, и четвертый состав персонала.

Регионы сами не справятся. Но федеральный Минфин не услышит, если стонать будет только один дом-интернат.

Или можно пойти по пути тех страшных картинок, которые все видели, из испанских домов престарелых

— брошенные умирающие старики и разбежавшийся, не выдержавший персонал. А если у нас сотрудники не разбегутся, а полягут, как в Вязьме? Где за пять дней вируса от штата остались одна медсестра и три санитарки на весь дом? Будет лучше?

Пожалуйста, не заблуждайтесь, не получится сейчас практически ни у какого региона, от столицы до самых до окраин, “в рабочем режиме” спокойно решить все, что придется, когда эпидемия дойдет до стационаров.

Нет у меня иллюзии, что легко сейчас перебросят из надомного соцобслуживания персонал в стационары. Сейчас в надомном обслуживании соц разрывается на части, едва справляется. Потому что объемы работы увеличились в разы. А персонал «соца» на треть — пожилые люди. Им многим уже пришлось самим изолироваться. И волонтерской помощи, слава Богу, она есть, но и ее не хватает сейчас категорически.

На дому пожилых и инвалидов так много, что они, как ни парадоксально это звучит, становятся не такими заметными.

Убрать персонал там можно. Перевести его в дома престарелых, ПНИ. Но тогда придется закрыть глаза на то, что будут умершие из-за нехватки помощи и ухода.

Мы все понимаем, что часть пожилых людей могут очень тяжело переносить болезнь.

Будут ухудшаться, умирать. Мы не властны отменить вирус, но мы обязаны хотя бы не усугублять муки, всеми силами стараться поддержать, окружить заботой, быть рядом.

Дорогие мои. Это ведь личная ответственность каждого из нас. Мы переживаем за наших мам, пап, бабушек и дедушек? Вот эти люди — тоже наши.