Если не будет ваших возражений, положительная разница между суммой, достаточной для помощи по данному объявлению, и общей суммой поступивших пожертвований будет направлена на помощь другим нуждающимся в той же категории просьб.

У Ольги Щегольсковой из Москвы – лейкоз и редкое генетическое заболевание нервной системы. В квартире – старые разбитые окна. Нужны новые

Ольга кутается в шаль. Рядом с кроватью – корзина с шерстяными носками. Но полке – стопка свитеров.

«Еще нет заморозков, но мне все равно холодно. Окна старые, продувает. А зимой я сплю под тремя одеялами», — говорит Ольга.

Движения медленные, как будто сонные. Тело двигается, как в такт музыке, но музыки нет. Даже мимика – танцующая.

«Это часть моей болезни – хорея Гентингтона. Болею я детства, но эти движения появились примерно год назад, после химиотерапии, видно  она спровоцировала ухудшения, — говорит Ольга. – Я почти ничего не помню, беру записную книжку, вижу имена людей и не могу вспомнить кто они. Это наследственная болезнь, мой отец умер от нее в 63 года».

Желтые стены с облупившейся краской, на подоконнике – миска с семечками, детские акварельные краски.

«Я живу сейчас в комнате сына, в своей долго находиться не могу», — признается Ольга. В ее комнате сейчас никто не живет – на полке с иконами – черный цилиндрический сосуд.

«Это прах мужа. Он просил развеять его над рекой, но мы еще не успели, он умер полгода назад», — добавляет Ольга.

Когда муж напивался, он бил окна, ломал двери. Поднимал руку на жену и сыновей, Ольга несколько раз забирала детей и уезжала во Владимирскую область к маме. А потом снова возвращалась.

«Он любил меня, когда был трезвый – заботился, писал маленькие записки и оставлял на кухне, — вспоминает Ольга. – Когда я заболела онкологией, он стал пить еще больше. Вот сердце и не выдержало».

Ольга пролечилась и сейчас у нее ремиссия. После болезни организм ослаблен, кожа бледная.

«Недавно мне исполнилось 45, меняла паспорт, волосы после химиотерапии выпали, поэтому на фотографии я лысая», — говорит Ольга.

В комнате холодно, как на балконе. Стекла мутные, одно из окон со внутренней стороны разбито. Комната заставлена коробками, досками, посредине — инвалидная коляска, велосипеды. Оконная рама стоит отдельно – прижата к стене.

«Когда она упала, задела мне руку, хорошо, что совсем не придавила, — вспоминает Ольга. – У нас дом 30-ых годов, за все это время окна ни разу не менялись».

Чтобы заменить старые окна на новые пластиковые в двух комнатах и на кухне нужно 167 461 рублей. Ольга живет на пенсию по инвалидности. Младшему сыну – 14 лет, старшему – 19. Помогать он пока не может – остался без работы, пытается устроиться на новую.

«Мы до сих пор выплачиваем кредит за похороны моей мамы, она умерла год назад», — признается Ольга.

Скоро наступят заморозки, и Ольга будет спать под тремя одеялами. Может успеем помочь ей до холодов?

Фото: Валерия Гречина

Опубликовано 1 ноября 2019 года