Два года назад Максим Прийма сидел в первом ряду спортивной арены в родном Ростове-на-Дону. Это был настоящий спортивный матч. Папа держал сына, а мальчишка смотрел на лед широко раскрытыми, восторженными глазами. Хоккеисты носились по площадке, зрители кричали. И Максим вопил вместе со всеми: «Давай!» и хлопал в ладоши. А потом хоккеист перебросил шайбу через стеклянное ограждение – специально для мальчика. Максим прижал ее к груди. Родители с смотрели на своего сына с ДЦП и радовались вместе с ним.
Максиму девять лет. Когда он родился, весил 2200 граммов и дышал с трудом. Первые сутки мальчик провел в реанимации, затем неделю в интенсивной терапии, потом месяц в отделении патологии новорожденных. Врачи успокаивали: недоношенные дети к двум годам часто догоняют сверстников. О диагнозе ДЦП мама Оксана услышала, когда Максиму было восемь месяцев. Максим тогда не сидел, только переворачивался на спину и живот.
– Нам сказали: примите эту новость, – вспоминает мама. – И мы приняли.
Все эти годы жизнь маленькой семьи из трех человек подчинена болезни единственного ребенка. Но в ней есть не только борьба за здоровье, но и приятные события. Та шайба с хоккейного матча, потертая, настоящая, до сих пор лежит у Максима на полке. Рядом с книгами и карточками с флагами разных стран, которые он знает наизусть.
Максим вообще очень основательный. Если что-то полюбил – это надолго. Сначала был биатлон, который он смотрел с дедушкой. Затем – «чемпионат», как он называл любые соревнования. Потом – хоккей, гандбол, баскетбол. Любит спорт во всех его видах.
А еще он обожает музыку – подпевает песням из мультфильмов, мечтает играть на гитаре. Любит, когда читают книжки – одну и ту же может слушать сто раз за день. Любит карту мира. Любит цифры. Не любит только одно – когда не получается. Если что-то идет не так, Максим отодвигает и отворачивается. Но если рядом тот, кому он доверяет, старается.
У Максима тяжелая степень ДЦП, 4 уровень по шкале GMFCS. Ходить сам мальчик не может. Но научился стоять у опоры двадцать минут, и это не предел. Максим ползает на четвереньках, одновременно двигая рукой и ногой. Этому он тоже научился во время реабилитации. В жизни детей с ДЦП она играет огромную роль. Еще Максим сам ест ложкой и вилкой, надевает майку, пишет рука в руке. Говорит простые слова: «мама», «папа», «дай».
В три года Максим впервые попал в центр «Счастье мое» в Ростове-на-Дону. Тогда он не умел даже сидеть. Сегодня специалисты этого центра знают о нем все: какой у него характер, когда он хитрит и говорит «я устал», а когда действительно выложился.
– Когда работаешь с ребенком годы, видишь динамику, можешь ставить реальные цели и достигать их, – говорит Оксана. – Короткие курсы – это капля в море. А регулярные занятия дважды в неделю дают уверенность: навыки не пропадут, результат не уйдет.
После операции по методу Ульзибата (ее Максиму делали в Туле в 2022 году) спастика в ногах почти ушла. Сейчас он делает первые шаги с поддержкой. Чтобы закрепить успех и двигаться дальше, нужен годовой курс в реабилитационном центре «Счастье мое». Стоит он 240 000 рублей и это огромные деньги для семьи, в которой работает только папа. Совокупный доход семьи вместе с пособиями и пенсий – 69 478 рублей. Но есть ипотека – 12 431 рубль в месяц, которую платить еще шесть лет.
Что может изменить год занятий? Максим сможет сам вставать с дивана или стула, держась за стол. Не ждать, пока подойдут взрослые, а просто встать и взять книгу или кружку. Сможет сам садиться на стул из положения стоя у опоры. Он сможет делать приставные шаги вдоль стены или стола, то есть, научится перемещаться по комнате без посторонней помощи. Мы с вами можем подарить мальчику эти самостоятельные шаги!
Мы полностью направляем на помощь людям все ваши пожертвования, перечисленные на просьбы о помощи. Из суммы вашего перевода вычитается только комиссия платежных систем, которые обслуживают денежные переводы и обеспечивают безопасность ваших данных.