Если не будет ваших возражений, положительная разница между суммой, достаточной для помощи по данному объявлению, и общей суммой поступивших пожертвований будет направлена на помощь другим нуждающимся в той же категории просьб.

Сейчас они все – и Кирсановы, и все носовцы – как челюскинцы на льдине. Не придет с Большой Земли помощь – пропадут, так и застрянут среди своих заснеженных бездорожных полей Сбор денег завершен. На перечисленные средства куплена подержанная «Волга». Спасибо!

Если не будет ваших возражений, то излишки будут направлены на помощь другим нуждающимся людям в той же категории просьб.

В подмосковной деревне Носово давно уже один вид транспорта. Это старенькая «Нива» многодетной семьи Кирсановых. Автобусы сюда не доходят: дорог нет. А машина после 10 лет непосильного труда окончательно вышла из строя. Чтобы носовцы не оказались отрезанными от мира и дети могли ходить в школу, надо срочно покупать другую, но на какие деньги?

Статья о семействе Кирсановых из журнала «Нескучный сад».

Деревня Носово – одно название. Домов восемь осталось: с одной стороны четыре, да с другой столько же. Оживает Носово только летом, когда дачники приезжают в соседние поселки. Тогда детям из семейства Кирсановых раздолье, можно вдоволь наиграться с друзьями, на весь оставшийся год.

А потом они снова останутся одни до весны. Школа да храм по воскресеньям, вот и все. Ближайший к Носово населенный более-менее крупный населенный пункт – поселок Теряево. От соседней деревни туда ездит школьный автобус, но до него надо по полю иди пешком несколько километров. И потом обратно, уже почти по темноте. «Тропинку мы протоптали, наше семейство, – смеется мама Светлана, – больше в Носово школьников нет. Одни бабульки остались».

В Носово давно уже ничего не ездит, нет тут дорог. Точнее, есть, но очень плохие. Единственный на всю деревню вид транспорта – «Нива» семьи Кирсановых. Только уж больно старенький он, этот «вид», на ходу разваливается. Глава и единственный добытчик семьи Михаил Борисович – печник. Съездит на заработки, денег привезет – и почти все в ремонт вложит. «Мы и купили-то ее чудом, – рассказывает Светлана, – а уж то, что она ездит до сих пор – уму непостижимо! Тут залатает, там отвалится. Ездим-то по бездорожью». А не ездить нельзя. Во-первых, детям в школу каждый день по полю грязь со снегом километрами месить – не дело, согласитесь. А во-вторых, по выражению Светланы, «машина всю деревню спасала». Кому что ни нужно – все к ним, к Кирсановым. Кирпичи перевезти, встретить кого, в магазин съездить… Знают, что Борисыч не откажет никогда. Он человек верующий и принцип у него такой: что получил – отдай, поделись. Господь не оставит, тем более детей. Каждое воскресенье вся семья в храме. Либо в соседнем – Введенском, что на полпути до Теряево, либо в знаменитом Иосифо-Волоцком монастыре, но это подальше. Туда-то приедут к началу, а вот разъезжаются потом целый день: всех окрестных бабулек надо по домам развезти. На службу они пешком приходят, порой километров за семь, а обратно – разве можно бросить?

В магазин носовцы едут как полярники: запасаются надолго всем необходимым: когда еще оказия подвернется? Зимой у Михаила Борисовича заработков совсем нет. Сидят, пережидают холодные времена, питаются заготовками. «Все лето мы сидим в огороде, – говорит Светлана, – чтобы прокормиться зиму. Все, что можно, выращиваем, курочки есть. Была и корова, но вот не справляемся больше. У меня грыжа позвоночника, трудно…»

Однако не справляются они больше со своей помощницей-кормилицей «Нивой». Отказывается та ездить, как ни чини. «Первый раз вижу мужа таким, – признается Светлана, – чтобы руки у него опустились, чтобы не знал, что делать. Работы нет сейчас и помощи нам ждать неоткуда, только от Господа».

О том, что мы просим о помощи у вас, дорогие читатели, Михаил Борисович, не знает. «Не научился он пока помощь принимать, – вздыхает Светлана. – Сам привык зарабатывать да другим отдавать и во всем надеяться на Бога». Но она решила, что сделать это необходимо: иначе вся их деревня останется отрезанной от мира, а детям все зиму придется ходить в школу почти весь путь пешком. Эдакие филиппки ХХI века. Школьников в семье трое: четвероклассник, пятиклассник и восьмиклассник. Старшая девочка поступила в Свято-Димитриевское училище сестер милосердия. Слово «мачеха» никак не вяжется с добрейшей и заботливой Светланой, но она не родная им мама. Михаил Борисович – вдовец. «Наш-то брак – молодой совсем, – улыбается Светлана, – сынишке нашему общему три с половиной года». Малыш сидит дома. О детском саде речи нет. Туда-то еще можно на школьном автобусе добраться, а обратно? Так и растет, не видя ровесников.

– А переехать отсюда вы не думали? – осторожно спрашиваю у Светланы. Машина, конечно, не роскошь, совсем не роскошь, в данном случае особенно, но все-таки должны быть какие-то пути выхода.
– Ни за что! – отрезает она. – Тут мои дети в безопасности, тут нет никаких искушений, тут я за них спокойна. Живем мы тихо, размеренно, воспитываем их в благочестии. Со сверстниками общаются в школе да летом, когда дачники понаедут. В храме есть их ровесники. Да и дети никуда не хотят уезжать отсюда.

Я вспомнила поселок Теряево, в котором была несколько лет назад во время паломничества к прп. Иосифу Волоцкому. Уже вечерело, у местного кафе кучковалась стайка хмельной молодежи. Запах, прикид, лексикон – все как принято сейчас. Но отчего-то именно эти, теряевские врезались мне в память. Не лучшая, конечно, компания для детишек из тихой православной семьи.

– А если кредит? – не унимаюсь я, заранее зная ответ.
– Не благословляют православным людям кредит. Да и не выпутаешься потом из этой кабалы…
– Занять у кого-нибудь?
– У кого?! — Светлана смеется. – У кого тут, в Носово, займешь? Разве что соли да спичек – и то не всегда…
– А если кто-нибудь предложит подержанную машину, согласитесь?
– Конечно, лишь бы ездила как-нибудь. Нам-то какая разница…

Светлана признается, что долго не решалась просить нас о помощи. Читала просьбы, которые публикуются на сайте: «там такие беды, там детки больные, а мы-то куда со своей машиной». Но наконец, решилась: «Как будет, так и будет. Помогут – хорошо, нет, значит, такова воля Божия». Светлана считает, что это будет чудом, если люди соберут им деньги на машину, ведь столько вокруг боли, но все равно просит помочь. Потому, что сейчас они все – и Кирсановы, и все носовцы – как челюскинцы на льдине. Не придет с Большой Земли помощь – пропадут, так и застрянут среди своих заснеженных бездорожных полей. Дети-то свою тропинку в школу протопчут, а как быть бабушкам, которым Михаил Борисович столько лет помогает? Те же спички с солью – как купить?

Стоимость «Нивы» (а только на такой, полноприводной машине можно проехать в деревню) – 400 тысяч рублей. Большая сумма? Согласны. На нее можно купить целых 23 годовых проездных билета на все виды транспорта в городе Москве. Примерно столько человек и живет в деревне Носово. Но не нужны им проездные, не нужна им Москва. Им по бездорожью только на кирсановской машине можно проехать. Так что объявляем сбор помощи для «безлошадных» носовцев. Нам нужно собрать 400 тысяч рублей.