«Я почти уверен, что буду ходить», — сказал Пэт. Врачи вежливо улыбнулись. Но вскоре пациент смог двигать пальцами ног. Поврежденные нервы восстанавливались

Пэт Раммерфилд. Скриншот с youtube.com

Приемный сын дедушки

Пэт родился в 1953 году в Калифорнии, и звали его тогда Дюк Стовер. Когда малышу было три года, мать оставила его и еще троих детей в христианском приюте в городе Бойсе, штат Айдахо, и исчезла навсегда.

Дюк был сильно истощен, его рука загипсована – отец избивал малыша. В приюте Дюка поселили вместе со старшими мальчиками, и это сделало его жизнь еще более жесткой. Подросткам нравилось бросать Дюка в маленький красный фургон и мчаться зигзагами по гравийной дороге. Тем не менее, когда в Рождество Дюку сказали, что он может взять себе один подарок, он выбрал игрушечную машинку.

В течение четырех лет, проведенных в приюте, малыш наблюдал, как усыновляют других детей. Его сестра и братья тоже отправились в семьи. И наконец настала очередь Дюка — за ним приехал его двоюродный дед Том Раммерфилд.

53-летний холостяк сам остался в детстве сиротой и не хотел такой же участи для своего маленького родственника.

Он привез мальчика к себе домой, в городок Варднер, и дал ему новое имя — Патрик Раммерфилд.

Том купил Патрику простую одежду — белые футболки и синие джинсы – и научил ловить рыбу. Сложностей в общении с мальчиком не было. Единственное, что беспокоило Тома, — постоянные драки его приемного сына. Пэт был нервным и резким, постоянно стоявшим в защитной стойке. Том часами беседовал с мальчиком, занимался с ним, заставляя забыть прошлое.

Роковой мальчишник

Пэт Раммерфилд.  Скриншот с youtube.com

Том перестал волноваться, когда Пэт влюбился в Эрин. Она была высокой, с золотисто-рыжими волосами до пояса и считалась самой красивой девушкой в старшей школе, где учился и Пэт. Однажды юноша пригласил Эрин в кафе, с тех пор они начали встречаться.

Вскоре Пэт сказал, что мечтает провести с Эрин свою жизнь. Эрин ответила, что тоже этого хочет. После школы Эрин поступила в колледж, а Пэт нанялся на работу в шахту Бункер Хилл, чтобы накопить денег для будущей семьи.

В сентябре 1974-го Пэту исполнился 21 год. Он и его лучший друг Кевин Берг решили, что пришло время сделать своим девушкам предложение. Накануне друзьям захотелось устроить мальчишник. Оба были пьяны, когда мчались в спортивной машине со скоростью свыше 200 км в час — Берг за рулем, Раммерфилд с бутылкой вина на пассажирском сиденье.

Автомобиль вылетел в канаву и перевернулся. Берг отделался сломанным зубом, а у Пэта четыре шейных позвонка были сломаны – в дополнение к ребрам, коленям и лодыжкам. Бутылка вина разбилась, прорезав Пэту веки и выколов правый глаз.

В больнице врачи сказали Тому Раммерфилду, что его сына парализовало и жить ему осталось три дня. Когда Том, в слезах, сказал об этом Патрику, тот попросил повесить над кроватью рентгеновский снимок.

«Я смотрел на снимок и молился: «Боже, если Ты дашь мне второй шанс ходить, я сделаю все от меня зависящее, чтобы помочь тем, кому повезло не так, как мне», — вспоминает Пэт.

«Я уверен, что буду ходить»

Пэт Раммерфилд.  Фото с сайта alchetron.com

Прошла неделя, Раммерфилд был жив. Врачи сказали, что это невероятно, но Пэт не умрет, правда, останется парализованным до конца своей жизни. Они предложили Тому отправить сына в дом инвалидов, но тот отказался.

Одна медсестра рассказала Тому о программе в Сан-Диего, которая обучала людей управлять электрической инвалидной коляской с помощью рта. Метод «вдох-выдох» тогда был новым, кресло весило свыше 400 кг, но Пэт ничего лучшего не мог себе и представить.

«Однажды после тренировки с коляской медсестры уложили меня в кровать, и я лежал, мечтая о гоночных автомобилях, вспоминая прошлую жизнь, — рассказывает Патрик. – И вдруг понял, что большой палец левой ноги шевелится». Раммерфилд сообщил врачам, что скоро будет ходить.

«Мы не думаем, что вы сможете делать больше, чем сейчас», — мягко сказал один из нейрохирургов.

«Я почти уверен, что буду ходить», — повторил Пэт. Врачи вежливо улыбнулись. Но вскоре пациент смог двигать и другими пальцами ног. Поврежденные нервы восстанавливались.

После девяти месяцев реабилитации Пэт отправился домой. Кевин Берг ходил за другом виноватой тенью. «Я виноват так же, как ты, — сказал Пэт, — не мучай себя».

Два колеса и подушка

Пэт Раммерфилд.  Фото с сайта patch.com

Берг купил Раммерфилду электрический стационарный велосипед, который крутил педалями автоматически.

Когда велосипед принесли домой, Том на минуту задумался, потом посадил сына на сиденье, сунул подушку между ног и привязал ступни к педалям.

Так Пэт начал «ездить» на велосипеде по несколько часов в день.

Тем временем Эрин решила бросить колледж, устроиться на работу и выйти замуж за Пэта. Но тот был резок с девушкой – не хотел, чтобы она ухаживала за инвалидом. Когда грубость не помогла, Пэт просто перестал отвечать на звонки Эрин. Позже Пэт узнал, что Эрин вышла замуж.

А Раммерфилд вкладывал все силы в реабилитацию. Благодаря постоянной терапии и исключительной решимости он восстановил подвижность в руках, его сломанные кости срослись, причем правильно.

«Я был бы лжецом, если бы сказал, что все это было легко», — вспоминает Пэт. – Временами у меня были серьезные приступы депрессии, когда я не хотел продолжать реабилитацию. Но с помощью близких друзей удалось это преодолеть».

В 1978-м, через три с половиной года после аварии, Пэт снова начал ходить. Он стал первым в мире парализованным человеком, вернувшим своему телу подвижность. Но этого ему было недостаточно. Начались длительные тренировки, в течение следующих четырех лет Патрик укреплял ноги.

У Раммерфилда все еще были проблемы с балансом. «Я не чувствую ног ниже колен, не знаю, где мои ноги, пока не увижу их», — говорил он.

Вскоре Пэт встретил молодую женщину по имени Конни Догерти. Они поженились. Родились две дочери, Брианна и Хейли. Том обожал внучек. Его не стало в 1990-м. Если бы Том прожил еще год, он увидел бы, как его сын бегает.

Рекорды Пэта Раммерфилда

Пэт Раммерфилд.  Фото с сайта baltimoremagazine.com

После смерти отца Пэт тренировался, как сумасшедший, побивая один рекорд за другим.

«Как только я смог бегать, сразу же начал участвовать в гонках, — вспоминает Пэт. — Это хороший способ сбора денег на исследования спинного мозга. И я никогда не останавливался».

В 1992 году он принял участие в изнурительном (200 км) чемпионате мира по триатлону «Ironman»  («Железный человек») в штате Гавайи. 85 процентов спинного мозга по-прежнему не работали, но он мог бегать, ездить на велосипеде и плавать. Победитель чемпионата Марк Аллен финишировал через 8 часов 9 минут. Пэт преодолел дистанцию за 16 часов 18 минут.

Пэт пришел последним. Но 66 человек даже не добрались до финиша, хотя ни один из них не был парализован.

После Ironman Пэт начал выступать с мотивационными лекциями перед людьми с инвалидностью. Речь Раммерфилда услышал невролог из Вашингтонского университета Джон Макдональд и предложил ему работу с пациентами. Врач начал заниматься с Пэтом восстановительной терапией.

«У Раммерфилда решимость воина, — говорит Макдональд. — Он борется с болью, он борется с чем угодно. Он никогда не сдается».

Спустя пять лет после Ironman Раммерфилд поехал в Антарктиду. Он бежал при 5 градусах ниже нуля и стал одним из 82 человек в мире, которые завершили полный Антарктический марафон.

Он также участвовал в 250-километровой пешеходной гонке по пустыне Гоби в Китае, которая помогла собрать средства для исследований в Международном центре травмы спинного мозга.

В 1999-м Раммерфилд исполнил свою мечту, надев шлем и пристегнувшись в гоночной машине. За рулем White Lightning он установил мировой рекорд для электромобилей Международной автомобильной федерации, проехав со скоростью 390 км в час. Через несколько лет Пэт принял участие в качестве профессионала в мировом финале Американской лиги драг-рейсинга.

«Я всегда помню, что обещал Богу»

Пэт Раммерфилд.  Фото с сайта washingtonpost.com

Макдональд пристально следил за состоянием Раммерфилда, напоминая, что большинство врачей не позволили бы ему попытаться поставить ни один из этих рекордов. В любой момент Раммерфилд может снова потерять способность двигаться, считает врач. «Если это произойдет, — шутит Пэт, — я стану самым скоростным водителем-колясочником».

В 2004 году Макдональд возглавил Международный центр травмы спинного мозга в Балтиморском институте Кеннеди Кригера. Он предложил Раммерфилду работу там, и Пэт согласился. Его жизнь означала надежду для любого человека с травмой спинного мозга.

«Ложная надежда», — говорили некоторые из коллег Макдональда. Они считали, что пример Пэта вызывает у людей разочарование, когда их собственное выздоровление не происходит таким чудесным образом.

Но Макдональда беспокоили нейрохирурги, которые говорили: «У вас серьезная травма спинного мозга, и нет надежды на выздоровление». Они, по его мнению, лгали половине своих пациентов.

Макдональд называл это «ложным устранением надежды».

Тем не менее Макдональд был первым, кто признал, что случай Пэта — уникальный, учитывая примитивное состояние лечения спинного мозга в 1974 году. Если бы его травма случилась сегодня, ему сделали бы операцию по декомпрессии спинного мозга, хирург скрепил бы сломанный позвоночник. В 1974 году не было ни операции, ни фиксации. А Пэта просто привязали к велосипеду. То, что его кости правильно срослись, было чудом.

«Многие пытаются найти этому объяснение» — говорит Раммерфилд. — Это просто: Бог исполнил мою просьбу. Почему я? Понятия не имею».

Сейчас Раммерфилд живет в Сент-Луисе и активно участвует в программах профилактики вождения в нетрезвом виде.

«В молодости я совершил большую ошибку, — говорит он. — И беру на себя полную ответственность за свои действия».

Каждый месяц Пэт проводит неделю, работая с пациентами Международного центра травмы спинного мозга. С теми, кто в первую очередь нуждается в его моральной поддержке.

«Я не считаю себя знаменитостью, героем или чем-то в этом роде. Я просто думаю о том, чтобы помочь как можно большему количеству людей. Моя цель — когда-нибудь помочь каждому выбраться из инвалидной коляски».

Пэт помнит о своем обещании, данном Богу в 1974 году на больничной койке. «Это то, что движет мной каждый день, — говорит Раммерфилд. — Я хочу, чтобы люди знали, что есть надежда. Независимо от того, насколько слабой она может казаться, никогда не отказывайтесь от нее. Мы терпим поражение только тогда, когда сдаемся».

Использованы источники:

St.Louis Magazine

VOA News

St. Louis Post Dispatch

Rx.magazine