Как соотнести беспокойство обо всём на свете с доверием к Богу? Как понять, что тревожность вышла за рамки разумной предусмотрительности и стала угрозой здоровью?
Беседуем с психологом, доцентом Высшей школы психологии, бакалавром теологии Денисом Новиковым.
Тревога бывает полезной
— Уже больше года мы живем в стрессовой атмосфере пандемии, и лето не принесло облегчения: заболеваемость растет, вновь вводят ограничения, близкие оказываются в больнице… На этом фоне у многих усиливается тревожность, страх за будущее, нарушается сон, снижается работоспособность. Это нормально?
— Тревога может быть совершенно нормальным состоянием: мы тревожимся, когда играем на сцене, готовим доклад, когда влюбляемся. И «излечивать» человека от переживаний, которые происходит накануне его концерта или экзамена, не нужно: тревога мобилизует организм на то, чтобы сделать что-то лучше. Думаю, ни один актер не скажет, что ему нужно совершенно успокоиться перед выходом на сцену, — это «рабочая» тревога.
Но есть другая тревога, когда человек постоянно беспокоится, что заразится, или всё время переживает о близком, который поздно возвращается домой, или о невыключенном утюге и незакрытой двери. Эта тревога доставляет дискомфорт, но эффективного решения, чтобы от нее избавиться, не находится. Тогда можно обратиться к специалисту.
— А можно справиться самому? Существуют какие-то приемы самопомощи?
— Тревога — это всегда переживание о том, что не «здесь и сейчас», а «там и тогда». Либо это ожидание каких-то неприятностей в будущем, либо это забота о том, что происходит не рядом с тобой. А вот тело всегда находятся в состоянии «здесь и сейчас». Поэтому обращение к собственному телу с его пятью органами чувств может ощутимо помочь тревожному человеку. Это может быть элементарная прогулка, спорт, какие-то другие приятные занятия, где включено тело — сауна, массаж, вкусная еда. Помогут и такие классические техники, как аутотренинг, когда ты внимательно наблюдаешь за собственным телом и стараешься расслабить мышцы, где чувствуется напряжение.
Второе — это общение с близкими людьми. Когда тебя принимают, не высмеивают твои переживания, и можно рассказать, о чем ты волнуешься, что у тебя происходит в жизни — новые отношения, экзамен, кто-то снова заболел.
А третье — стараться делать какие-то дела, в которых ты достигаешь результата. Обратной стороной тревоги очень часто является бессилие. Поэтому поднятие уверенности в себе влияет на снижение тревожности. Порой в состоянии тревоги хочется сделать что-то глобальное: например, неспокойно тебе жить в твоем дворе, ты собираешься уезжать из страны. Это бесполезный процесс, он требует гораздо большего вложения, чем просто справиться с тревогой. А какие-то простые вещи, которые поднимают самооценку, делать важно. Даже небольшие дела, которые висели над тобой долгое время и которые ты наконец-то выполнил.
Когда все твои мысли — о перфораторе у соседей
— Каков маркер излишнего уровня тревоги, когда нужно идти к специалисту?
— Есть важный критерий, который неясно и туманно называют качеством жизни. Вот если ваше качество жизни снижается из-за тревожности — идите к врачу. Трудности с засыпанием и бессонница, например. Если вы сделали всё, что могли, — готовитесь ко сну за два часа, не листаете ленту соцсетей, не переедаете, слушаете расслабляющую музыку, а всё равно не спите, надо разбираться с психотерапевтом.
Еще одно измерение качества жизни связано с социализацией. Если меняется ваше положение в обществе, возникают какие-то сложности в решении прежних задач, если вы понимаете, что начинаете делать что-то нехарактерное для вас, — это тоже повод обратиться к специалисту.
— А если ты боишься летать на самолете?
— Научились с этим справляться — дышать, слушать себя, расслабляться, настраиваться, произносить молитвы, — отлично. Но если вы из-за того, что приходится летать, сокращаете количество командировок или перестаете с семьей ездить в отпуск, — вот явный признак необходимости обратить на это внимание.
Универсальный критерий: если тебе сильно досаждает симптом и ты не можешь с ним справиться несколько недель, лучше идти к терапевту. Знаете, как перфоратор в многоквартирном доме — у соседей шумит, и все твои эмоциональные переживания, все твои органы чувств направлены только на это. Вот если у вас всё время «фонит» тревога, надо разбираться.
Тревожишься о ком-то — ищи повод в себе
— Почему одни тревожатся больше, другие меньше? Такой склад характера?
— Часто тревога говорит о необходимости внутренней работы над собой. Допустим, ты боишься за близкого человека и сам понимаешь, что боишься слишком. Вот о чем это «слишком»? Причин может быть великое множество. Например, ты испытываешь чувство вины перед ним, у тебя не так пошли с ним отношения, ты недоволен тем, какой ты в этих отношениях. Эти шероховатости могут откликаться избыточной тревогой за него.
Бывают какие-то психотравматические события в жизни, неважно что, может, упал с велосипеда и сломал руку. И настороженность может проявляться тревогой в подобных или любых других обстоятельствах.
— То есть избыточная тревога — это повод покопаться в себе и понять, а чего же я так тревожусь? Но, наверное, самому сложно в этом разобраться.
— Да, например, у меня были похожие переживания, и они стали темой моей психотерапии. В итоге выяснилось, что источник излишней тревоги кроется в детстве. Родители надолго оставляли меня дома, и я беспокоился за них. Мне казалось, что-то с ними случилось. И эта детская тревога трансформировалась во взрослой жизни и проявляется, когда я начинаю переживать о ком-то близком.
Не смотри новости, не звони перед поездкой маме…
— Если ты знаешь, что в принципе тревожный, а тут еще отовсюду страшные новости, как оградить себя? Советуют новости просто не смотреть, но такая позиция кажется не очень нормальной.
— А я думаю, что это нормально. Если тревожность уже вышла за определенные пределы, то добавочная информация ее только повысит.
Как любая эмоция, тревога у нас для того, чтобы мы регулировали свое поведение. Допустим, если мы чувствуем себя перед кем-то виноватым, тогда мы приходим к нему, чтобы поговорить, извиниться. Вина уходит, отношения восстанавливаются. Появляется тревога перед выходом в людное место, я надел маску, протер руки спиртом, тревога уходит. А если я что-то делаю, делаю, а тревога не уходит, это уже иррациональная тревога, и лучше ей не следовать, а руководствоваться какими-то объективным вещами. Например, нормами Роспотребнадзора.
— Может ли тревога «заразить»? Вот ты был спокоен, а вокруг все так волнуются, что начинаешь чувствовать себя неуверенно.
— Как любое сильное эмоциональное состояние, тревога может заразить. Мы существа социальные. Да и не только мы. Вот пасется стадо антилоп. На них нападает гепард. Он выберет одну жертву, и ты не там, где эта жертва. Но ты бежишь и испытываешь чувство тревоги и страха, как и всё стадо. Биологические системы живых существ организованы так, что эмоции передаются, и это очень важная вещь. Мы из-за этого не бесчувственные, не холодные, нас обогащает эмоциональный мир другого человека. Но тот же самый механизм может работать в другую сторону. И тогда тревога заражает.
— Получается, если у меня тревожный родственник, лучше его не посвящать в свои планы?
— От тревожных людей лучше утаивать неопределенную информацию, говорить только очень четкие, очень конкретные вещи. Иначе неопределенность будет расти и, соответственно, фоном к вам возвращаться.
— Иногда начинают ругать власть, дороги… Поскольку с этим ничего сделать не можешь, слышать это в очередной раз неприятно.
— Когда человек ругает власть или что-то там еще, это называется психологическая защита, рационализация, попытка справиться с тревогой, якобы объясняя ее происхождение. Источник тревоги причем оказывается всегда не во мне и не в моих близких, а где-то далеко. Виновата власть, которая принимает неверные решения, врачи, которые не умеют лечить. От этого действительно становится ещё тревожней, потому что на источник тревоги ты повлиять не можешь. Конечно, такие разговоры неконструктивны, и желательно их пресекать.
— А если тревожный человек вам постоянно навязывает свои жалобы?
— Тут важно опираться на свои чувства. Если ты испытываешь к собеседнику сочувствие, это, скорее всего, означает, что он действительно нуждается в твоей помощи. А если у тебя возникает раздражение или опускаются руки, это значит, что человек утвердился в позиции жертвы и, возможно, получает сомнительное удовольствие от ощущения собственной беспомощности. Это уже самоманипуляция и манипуляции другими. Бессознательный процесс, но он направлен на то, чтобы собеседник ощутил такую же беспомощность. Вот это поддерживать совершенно не нужно.
Выключи экзальтацию, включи ультрафиолетовые лампы
— У верующих людей уже целый год идет разделение на тех, кто соблюдает эпидемиологические предписания, и тех, кто обвиняет первых в маловерии.
— У христианина есть очень важное измерение, которого нет у агностиков и атеистов. Мы уже говорили, что обратная сторона тревоги — это бессилие. И там, где ты бессилен, довольно полезно это признать. Но у верующих людей в этот момент открывается совершенно новый портал: именно когда ты чувствуешь бессилие, ты начинаешь искренне обращаться к Богу за помощью.
Но кто-то может сказать: «Я так молюсь, что маска не нужна. В храме всё Духом очищается». Но чтобы очищать воздух, нужны ультрафиолетовые лампы. Это не функция Духа, во всяком случае, в катехизисе об этом ничего не сказано. Скорее всего, так ты отрицаешь проблему возможным для тебя способом. В такой же ситуации атеист будет считать, что все сговорились и никакой пандемии нет.
Тут важный момент — доверие тем церковным властям, которые сейчас есть. Если ты думаешь, что церковные власти делают глупости, если считаешь, что они маловеры, когда они рекомендуют не идти на Пасху в храм, это может быть очень смело и духовно, но у меня вопрос. Если ты не доверяешь священноначалию, которое видишь, действительно ли ты доверяешь Богу, которого не видишь? Или это твоя поза и экзальтация?
— Вспоминается евангельский отрывок, где Иисус спал в лодке и началась буря. Апостолы запаниковали, а Христос сказал: «Ну что вы, маловеры?» — и умирил бурю. Хочется всегда ощущать себя в лодке со Христом, но не всегда поймешь — где разумная осторожность, а где маловерие.
— Если ты действительно находишься в контакте с Богом, если чувствуешь Его десницу, ощущаешь Ангела Хранителя рядом с собой, веришь в Промысл Божий, если единственное, чего ты действительно боишься, это совершить грех, то ты спокойно будешь переживать тревожные обстоятельства. Но если ты не можешь получить ответ от Господа в своем сердце, тебе нужно искать, на что опереться. Не уверен, что много людей может получить такой ответ в сердце. Требуется достаточно высокий уровень духовности, чтобы всё время жить во Христе. Это сложно. Даже час в день жить во Христе сложно. Поэтому если ты сомневаешься, тебе нужно, за неимением понимания духовного пути, следовать эпидемиологическим распоряжениям и рекомендациям.
Если ты не заразился там, где должен заразиться с точки зрения биологических законов, это всё-таки маленькое чудо. Пытаться не обращать внимания на происходящее вокруг и надеяться, что Бог каждый раз будет творить маленькое чудо, каждый раз будет вставать и гасить все штормы вокруг тебя, это некоторая дерзость.
— Получается, тревога напрямую зависит от проблемы доверия. Доверяешь ли ты себе, своему разуму, другому человеку, церковным властям, Богу, своей вере в себя…
— Да. Это классическая модель: связь тревоги и доверия. С точки зрения психологов самая первая тревога, возникающая в первые месяцы жизни младенца, связана с базовым доверием к миру. Либо это доверие формируется, и тогда ты более уверенно и спокойно переносишь какие-то сложности. Или не формируется, и тогда многие вещи в жизни могут тебя сильно тревожить.
Коллажи Татьяны Соколовой
