Территория тишины, или Что такое православный реабилитационный центр

Bсе что связано с употреблением наркотиков, связано и с воздействием на человека демонических сил. Поэтому любые вкрапления в речь наркоманского сленга мы рассматриваем, как использование бесологизмов. Hаркоману, приехавшему в нашу общину, приходиться осознать, что баян – это не шприц а музыкальный инструмент, что приход – это каноническая форма устроения церковной жизни а не бесноватый эффект внутривенного вливания наркотиков. И так далее

Несколько слов об истории создания общины
Наш приход, как община монастырского типа, в которой ведется работа по реабилитации наркозависимых, начал складываться в 1996 году, когда мы начали принимать для духовного окормления бывших наркозависимых. Некоторый опыт в этом направлении я к тому времени уже имел со времени моего служения в Коневском Рождество-Богородичном мужском монастыре на Ладожском озере. Я бы сказал, что это вышло случайно, если бы не знал: на все есть Воля Божия.
В монастырь я был направлен в должности эконома в начале 90-х годов приснопамятным митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Иоанном (Снычевым). Таким образом в качестве монастырского эконома я и столкнулся с тем, что стоит за понятием «реабилитация наркоманов». Наверное недооценивать эти трудности было бы неправильно.
B те годы в Петербурге работало Православное противонаркотическое братство «Новые паломники», организация, созданная бывшими наркоманами. Одна из проблем была в том, что у братства не было священника, осуществляющего крепкое духовное водительство. Тем не менее, оно помогали подопечным воцерковляться, совершать паломнические поездки, решать житейские вопросы. На острове Коневец тогда уже восставливалась духовная жизнь и кроме этого требовались рабочие руки: монастырь был передан епархии в очень запущенном состоянии, так что условия для обеспечения трудотерапии там были самыми идеальными.
Конечно, это были самые первые опыты. В обитель иногда направлялись подопечные с очень тяжелыми, исковерканными судьбами.
Так, до моего перевода в пос. Саперное для строительства храма и мне самому изрядно пришлось поработать с этим «контингентом». Кто знает, что это за послушание – быть монастырским экономом, наверное поймет: легким весь этот мой опыт назвать невозможно. Практически с самого начала этого национального бедствия Церковь в лице священнослужителей и мирян приняла на себя шквал отчаявшихся, обобранных до нитки и изверившихся в возможности избавиться от наркомании молодых людей и их близких. Она сразу же определила наркоманию как сферу общественной обеспокоенности Церкви. Для духовников это было новое явление. Нужно было понять его сущность, причины его возникновения, чтобы по отношению к нему выработать какой-то свой особый подход.
Было бы лукавством сказать, что у всех священнослужителей первый опыт «скорой помощи» наркозависимым был удачным. Но те священники, которые не отступили перед трудностями и неудачами, которые неизбежно несет в себе такое служение как реабилитация наркозависимых, сумели-таки найти верный подход и продолжают заниматься оказанием помощи наркозависимым и их близким. Про остров узнали, услышали и те только в России. Наркоманы стали проситься почти каждый день, приходили даже и по льду зимой. Создалось положение, когда количество наркоманов даже превышало число монастырской братии. Ситуация сложилась почти критическая. Но нельзя никакой опыт называть неудачным.
Кроме всех тех хлопот и трудностей, которые могут создать наркоманы, я видел и другое. Многие из них с Божьей Помощью вставали на ноги и уходили от греха наркомании, становились православными людьми и некоторые даже поступили в число братии монастыря. Видел, что людям с таким повреждением нужна именно нравственная и духовная реабилитация. И что это необходимо делать в условиях, по укладу и сути совпадающих с образом монастырской духовной школы.
Второй же урок был таков: проблема наркомании сегодня уже касается всех. И окормлением этих страдальцев сегодня обязан заниматься каждый православный священник. Однако не всякий священник может быть Богом призван специально заниматься именно реабилитацией наркоманов.

* * * * *
В 1994 году я дополнительно был назначен строителем и настоятелем прихода в поселке Саперное. Когда церковь Коневской иконы Божией Матери была отстроена, ко мне обратились руководители одной известной петербургской организации, которая занималась помощью наркозависимым. Эта организация также формировалась в православной направленности, поэтому я постарался отнестись к этому предложению внимательно. Изначально речь шла о сотрудничестве с ней и о возможности взять на реабилитацию в наших церковно-приходских условиях нескольких наркоманов.
Должен честно сказать: большого желания взвалить на себя эти трудности не было. Я долго думал и сомневался перед тем, как решиться. Но окончательное решение пришло только через несколько месяцев после того, как мы приняли первую группу.
Случилось это чудесным образом. Об этой истории я должен рассказать обязательно.
Тот, кто войдет в наш храм, конечно, увидит почитаемую в Санкт-Петербургской епархии Коневскую икону Божией Матери. Но мало кто знает об иконописце, написавшем эту икону. Этот человек в своей жизни долго болел наркоманией. В других обстоятельствах и я не сказал бы об этом. Но для меня и для всех прихожан нашей церкви однажды случилось великое чудо и светлая радость, когда на престольный праздник в 1996 году образ Богородицы стал источать благовонное миро.
В этом мы увидели укрепление в вере молодого прихода и благословение Божие на реабилитацию наркозависимых. Наверное, с этого времени я как священник начал работать с наркозависимыми сознательно и самостоятельно.

* * * * *
Что сейчас представляет из себя наша реабилитационная община?
Если говорить о юридической стороне, община является структурным образованием и находится в составе церковно-приходской организации «Храм Коневской иконы Божией Матери», территориально входящей во Всеволожский благочинный округ Санкт-Петербургской Епархии Русской Православной Церкви. С 2005 года реабилитационный центр в приходе храма Коневской иконы Божией Матери получил статус Епархиального.
Есть также и внутренние документы, регламентирующие, например, порядок проживания и трудовой деятельности: в виде Устава общины, распорядка дня и так далее. Эти документы относятся, во первых, к соблюдению православного образа жизни общины, а во вторых – к специальным правилам, определяемым весьма непростой спецификой работы с наркозависимыми.
То есть, к вопросам и рекомендациям методологического характера, на которых я остановлюсь ниже.

* * * * *
За прошедшие годы работы мы смогли сделать немало для того, чтобы сделать нашу общину более крепкой, самостоятельной. В первую очередь это – развитие хозяйственной деятельности.
Наш церковный приход арендует несколько гектаров земли для выращивания картофеля, часть площадей отведены под выращивание других овощей. Есть приусадебный огород и небольшой сад. Такими продуктами, как картофель, морковь, свекла, капуста, огурцы, ягоды и т.д. нашу кухню и трапезную мы обеспечиваем круглый год.
Построили небольшую ферму для разведения домашнего скота и птицы; это помогает решать проблему молочных продуктов, яиц, мяса и прочего. Конечно, есть у нас и своя духовно-просветительская библиотека, рабочие кабинеты, жилые, подсобные помещения, баня и прочее. Нам удалось построить, оснастить и запустить столярную мастерскую, дающую несколько видов продукции.
Конечно, уповать на высокую прибыль от этих работ и невозможно, и неполезно. Сама цель работы общины не в производстве, а в реабилитации наркозависимых. Но стремиться к определенной самоокупаемости работы общины и можно, и нужно. При этом трудовая занятость подопечных просто необходима: это один из инструментов их реабилитации.
Отмечу, что до определенного времени мы проводили совместную реабилитацию мужчин и женщин. Все это вызывало трудности: некоторые подопечные (до поступления и даже во время реабилитации) пытались относиться к блуду не как к плотскому греху, а скорее, как к чему то, вроде удовлетворения естественного желания. Очевидно, что там, где будут реабилитироваться лица обоих полов одновременно, такие случаи неизбежны.
Реабилитация женщин более успешно, как нам кажется, может проходить в женских монастырях (может быть, на их сельхоз-подворьях), в сестричествах или в специально создаваемых женских реабилитационных общинах сходного типа.
Сейчас у нас на приходе единовременно может проживать до 16 человек. Однако, по моим наблюдениям, оптимальное количество реабилитируемых должно быть не более 10-12 человек. Как правило, срок пребывания в нашей реабилитационной общине колеблется от 6 до 9 месяцев.
К нам приезжали спасаться наркоманы из разных мест: из Тулы, Калуги, Москвы, Барнаула, Екатеринбурга, из других городов. Но основная часть подопечных, конечно, из нашего региона, то есть – из Санкт-Петербурга и Ленинградской области.
За прошедшее время существенно вырос профессиональный уровень наших сотрудников. У нас имеется соответствующая оргтехника, средства связи, транспорт и пр. В Свято-Троицкой Александро-Невской Лавре мы открыли Епархиальный амбулаторно-консультационный центр «Воскресение», где ведут работу опытные специалисты. Работа этого центра в свою очередь помогает нам упорядочить поступление в нашу общину подопечных, нуждающихся в реабилитационной поддержке, и работу с их родителями.
Сегодня опытом развития нашей реабилитационной общины интересуются многие: как специалисты, так и самые обычные люди. Поэтому мы стараемся представлять, показывать нашу работу. Перечислять все это не буду: речь пойдет о семинарах, конференциях разных уровней по проблеме наркомании, телепроектах, фильмах, различных публикациях, в том числе зарубежных. Также нам приходилось посещать школы и военные гарнизоны, где требовалось проводить профилактические беседы о проблеме наркомании.
При этом я считаю необходимым осуществлять подготовку и издание специальной методологической информации о реабилитации наркозависимых.
Такую работу мы тоже ведем.


Храм во имя Коневской иконы Божией Матери в пос. Саперное


Некоторые методические особенности работы по реабилитации наркозависимых
Первым методическим условием и требованием при поступлении подопечных в общину является прекращение наркотизации.
Отмечу, что на этом этапе именно от врачей очень сильно зависят последующие действия и шаги пациента. Долгое время наркоманию, как болезнь, относили, почему-то лишь к одной категории медицинских вопросов – к психиатрии. Как священник, имеющий собственный опыт работы с наркоманами, я согласиться с такими подходами я не могу.
Есть стандартное утверждение специалистов: желание подопечного оставить наркотики должно быть искренним. Это должен быть сознательный личный выбор, а не какая то временная «уступка»: под давлением близких, родственников или жизненных обстоятельств. С точки зрения православного священника, который занимается реабилитацией наркоманов, даже самого желания оставить наркотики еще не достаточно, должно быть хотя бы и не вполне осознанное желание наркозависимого изменить свое мировоззрение.
Главным в работе с наркозависимыми является их нравственное и духовное воспитание. Поэтому при поступлении подопечных особое внимание уделяется их готовности принять все те условия, на которых основана наша школа.

* * * * *
Конечно, наркоманы не являются глубоко православными людьми, признающими необходимость духовного самовоспитания. К нам приезжают люди просто отчаявшиеся. Как правило, никаких представлений о Церкви и православном вероучении они не имеют. Некоторые даже не крещены в Православной Вере.
Добавлю: то же самое часто относится и к их родителям. Поэтому, основные правила реабилитационной общины всем приезжающим приходится просто принимать, как непременное требование. В этой связи очень важной является самая первая беседа с подопечным.
Основные и обязательные правила для поступающих к нам реабилитантов таковы:
– Посещение богослужений и молитвенных правил.
– Посещение занятий воскресной школы.
– Участие в хозяйственной деятельности, т.е. – труд, послушание.
– Выполнение всех сложившихся норм и правил общинной жизни.
– Ограниченный выход за территорию реабилитационного центра.
– Ограниченное количество контактов с близкими и др.

Здесь каждому вновь поступающему важно понять: все эти требования – основание для более важной работы: нравственного и духовного познания. В этом смысле уже самые первые дни пребывания реабилитанта в общине весьма показательны.

* * * * *
Основная часть ограничений комментариев не требует. В период пребывания в общине запрещается:
– Употребление наркотиков.
– Употребление алкогольных напитков.
– Табакокурение.
– Немедицинское применение лекарственных средств или иных препаратов и веществ, искажающих или замутняющих сознание.

Кроме того, есть правила, которые можно назвать нашей внутренней, школьной цензурой. Человек православный (если он не принял монашеский постриг) не вправе уходить от текущих вопросов современного мира. Его должны прямо касаться события, происходящие в окружающем мире и в жизни нашей Родины. Для человека мирского именно это позиция представляет основу гражданского патриотизма.
Но есть такие явления, от которых мы учим своих подопечных отстраняться сознательно. Я говорю, например, о том потоке «литературы», который, будучи сегодня прибыльным промыслом, отравляет сознание человека.
Все это носит грязный, недостойный, часто откровенно демонический характер, насыщено порнографией, жестокостью и цинизмом. То же можно сказать и о бизнесе на телевидении, о компьютерных «развлечениях», о так называемой, «музыкальной культуре», имеющей крайне примитивный, отупляющий или даже агрессивный и бесноватый характер.
Немало уже говорилось о том, что именно современная безбожная культура и несет в себе наркогенное воздействие на человеческое сознание. Тот, кто попал в зависимость от наркотиков способен это понять. Важно, чтобы человек смог и сам, с Божьей помощью, оценить это воздействие, восстать и более уже не подчиняться ему.
Один мой знакомый священник сказал: «Бог любит тишину».
В этом смысле нашу общину можно назвать именно «территорией тишины». Вы никогда не увидите у нас трудника, читающего фантастику, триллеры или детективы, с карманным плейером и наушниками слушающего рок музыку, и т.д.

* * * * *
Есть и еще одно обязательное условие поступления подопечных, которое нужно рассматривать, в качестве методического требования. Дело в том, что мы никогда не принимаем никакой оплаты или мзды при поступлении подопечных.
Пребывание в общине не относится к богослужебным требам, которые являются добровольной жертвой верующими и прихожанами для содержания храма. И мы не нуждаемся в коммерческой рекламе, которую, как известно, осуществляют некоторые «реабилитационные» организации.
Настоящее, истинное исцеление от наркозависимости – всегда пробуждение в человеке совести, веры и любви, это – огромнейшая работа души человеческой. Всякие платные привилегии в подобных случаях просто абсурдны. И в нравственном смысле недопустимы, губительны. Поэтому публикацию о нашей работе не следует воспринимать, как некую рекламную информацию.
Вообще работа Церкви по реабилитации наркозависимых – не есть способ обогащения или коммерческой деятельности. Эту работу можно воспринимать только как необходимое созидание, Христа ради, нашего общественного, социального благополучия, нашего общего нравственного и духовного состояния. Такое созидание в первую очередь является насущным делом и для народа, и для государственной власти.
При таком отношении к реабилитации наркозависимых и сами наши подопечные уже становятся активными строителями и нашими соратниками в противодействии наркомании. А не какими-то «потребителями платных услуг».

* * * * *
Есть и еще ряд требований, определенных спецификой работы с наркоманами. Так не рекомендуется привозить с собой личные деньги или какие-то предметы роскоши, находящиеся в собственности реабилитанта: богатую одежду, часы, мобильные телефоны, украшения и другие ценности. В этом смысле бытовые условия в общине предельно просты.
Делается это не для того, чтобы всех уравнять. Это и невозможно: ведь Господь создал всех людей разными. Проблема в наркологической безопасности, в искушении купить или выменять на эти вещи наркотики, сигареты, спиртные напитки и прочее. Обычно поступающие к нам подопечные все это понимают.
Конечно, все наши требования выглядят формально, если они не обусловлены тем главным, для чего мы людей принимаем. Пребывание в православной реабилитационной общине должно не просто давать временное избавление от наркотиков.
Речь идет о воспитании, укреплении в наших подопечных человеческой зрелости, нравственной стойкости и духовной защищенности. То есть – о приобщении страждущего человека к Православной Вере.

* * * * *
Обозначу еще одно условие, о котором подопечные ставятся в известность сразу: для того, кто оказывается не готовым принять сложившийся у нас уклад православной общинной жизни повторное поступление исключено.
Для таких людей это может быть важным профилактическим уроком, может как-то помочь в их последующей жизни. Именно поэтому, когда люди потом просятся вновь, мы данное правило нарушить не можем. Но это важно не только для них, но также и для людей, остающихся в общине. Шаг к вере, к спасению души – самое главное в человеческой жизни. Обесценивая этот шаг, мы обесцениваем и это высокое предназначение, и разрушаем все остальное.
В условиях общины основой духовного воспитания являются не специальные образовательные дисциплины, как это можно подумать. Главным является то, что приехавший к нам человек принимает отношения, основанные на желании и умении в каждом новом человеке увидеть живую душу и образ Божий.
При этом, сходство с монастырской общиной можно увидеть в самоуправлении, которое у нас благословляется. Те, кто живут и трудятся давно, по старшинству принимают ответственность за каждого нового подопечного. Так приезжающие постепенно становятся помощниками: в организации хозяйства, труда, в молитве, в помощи новичкам. Это очень серьезная школа: ведь вера и любовь к ближним бывают только свободными и искренними.
Для некоторых людей прошедших через наркоманию это может стать осознанным жизненным призванием. Среди наших сотрудников есть бывшие подопечные реабилитанты. Мы поддерживаем контакты и с другими нашими бывшими подопечными. Впоследствии многие из них находят возможность приехать ненадолго к нам на приход: помолиться вместе со всеми, потрудиться, как-то помочь общине, рассказать о себе, о том что соскучились по людям, по нашему святому месту. Это нас обоюдно вдохновляет.

* * * * *
Еще одно правило: в течение первых двух-трех недель не следует вести каких-то глубоких духовных бесед с подопечными. Здесь нужно дать каждому время адаптироваться в обычных, бытовых рамках. Необходимость беседы духовного уровня возникает далеко не сразу. Такую беседу реабилитантам нельзя навязывать, но можно предлагать, как ответ на уже созревшие вопросы. Очень важно, чтобы попавшие в зависимость (одержимые страстью) поняли, что за понятием «зависимость» стоит не просто дурная привычка, вызвавшая болезнь, а в реальности существующий инфернальный (адский, демонический) мир, которому противостоять только лишь человеческими усилиями (будь то медицинская или психологическая помощь и даже их совокупность) без веры в Бога малоуспешно.
Из этого правила прямо исходит последующее. Оно касается того, на каком уровне мы разговариваем с подопечными. Многие педагоги, врачи, психологи и даже порой священники совершают серьезнейшую ошибку: они полагают, что внутренний мир наркомана требует общения с ними на их языке. То есть – на наркоманском жаргоне.
Но суть такова: все что связано с употреблением наркотиков, связано и с воздействием на человека демонических сил. Поэтому любые вкрапления в речь наркоманского сленга и связанных с ним идеоматических словосочетаний мы рассматриваем, как использование бесологизмов. Что с православных позиций – само по себе кощунство и грех.
Конечно, наркозависимые ждут совсем не такого рода «помощи», тем более – от православного священника. Может быть самым большим несчастьем у этих людей является именно отсутствие в их жизни высокого духовного примера. Поэтому все, что делает и говорит священник работая с наркоманами, требует от него высокой ответственности и нравственной правды.
Когда наши подопечные начинают это понимать, они сами становятся в этом помощниками. Поэтому жаргон и любые пустопорожние разговоры о наркоманском прошлом внутри общины в первую очередь пресекаются самими реабилитантами. Все это не значит, что проблемы наркозависимости у нас не обсуждаются вовсе. Многое в прошлой жизни наркоманов весьма настоятельно требует духовной переоценки, нравственного труда, а значит – и серьезного обсуждения этих проблем.
Однако наркоману, приехавшему в нашу общину, приходиться осознать (я все же приведу некоторые примеры), что баян – это не шприц а музыкальный инструмент, что приход – это каноническая форма устроения церковной жизни а не бесноватый эффект внутривенного вливания наркотиков. И так далее.
Конечно, использование жаргонов свойственно для любых латентных социальных групп. При этом любые языковые особенности очень серьезно влияют на сознание человека. Примером тут может быть деятельность тоталитарных сект, в которых, среди инструментов подавления человеческого сознания используются и специфические, свойственные только адептам секты выражения и термины.
Такие термины, как известно, являются своего рода кодами, которые программируют человека, препятствуют его общению с людьми и изолируют от нормальной жизни. Воздействие наркоманского жаргона в этом смысле – тоже своеобразный лингвистический капкан. Человеку необходимо духовное зрение и осознанная воля, чтобы с этим справляться.
Хочу предостеречь от еще одной связанной с этим опасности: сегодня расплодилось множество разных, якобы, «реабилитационных центров» для наркоманов, которые по сути являются тоталитарными сектами. Или скрытыми филиалами, проводниками идеологий таких сект.

* * * * *
Как известно, многие молодые люди, долго употреблявшие наркотики нередко бывают физически ослаблены, поражены разными инфекционными болезнями, порой наблюдаются явные признаки нервного истощения, апатии и уныния.
Поэтому у нас есть следующее обязательное правило: при поступлении в общину рассматриваются все необходимые врачебные справки и медицинские документы. Физическому восстановлению подопечных нам приходится придавать серьезное значение.
В этом смысле община находится в очень благоприятных условиях. Здесь у наших реабилитантов очень быстро проходит вся анемичность и подавленность. Приозерский район Ленинградской области расположен на территории Карельского перешейка, в удалении от Санкт-Петербурга, от его многолюдности, шума, промышленных загрязнений и прочих проблем огромного города.
Близость к этой прекрасной северной природе и карельским озерам, и труд на свежем воздухе сами по себе оказывают очень благотворное влияние. Очень хорошее целебное воздействие в таких случаях оказывает и самая обычная русская баня.
Однако, в отличие от монастырских насельников, наши подопечные могут взяться, например, и за волейбольный мяч, поскольку в свободное время спортивные игры благословляются. Большое внимание мы уделяем и бытовому благоустройству жилья, чистоте, созданию уюта. Подопечные это делают не только для себя, но и для тех, кто приедет сюда после них.
Стоящая перед нами задача физического оздоровления подопечных, употреблявших наркотики, очень важна. Но сама по себе физическая культура должна не противопоставляться духовному воспитанию, а дополнять его.

* * * * *
Среди методологических вопросов актуальной является проблема личного окружения наркозависимых: друзей, знакомых и в первую очередь – родителей и семьи. То есть, проблема положительного изменения устоявшихся условий, в которых он начал употребление наркотиков.
Понятно, что без зрелой и деятельной поддержки семьи и близких спасение человека, попавшего в наркозависимость – невероятно трудная задача. Поэтому работа с родителями или членами семей наших реабилитантов в этом смысле очень важны.
Разумеется, молитва родителей за своих детей в этих случаях просто обязательна. Но людям, воспитанным в рамках антицерковных запретов, прожившим большую часть жизни в условиях агрессивного атеизма здесь тоже очень нужна духовная помощь и поддержка. В большинстве случаев родители и близкие наших реабилитантов могут это осознать.
Речь не идет о чем-то невозможном. Ведь мы призываем возрождать, восстанавливать те семейные отношения, которые веками строились народом, которые и есть – наша духовная, отечественная традиция. Так, чтобы семья сделалась для каждого человека естественной школой христианской любви и взаимного доверия.
В этом смысле обращение к православной вере родителей реабилитантов и их воцерковление тоже нужно рассматривать в качестве важного и необходимого «методологического условия».

* * * * *
При первых контактах с родителями и близкими важно уметь выявить те обстоятельства, которые впоследствии могут оказать влияние на поступки и поведение подопечных. На основании этого родственникам и близким тоже можно дать ряд существенных рекомендаций.
Подходить к этим вопросам надо всегда очень индивидуально, поэтому я остановлюсь только на самых характерных, часто встречающихся примерах. Наиболее известной, почти классической является следующая рекомендация: постараться устранить внешние признаки, напоминающие о наркомании и наркотиках.
В комнате, где живет наркозависимый (а лучше – и во всей квартире) желательно сделать косметический ремонт, постараться обновить обстановку, напоминающую о времени, проведенном в искаженном наркотиками состоянии, избавиться от всевозможных бесноватых изображений на стенах, часто свойственных наркоманскому образу жизни.
То же может касаться и некоторых фильмов, книг, аудиозаписей, являющихся откровенной апологетикой и пропагандой наркомании. Это может проявляться и в некоторых элементах молодежной одежды, в разных наркоманских символах, надписях на футболках и еще в очень многих особых, иногда не сразу узнаваемых признаках этой безбожной субкультуры.
Порой приходиться выкидывать и разного рода мусор, о котором, как правило, забывают наркоманы. Часто родители находят в квартирах не только забытые использованные шприцы и иголки, обгоревшие ложки, ватки с остатками ингредиентов, разные пакетики со следами наркотических средств и прочую подобную мерзость, но и спрятанные про запас наркотики в самых неожиданных местах.
Особенную проблему представляют различные связи и знакомства наших подопечных, которые относятся к возможностям раздобыть наркотики. В этом смысле весьма опасны и наркоманские записные книжки, в которых содержатся такие криминальные контакты.
Бывает и так, что проблемы этой прошлой жизни несут в себе последствия, имеющие острый или даже экстремальный характер. Поэтому в отдельных случаях уже сам факт пребывания подопечного в общине дает его семье спасительную передышку, возможности и время на их устранение. В частности – на обмен (при необходимости) жилплощади и т.д.
Однако, подчеркну здесь два очень важных момента. Во первых, сам подопечный должен увидеть в таких семейных, домашних реформах не насилие и недоверие к себе, но благословленные, ожидаемые и правильные действия. И поддержку в защите от своего наркоманского прошлого.
Во вторых, все эти действия и вовсе останутся формальными, если их целью не является духовное делание, созидание с любовью и с Божией Помощью достойной, прочной семейной общности. То есть, того, что в православном понимании и есть – святой семейный очаг.
Поэтому я всегда рекомендую родителям пригласить в дом священника и (если это еще не сделано) в первую очередь освятить жилище. Чтобы уже в самом доме соблюдалось отторжение и отогнание всякого недоброго помысла, бранного слова и безбожного дела.
И чтобы впредь в нем более уже не было места наркомании и наркотикам.

* * * * *
Нужно сказать и о некоторых особенностях того, что в условиях нашей реабилитационной общины относится к изучению основ православной веры и к духовному образованию.
По форме такое образование, наверное, не следует сравнивать с тем, что можно получить в профессиональном преподавании наших духовных училищ или семинарий для будущих служителей Церкви. Конечно, тут не подходят и программы преподавания детских воскресных школ.
В уроках нашей воскресной школы мы также учитываем определенную специфику и прежний образ жизни реабилитантов. При этом и самая начальная катехизация, и все последующее преподавание должны закреплять те духовные знания и опыт, которые каждый приобретает, участвуя в полноценной жизни общины.
Конечно, самой первой основой и духовным центром этой жизни является храм. Являясь его прихожанами, наши подопечные понемногу начинают осознавать и видеть высокий смысл Божественной Литургии, сущность церковных Таинств и действенность собственной молитвы. Именно в храме делаются первые шаги человека к духовной работе, к покаянию, к исповеди и к Святому Причастию.
Важно и то, что эта дорога у каждого новичка начинается не в одиночестве. Приходящий в общину открывает для себя православное отношение к миру в общении с другими насельниками. И, как священник, я понимаю, что это должно происходить естественно. У каждого этот путь – свой, Богом данный, особый и неповторимый. Поэтому мы стараемся создавать все условия для того, чтобы поддержку в такой духовной работе каждый раб Божий находил во всем своем окружении.

* * * * *
Начинается это уже с самого простого послушания. Вновь прибывшим мы не поручаем особых, квалифицированных работ. В нашей общине вообще не бывает каких-то «льготных должностей», вроде художника или тому подобного.
Дело в том, что всякое, даже самое трудное послушание (например, работа землекопа) – это опыт смиренной молитвы и общения с Богом. Однажды, еще на о. Коневец один такой наркоман очень верно заметил: «В монастыре, если не помолиться перед работой, даже гвоздь невозможно забить: непременно согнется!»
Каждый, кто к нам приезжает, для того, чтобы увидеть работу общины, в первую очередь отмечает, с какой бережливостью, с любовью и красотой все у нас построено. Все это делалось стараниями самих подопечных, как результат их молитвы и духовного созидания.
Поэтому в наших условиях послушание, труд и всякое успешное дело – очень серьезная, зримая и достойная проповедь для каждого будущего насельника общины.

* * * * *
Знанию православной молитвы, умению творить ее каждый прибывший к нам тоже учится самостоятельно с самого первого дня пребывания. Я считаю, что этому вопросу нужно уделять серьезное внимание.
Сегодня старая, всем известная русская поговорка: «знает, как Отче наш» – к современным людям уже не всегда подходит. Особенно к наркоманам. Конечно, они этого стыдятся. Иногда в трапезной перед едой можно заметить, как только что приехавший новичок украдкой смотрит на других: правильно ли он осеняет себя Крестным Знамением?
Поэтому, в известном смысле школьной дисциплиной является уже общее чтение молитвенных правил, с которых у нас обязательно (как и в любой православной общине или в монастыре) и начинается, и завершается каждый прожитый день.
У нас эти правила читают сами подопечные – всегда совместно и поочередно. Каждый новичок начинает с малого, с отдельных молитв. Если это нужно, ему подсказывают и впоследствии объясняют, как правильно должны звучать здесь древние церковнославянские слова и почему они так читаются.
То, что написано в молитвослове никогда не поглощают, как книжную информацию. И никогда не читают молитвы «с выражением», как это делается со сцены для кого-то. Они всегда читаются ровно, речитативом, чтобы не навязывать своего внутреннего состояния окружающим. Многим из подопечных поначалу это кажется непривычно и непонятно.
Но тот, кто открывает для себя этот кладезь духовной премудрости, с радостью впитывает науку святоотеческой молитвы, словно губка. И происходит это естественно. Здесь уже просыпается свойственная всем нам глубокая духовная память, тысячелетнее знание и религиозный опыт, накопленный многими поколениями русских православных людей.
Можно сказать, что для каждого нового подопечного основы его духовного образования всегда начинаются именно с узнавания и понимания православной молитвы.

* * * * *
Самообразование – одна из основ всякого обучения. Поэтому для наших реабилитантов очень важной является их способность к полезному чтению. С самого начала работы мы уделяли большое внимание созданию собственной библиотеки.
Подбор книг в таких случаях рекомендуется делать с учетом задач воспитательного порядка. В нем должны содержаться и лучшие образцы классической литературы, учебные, справочные издания, книги по истории, живописи, о художественном и ремесленном творчестве и т.д. Все это может помочь реабилитантам с Божией Помощью наверстать многое, из того, что они упустили в своей прежней жизни.
Но основа библиотеки, как и положено в православной общине – книги духовного содержания. В церковной печати мы подбираем и тематические издания, которые касаются православного взгляда на проблему зависимости от наркотиков. Важно увидеть характерные наклонности и индивидуальные возможности подопечного, чтобы точно выбрать и благословить ему те или иные книги.
Большое значение имеет общее чтение текстов духовного содержания. У нас это делается так же, как в любом монастыре: во время трапезы кто-то из насельников читает выдержки из древних святоотеческих творений или жизнеописания святых (празднования которых попадают на те или иные дни), отрывки из истории христианства, из просветительских, богословских трудов.
В епархиальном реабилитационном центре «Саперное» создана видеотека из тематически подобранных фильмов. Один раз в неделю проходит показ видеофильмов с последующим их обсуждением – так называемый кинолекторий. Во время обсуждения просматриваемых фильмов у реабилитируемых ребят происходит осмысление и эмоциональное прочувствование важнейших человеческих жизненных задач и путей их решения, вырабатывается способность к правильным нравственным оценкам. Также мы считаем очень важным осуществление паломнических поездок наших подопечных, дающих возможность поклониться и прикоснуться к древним православным святыням и монастырям.
Все это и помогает нам создать атмосферу духовной школы, в которой каждый насельник становится инициатором собственного обучения. И все, что преподается непосредственно во время уроков Воскресной школы попадает на благодатную, подготовленную почву и приносит достойные плоды.
Такое духовное образование во всей полноте открывает для человека мир Православия, мир, который нельзя поменять на погибельную зависимость от наркотиков.

* * * * *
Необходимо указать на методические требования, которые касаются завершения пребывания реабилитантов в общине и условий, при которых они возвращаются в мир.
Как показывает опыт, этот переход не должен быть резким. Поэтому в настоящее время наша община осваивает еще одну территорию, в удалении от храма. Туда направляются те насельники, которые уже подают некоторые надежды. Где можно проверить: готовы ли они к самостоятельной жизни?
Множество трудностей для них начнется по возвращении домой. Этот постреабилитационный период также имеет большое значение. Поэтому следует стараться по возможности сохранять с подопечными поддерживающие отношения. Здесь реабилитантам и их родным предлагаются рекомендации, также имеющие индивидуальный характер.
Самые же общие и характерные пожелания выглядят так:
– В первую очередь по возвращении следует обратиться в церковь, сделаться прихожанином, найти священника, который бы смог оказать необходимую на первых порах духовную помощь.
– В наших городских церковных приходах есть батюшки, умеющие работать с людьми, поврежденными наркозависимостью. Многих таких священников мы знаем, встречаемся на наших церковных семинарах и совещаниях по этим вопросам, поддерживаем с ними связи. Поэтому, в ряде случаев есть возможность дать подопечным специальные благословения: обратиться именно к ним.
– К очень серьезным предметам относится проблема трудоустройства. В этих случаях неполезно стремление как можно скорее «исправить» свое социальное положение и поскорее заработать для этого побольше денег. Очень опасна для наркозависимых работа в медицинских или ветеринарных организациях, или там, где есть легкий доступ к различным медикаментам.
– Тем более не следует пытаться устраиваться на работу в охрану, а также сомнительные заведения и организации, вроде казино, ресторанов и пр. Как правило, образ жизни, связанный с такой работой отбрасывает человека назад, в его прежнее положение, отвращая от православного духовного опыта.
Все это, в свою очередь, очень быстро приводит к срыву ремиссии. Т.е. – возвращает человека к употреблению наркотиков.

* * * * *
Предлагая к печати эти практические замечания, я обязан сделать существенную оговорку. В реальной практике работы с наркозависимыми, конечно, далеко не все напоминает этакую пасторальную, идиллическую картину, которая сама по себе получается в обобщающем изложении.
Но есть ряд методических вопросов, которые, по моему мнению, вообще не подлежат широкой публикации. И требуют обсуждения в профессиональных условиях – в специальных докладах, на семинарах или тематических совещаниях по данной проблеме.
Однако, хочу здесь особо отметить: любой специалист, и более всего – православный священник, который начинает работу с наркозависимыми, должен обладать большим мужеством, смирением, терпением и способностью претерпевать разочарования, связанные с этой деятельностью. Люди, у которых за спиной наркоманское прошлое, требуют большого терпения и любви.
Обозначу здесь лишь одно характерное проявление этого «жизненного опыта» – склонность к изощренной, непредсказуемой лживости. Один подопечный по этому поводу однажды заметил: «То, что говорит наркоман необходимо всегда делить на восемнадцать». Все это также часто приводит к печальным последствиям. Отмечу такую подробность: ложь наркомана бывает порой совершенно бесцельной, не обоснованной хитростью и расчетом. При некотором внимании можно найти в этом признак все той же зависимости от наркотических средств.
Самое первое, что мы тут находим – привычка ко лжи криминальной. Наркоман – это участник незаконного оборота наркотиков. Он скрывает все, что связано с риском уголовного наказания, он вынужден лгать близким, скрывать даже сам факт наркозависимости. Но, казалось бы, все это должно проходить, как только человек прекращает принимать наркотики.
Однако есть другая, более темная и страшная форма привычки ко лжи. Дело в том, что под воздействием наркотиков человек очень долго вообще не способен ни говорить, ни воспринимать человеческую правду, ибо отцом лжи, как известно, является диавол. О нормальном общении с ближними наркозависимый вообще забывает. Этот капкан и становится очень серьезным предметом духовной брани, борьбы со злом в душе человека.
Здесь многое зависит от искреннего покаяния и исповеди, от зрелого духовного окормления и водительства со стороны священника. И все это требует много времени и кропотливого, внимательного отношения к каждому подопечному.

* * * * *
Сегодня, когда накоплен достаточно большой опыт работы общины мы можем позволить себе подводить некоторые положительные итоги. Обычно те, кто прошел у нас реабилитацию не пропадают из вида. Мне не хотелось бы приводить победные цифры. Но судьбы моих подопечных по настоящему вдохновляют и радуют. Как правило, жизнь их активна и плодотворна.
Многие из них продолжают учиться (или уже завершили учебу) или честно трудиться, являясь при этом церковными прихожанами. Есть и те, кто занят в церковном строительстве, принося посильную лепту в качестве трудников православных монастырей. Можно рассказать и о тех, кто серьезно обратился на путь монашества. Некоторые из наших бывших реабилитантов работают в городе, в церковно-приходских организациях.
Некоторые также стали сознательно работать в противонаркотических организациях и реабилитационных центрах, помогая другим страждущим. Я мог бы сказать, сколько мною повенчано пар, сколько детей у них родилось, как они живут в городе и с какими трудностями им приходится сталкиваться.
В нашем храме мы всегда молимся о наших бывших насельниках и подопечных, желая им Божией Помощи во всех их полезных делах.

* * * * *
Современные медики и психологи справедливо считают, что влечение к наркотикам можно ограничить лишь чем-то еще более сильным. Но в мире материального прагматизма найти эту «силу» вообще невозможно. Она существует на уровне духовном: это – любовь и вера в Бога. Поэтому всегда очень важно показать человеку пример истинной, живой веры.
Важно не просто хождение в церковь, не просто знание Священного Писания, но исполнение его на деле. Если у Вас нет опыта, но Вы терпеливы и искренни, если есть любовь и желание помочь, то Господь за любовь к этим страдальцам и немощи Ваши покроет, и малый опыт восполнит.
Каждому православному священнику, и всем подвижникам, которые начинают работу с наркозависимыми я хотел бы сообщить еще одну, очень важную методическую рекомендацию. Точнее – пожелание:
Не отчаивайтесь, когда в ответ на Вашу заботу и любовь к болящим Вы будете получать от них только жестокую неблагодарность. Ведь иногда мы пытаемся дать человеку столько любви, сколько он и понести не может. И не унывайте, когда кто-то из них не оставит наркотики, несмотря на Ваши долгие и тяжкие труды.
И Бог наградит Ваши усилия добрыми результатами.

В качестве послесловия
Представляя рассказ о работе нашей общины и изложение методических рекомендаций, я должен сделать некоторое общее дополнение.
Опыт показывает, что даже краткое публичное упоминание о работе православного реабилитационного центра приводит к огромнейшему потоку желающих поступить к нам на реабилитацию. Еще больше просьб приходит от потерявших надежду родных и близких наркозависимых.
Выступая в печати, я все это хорошо понимаю. Но не хотел бы кого-то отталкивать: поступление в нашу общину, конечно, возможно. Дело лишь в том, что реабилитация наркоманов и их духовное воспитание – совсем не бездушный и скорый конвейер. Здесь с каждым реабилитантом нам приходится долго и кропотливо работать.
Поэтому наши возможности ограничены. Всех, кто хотел бы приехать в общину принять мы, конечно, не сможем. Цель настоящей публикации, как и множества прочих сообщений на семинарах и официальных совещаниях заключается заключена в следующем: показать на реальном, практическом опыте, что такая работа нужна и возможна.
Сегодня именно с усилиями Русской Православной Церкви связываются большие надежды на то, что касается вопросов реабилитации наркозависимых. Однако, реально заниматься подобной работой и накапливать здесь серьезный практический опыт у нас получили возможность лишь несколько православных организаций. Следует отдавать в этом отчет: все наши созданные с таким трудом прецеденты – пока только «капля в море».
Непонимание этого, невнимание к этой проблеме недопустимы. Однако, мне приходилось сталкиваться даже с доводами, подвергающими сомнению саму ценность и важность такой работы. И высказывают их, как правило, люди неверующие, питающие к православному духовенству некое отстраненное, «вежливое уважение». Суть этих доводов примерно такова:
Реабилитацию наркоманов, якобы, вовсе не следует называть борьбой с наркоманией. Мол, все это – лишь показная форма общественного милосердия, неэффективная, но в целом позволительная в демократическом обществе. Тот же, кто все-таки исцеляется от наркомании, по мнению таких людей, не создает даже профилактического эффекта: он, дескать, уже не представляет интереса для действующих наркоманов.
Воспользуюсь случаем возразить: такие рассуждения поверхностны и крайне ошибочны. Духовная слепота и страшная пропасть наркомании – очень опасное сочетание и для каждого человека, и для всякого социума.
Состояние нашего общества весьма динамично изменяется в лучшую сторону. Это видно не только в государственных преобразованиях, в экономике и политике современной России. Самые серьезные, глубокие и перспективные изменения происходят именно в сфере духовного понимания наших проблем и вопросов. Без такого прозрения какие-либо существенные успехи и сдвиги в противонаркотической работе недостижимы.
Сегодня в религиозном сознании русского общества пробуждаются огромные творческие, созидательные и объединяющие силы. И это уже показательно проявляется в нашей работе по борьбе с наркоманией. Мы все сообща уже способны в корне переломить эту страшную ситуацию с ростом употребления наркотиков. Нам следует только трезво и честно взглянуть на реальную сущность и опасность этой гибельной человеческой и социальной духовной болезни.
Тогда мы откроем истинные пути и возможности для ее исцеления.

Протоиерей Сергий Бельков,
руководитель Отдела по противодействию наркомании и алкоголизму Санкт-Петербургской епархии

Источник: Официальный сайт Санкт-Петербургской митрополии

См. также: Прот.Сергий Бельков. Основные типы церковного душепопечения о наркозависимых;
Исцеление с Божией помощью,

Бога нельзя использовать как курс лечения

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?