Выступление Бертрана Бейнвеля

Читать предыдущую часть

Я сейчас предоставляю слово Бертран Бенвелю, представителю Детского фонда ООН ЮНИСЕФ в Российской Федерации, у него вступительное слово перед выступлением советника регионального отделения ЮНИСЕФ по странам Центральной и Восточной Европы и СНГ. Пожалуйста.

Бертран Бейнвель. Спасибо.

(Звучит иностранная речь.)

(Аплодисменты.)

Председательствующий. Спасибо большое.

Единственную поправочку, которую хотела бы внести. Если мы правильно поняли перевод, то было вами высказано мнение о том, что у нас в разных субъектах Российской Федерации за одни и те же правонарушения (я для всех остальных говорю, а не конкретно), что у нас в субъектах Российской Федерации предусмотрены разные меры наказания за содеянное.

Хочу всем сказать, что у нас существует федеральный закон, Уголовный кодекс, которым предусматривается, как минимальное наказание, так и максимальное, по данному виду преступлений, и уже суд решает, какое наказание в каждом конкретном случае решать для того, кто сделает правонарушение. Поэтому это совершенно неправильно, чтобы было всем понятно.

Сейчас я предоставляю слово Рашиду Алуаш — ответственному за программу российского представительства Управления верховного комиссариата Организации Объединённых Наций по правам человека. Пожалуйста.

Алуаш Р. Спасибо за предоставленное слово.

Я постараюсь, чтобы моё выступление было очень кратко, поскольку действительно мои коллеги из …, когда … дал общее описание ситуации и сделал акцент на тех моментах, на которые мы должны все обратить внимание.

Я, как свидетель этого процесса с 1999 года в Российской Федерации именно по внедрению, так называемой, технологии ювенальной юстиции в практике судебной. Я хочу здесь просто поставить несколько вопросов, поскольку сегодня, кто остался, кто здесь собрался, те люди, которые специалисты или которые очень разбираются в этом деле, и в какой-то степени я могу сказать смело, что единомышленники в основном, которые собрались здесь, единомышленники в отношении чего? Именно в отношении создания ювенальной юстиции.

Но, к сожалению, я сегодня в какой-то степени был разочарован, потому что это понятие, оно имеет очень такое разнообразное толкование с разных сторон, и это впитывает в себе очень такую большую опасность. В чём? Потому что сегодня было озвучено это людьми, которые в какой-то степени, они против ювенальной юстиции. Но на самом деле я не видел в них противников, они просто недопонимают.

И поэтому я думаю, что именно путём диалога они станут тоже сторонниками. Потому что у нас всех одна цель, цель — это именно обеспечение интереса ребёнка. И интерес ребёнка — на самом деле это интерес общества в целом. Я не вижу никаких противоречий здесь. И здесь, конечно, и роль семьи здесь никто не ограничивает, как носителя ценностей. И никто не отрицает, именно общество в целом, как носитель ценности. И здесь я не вижу даже противоречий, которые тоже порождаются.

Но здесь я хочу просто возвратиться к таким моментам, что есть стандарты, есть международные стандарты, которые были озвучены здесь, и я думаю, что именно правильные толкования этих стандартов, они должны как-то вести к одному знаменателю в понятии, чтобы у нас у всех были одинаковые понятия.

Было озвучено и … есть технологии. Извините, пожалуйста, в ювенальной юстиции есть система. А они говорят, здесь технологии, которые можно использовать так, и против и за, и как мы хотим.

Вот вы знаете, вот это неправильное толкование нигде, в международных стандартах не сказано, что ювенальная юстиция … технологии. Здесь написано, что есть система, которая включает в себя основополагающие принципы, относится именно профилактика и реагирование именно на преступность, … и реабилитации. Вот это три основополагающих принципа, которые включают в себя, я вижу, представитель Церкви говорит, это есть технология, а вы знаете, преступность несовершеннолетних — это именно профилактика, и есть профилактика и есть реабилитация.

Извините, пожалуйста, это понятие … как система, оно включает в себя и реабилитацию и профилактику. Я не вижу противоречий.

Поэтому я думаю, для нас всех, что действительно здесь какое-то недопонимание, когда мы ссылаемся именно на правильное толкование тех международных, значит, стандартов, мы тогда на этом, действительно, объяснили для всех противоречие, которое может возникнуть.

И я хочу еще напомнить один очень момент, я воспользуюсь, извините, пожалуйста, но очень-очень важный момент.

Госпожа Лахова сегодня, она напоминала, … присутствовали, именно предоставление, первый доклад Российской Федерации, Комитета по правам человека в 1993 году, если я не ошибаюсь.

Вы знаете, мы уже находимся, уже мы представили … последний доклад, 2005 год, третий доклад вошел туда. И вы знаете, во всех этих трех докладах было именно заключительное замечание комитета. И вы знаете, одних основных этих заключительных замечаний, это создание системы ювенальной юстиции, уважаемые. Там и написано, я сегодня очень, очень, знаю, что мы много шли вперед, но вы знаете, вот сегодня внедрение ювенальных технологий, давайте, ребята, чтобы это не самоцель, это какой-то промежуточный, а то не поймут нас, хорошо, а то мы попадем в технологии, в технологии ради технологий.

Давайте, ребята, наша цель, мобилизуемся, именно создание ювенальной системы в Российской Федерации, как это указано во всех замечательных заключениях, именно комитета по, Конвенции по правам ребенка. И давайте, и там изданы исчерпывающие понятия, и давайте извлекать наши понятия о системе именно из этих стандартов, и тогда, я надеюсь, что у нас будут общие понятия, и тогда у нас будет общая мобилизация именно в отношении и в сторону создания ювенальной системы.

Я с этим хочу, чтобы мы пришли к этому выводу, и я надеюсь, что это будет один из главных итогов, к которым мы придем сегодня.

Спасибо большое.

Председательствующий. Спасибо большое.

Читать следующую часть

Скачать стенограмму целиком в формате Word