Год 2017, Москва. Вы вложили мелкую купюру в протянутую руку старушки — и за плечом у вас материализовался полисмен. Вам выписан штраф. Через два квартала вы видите нищего дедушку на костылях. Уже сейчас священники говорят, что нужно будет делать

Год 2017, Москва. Вы вложили мелкую купюру в протянутую руку старушки — и за плечом у вас материализовался полисмен. Вам выписан штраф. Через два квартала вы видите нищего дедушку на костылях. Уже сейчас священники говорят, что нужно будет делать.

При храме святых Косьмы и Дамиана в Шубине, где служит протоиерей Александр Борисов, кормят бездомных и помогают множеству нуждающихся. Клирик храма Мартина Исповедника иерей Валерий Степанов руководит кормлением бездомных на Курском вокзале по воскресеньям. Они комментируют инициативу ГУ МВД Москвы повысить штрафы за попрошайничество и расширить применение этой статьи административного кодекса, а также вероятность, что штрафы будут взиматься и с тех, кто подает нищим.

Протоиерей Александр Борисов уверен, что для страны с христианскими корнями такой закон выглядит странно. «Вспомним Основы социальной концепции Русской Православной Церкви: если закон противоречит Христовым заповедям, верующие имеют право на мирное гражданское неповиновение. То есть такой закон мы не будем соблюдать», – говорит священник. Могут быть определены лишь некоторые места, где не следует просить милостыню. «Надеюсь, что проект, который внесли, никогда не реализуется, но уже то, что его внесли, — повод задуматься о массе проблем, которые нужно разрешать», — добавляет священник Валерий Степанов.

Чтобы решить проблему попрошайничества, нужны не запреты, а средства реабилитации. Например, о. Александр Борисов рекомендует поддерживать и распространять успешный опыт домов трудолюбия «Ной» для бездомных. «Государство должно заботиться о социальном устройстве своих граждан, а не налагать нелепые запреты на нуждающихся», — считает отец Александр.

Отец Валерий Степанов соглашается: «У нас остатки советской юридической системы, которая видела себя как репрессивную. Цель наших органов правопорядка — карать, а не помогать. Мы не покаялись в этом и не перестроили эти отношения».

Как считает отец Валерий, беда не в «плохих» полицейских, которые придумали такой странный закон. «Это не конкретные люди плохие, это у государства нет инструментов, чтобы бороться с проблемой правильно, и поэтому оно борется привычными методами: карательными и запретительными. Но это примитивно», — сказал священник. Он сравнил российскую ситуацию с европейской, где государство не перекладывает заботу о бездомных на благотворительные организации или Церковь. Во некоторых странах также есть штрафы за попрошайничество в центре столиц, но там есть и системы реабилитации.

«Любой закон должен уважать человека как личность. Огромная беда постсоветской России — человека как личность тут не уважают. А в христианской картине мира каждый человек бесценен — бомж ли он или президент», — напомнил отец Валерий.

Люди могут просить милостыню по самым разным причинам (по поговорке «от тюрьмы и от сумы не зарекайся»: никто не может быть уверен, что не окажется на паперти). «Не всегда просто в этих причинах разобраться, но не всегда и нужно. Сказано: просящему у тебя дай (Мф. 5, 42)», — напоминает протоиерей Александр Борисов. С ним единодушен отец Валерий: профессиональные попрошайки, конечно, существуют, но и они напоминают нам о существовании по-настоящему обездоленных людей.

Конечно, милостыня — это не только 50 рублей, брошенных старушке. Легко отделаться рублями, тяжелее поучаствовать в судьбе человека, помочь ему. Отец Валерий зовет всех участвовать в разных формах благотворительности — в частности, в приходских. Множество форм такой работы — при храме св. бессребреников Косьмы и Дамиана в Шубине, где настоятелем служит отец Александр Борисов. При храме святого Мартина Исповедника также существует движение «Бедные люди. Курский вокзал».

«Помогая на вокзале, мы убедились, что давать людям деньги — неправильно. Нужно давать еду и медикаменты, покупать билеты, помогать уехать или найти работу. Давать деньги неправильно, но если кто-то стоит с протянутой рукой и сердце подсказывает, что нужно дать, — нужно дать. Каждый решает по своему сердцу», — говорит священник Валерий Степанов.

Впрочем, по ощущению отца Валерия, в Москве идея, что старушки выходят просить милостыню, потому что им нечего есть, уже звучит как надуманная. Здесь работают социальные службы, помогают приходы, масса сердобольных людей, масса благотворительных акций. Священник подчеркнул, что «бабушки накормлены» именно в Москве, а уже за МКАДом проблемы усугубляются. Конечно, ни в столице, ни в провинции старики не могут позволить себе дорогие эффективные лекарства — им их зачастую не то что не выписывают, а даже не говорят об их существовании, назначая только то, что положено бесплатно.

По наблюдениям священника Валерия Степанова, в Москве милостыню просят люди совершенно другой категории — приехавшие откуда-то в надежде поправить свою жизнь, но утратившие документы, оставшиеся без работы. «Власти решили бороться с просящими милостыню запретительными мерами, словно из-за этого люди перестанут ехать на заработки в Москву и попадать в тяжелые истории. Как сказал покойный Святейший Патриарх Алексий: «Больше храмов — меньше тюрем». Все наши благотворительные проекты — это еще и профилактика правонарушений», — сказал отец Валерий.

Святитель Иоанн Златоуст называл милостыню «лестницей, ведущей на небо» и «матерью любви». Она для него превыше молитвы и поста. «Милостыня есть превосходнейшая художница и покровительница уп¬ражняющихся в ней; ибо она любезна Богу и находится близ Него, легко испрашивая милость тем, кому хочет, только бы мы не оскорбляли ее; а она оскорбляется тогда, когда мы делаем ее из похищенного имущества; если же она чиста, то доставляет великое дерзновение возсылающим ее к Богу… Для нее беспрепятственно отверзаются врата небесные… Богу она угодна более жертвы», — можно прочитать в трудах святителя Иоанна Златоуста.

Закон о штрафах для подающих милостыню, так или иначе, пока не только не принят, но и не опубликован как законопроект. Но если он будет утвержден, он сделает каждый случай подаяния — шансом маленького исповедничества.