С кем там она рассталась? Фотопроект Ольги Павловой о женщинах, победивших рак

Фото- и видеопроект «Химия была, но мы расстались» придумала фотограф Ольга Павлова – она сама дважды вылечилась от рака. Ее мечта – сделать фотографии всех 1,5 млн женщин с онкодиагнозом в России

Ольга Павлова на съемках проекта "Химия была, но мы расстались". Фото: Кристина Спивак

Ольга Павлова прошла через рак в 20 лет, потом еще раз, когда случился рецидив. А после этого стала профессиональным и очень востребованным фотографом, вышла замуж за журналиста Валерия Панюшкина и родила троих детей.

«Первый эпизод болезни прошел как-то очень легко и весело, в тусовках и влюбленностях, – вспоминает она. – Я как-то не очень осознала, что я серьезно болею. Знаю, что многие задают вопрос мирозданию, Богу: почему я? А я тогда думала: а почему бы и не я. Должен же кто-то болеть.

Самое страшное было заболеть второй раз. Помню, что подумала: ах, так?? Ты, гад, вернулся? Не возьмешь. И стала сражаться, как лев. Очень надо было убрать «его» из своей жизни. Помощь семьи и друзей была бесценна. Главное правило здесь – нельзя жалеть болеющего человека, надо быть рядом и поддерживать».

В январе 2021 года Ольга Павлова запустила фото- и видеопроект «Химия была, но мы расстались». Ее цель – снять табу с темы, потому что рак – это не стыдно.

Я вышла на сцену с двумя своими детьми-погодками и сказала: «У нас есть Вера и Надежда, и все будет нормально»

Алина Болотина. Фото: Ольга Павлова

– С чего все началось?

– Лет пять назад Фонд борьбы с лейкемией попросил меня выступить на одной из их первых выставок – вдохновить других женщин своей историей. После рака рожают немногие, и каждый такой пример – доказательство, что жизнь продолжается. Я вышла на сцену с двумя своими детьми-погодками и сказала, что у нас есть Вера и Надежда, и все будет нормально.

Фонд продолжал привлекать меня к своим активностям, и я смогла постепенно начать говорить о своем раке. Я много снимала социальных проектов с разными фондами, но тут захотелось настолько масштабный, что я поняла: ни один фонд со мной не станет этого делать, при том, что все меня очень любят. Решиться помогла коуч Женя Шварц – она меня подталкивала к мысли, что я смогу. И вот в январе прошли первые съемки – мы запустились.

– Сколько уже сняли героинь?

– На сегодня десять человек. Среди них – гендиректор телеканала «Дождь» Наталья Синдеева и совладелица винодельни «Золотая балка» Снежана Георгиева.

Весь особняк Муравьевых-Апостолов аплодировал нашим героиням

На съемках проекта. Бекстейдж со съемок. Фото: Елизавета Хлебникова

– Как прошли съемки?

– Грандиозно, это был какой-то голливудский праздник. Ты снимаешь людей удивительной силы и удивительного жизнелюбия. Женщины, которые вылечились от рака, видели смерть в глаза и очень хотят жить.

Кроме фото, мы еще снимали видео, это будут классные смешные ролики, которые для нас как волонтер, pro bono делает Саша Семин (Александр Семин, основатель креативного агентства What if Semin?, автор социальных рекламных кампаний для многих благотворительных фондов – прим. ред.). Мы хотим крутить их везде. Наши героини в них ужасно интересно рассказывали о том, как они лечились, о своем преодолении, что они чувствовали, как справлялись. И о том, что хотят делать дальше, о чем мечтают.

С нами на съемке оба дня была Яна Зубцова, соосновательница сайта Beauty Insider – благодаря ей к проекту присоединились волонтеры-визажисты и парикмахеры. Так вот Яна потом написала, что со съемок обычно бежишь бегом, а здесь никто не мог разойтись.

Осветители благодарили – дядьки в грязных штанах и рукавицах, которые только матерятся целыми днями на площадке. Очень растрогала буфетчица, которая все время спрашивала, нужно ли мне воды, кофе, когда я буду обедать. Когда уже все закончилось, она вышла из-за своего буфета и говорит: «Можно я вас обниму». Это было так трогательно. Весь особняк Муравьевых-Апостолов, арендованный для съемки, аплодировал нашим героиням.

Слева – Надежда Кузнецова. Фото: Ольга Павлова. Справа – Алина Болотина, Ольга Павлова, Надежда Кузнецова

– С некоторыми из героинь вы очень давно знакомы, правильно?

– Да. С Алиной Болотиной я познакомилась в 2006 году, когда впервые пришла в РДКБ. Ей было 12 лет, и ее в этот день стригли налысо.

– Пришли с фотоаппаратом?

– Да. Я как раз приехала из Лондона (а англичане все где-нибудь волонтерят) и тоже решила пойти. Из ЖЖ я знала, что волонтеры ходят в РДКБ, и попросила Панюшкина познакомить меня с главврачом, чтобы меня туда пустили. Для этого мне пришлось сначала познакомиться с Панюшкиным. Так я туда попала, и первым человеком, которого я увидела, была Алина. Естественно, я ее запомнила на всю жизнь. Мы общались, она приезжала на все концерты «Подари жизнь». Когда я придумала проект, она захотела в нем сняться.

С другой героиней – Надей Кузнецовой – мы тоже познакомились в РДКБ. Она была волонтером фонда «Подари жизнь», потом мы стали соседками в Москве, у нее чуть позже, чем у меня, родился ребенок. Потом она забеременела вторым, и на 6 месяце выяснилось, что у нее рак. Мы всем миром тайно собирали деньги ей на операцию. Ее в хорошем месте прооперировали очень удачно, сумели спасти обоих.

«Рак – это бывший»

 Героиня проекта Юля Шарова готовится к съемкам. Бекстейдж со съемок. Фото: Ирина Григорьева

– Кто в итоге дал деньги на проект?

– Деньги на первую съемку нашлись сразу. Я рассказала о своей идее гендиректору Johnson & Johnson Кате Погодиной, она сказала, что идея классная, поддержка будет, только надо придумать, как все это должно выглядеть. Прежде всего, не хватало названия. Вот у меня в ежедневнике написано «20 марта. Женщины и рак. Johnson & Johnson». И следующее слово – Семин.

Почему-то я дико боялась ему звонить. Но когда все-таки написала, он сказал: «Да, конечно, сейчас все придумаем». Мы собрали 30 марта фокус-группу в зуме, и час он с нами разговаривал. Задавал неприятные вопросы. Я на него так злилась. И вдруг он у нас на глазах выдал: «Рак – это бывший. Химия была, но мы расстались».

Летом работа шла вяло, а в сентябре я нашла директора – Светлану Полякову, она двадцать пять лет руководила фондом «Дом Роналда Макдоналда», – и все завертелось. Мы прислали Johnson & Johnson финальную презентацию в сентябре. Они сказали «да» и в декабре мы получили от них спонсорский взнос.

На эти деньги были сняты первые героини. Фото и видео выйдут в середине марта в очень широкий прокат. Будем привлекать женщин, которые начнут приходить к нам на сайт и рассказывать свои истории. До конца 2021 года мы планируем фотосъемки и выставки по городам России. Я хочу, чтобы о раке говорили открыто, чтобы в обществе начался диалог.

«Я узнавала ужасные вещи: женщины скрывали свой диагноз от родных, их увольняли с работы, от них уходили мужья»

Героиня проекта Зоя Шляхова. Бекстейдж со съемок. Фото: Ирина Григорьева

– Многие готовы рассказывать свои истории?

– Да, я взяла глубинные интервью у 50 женщин, разговаривала с ними по полтора часа, и они не могли остановиться. Когда рассказываешь, ты освобождаешься от травматичного опыта. Я узнавала ужасные вещи: женщины скрывали свой диагноз от родных, от коллег, их увольняли с работы, от них уходили мужья. Моя цель – снять табу с этой темы, перестать скрывать, потому что рак – это не стыдно.

Я хочу, чтобы женщины, узнав свой диагноз, допустим, в Хабаровском крае, понимали, что они не одни такие. Чтобы видели на стенах онкодиспансера плакаты с нашими героинями и приходили к нам на сайт, читали истории, смотрели фотографии. Чтобы сайт стал хабом для всей полезной информации по всем фондам, пациентским организациям, клиникам. Информации огромное количество, но она почти нигде не структурирована.

Сейчас проект развивается семимильными шагами. Изначально мы думали о фототерапии как о поддержке конкретных женщин, но все гораздо глубже. Наши съемки – это психосоциальная реабилитация, которая затрагивает не только того, кто снимается, но и тех, кто смотрит на результат. Мы осознали, что играем важную роль в том, что называется пациенто-ориентированная экосистема. Фототерапия – форма психологической поддержки, а наша платформа станет местом для социализации и получения помощи, которая необходима для скорейшего излечения.

Лига онко-фотографов или фото-терапевтов

Героиня проекта Наталья Синдеева. Бекстейдж со съемок. Фото: Ирина Григорьева

– Сколько всего хотите снять женщин?

– Сначала я хотела снять за второй этап человек 25 (женщин, которые оставят заявки на сайте – прим. ред.), но сейчас уже думаю про 50-70. Придется, правда, делать все попроще.

Изначально я задумывала снимать проект так, как снимается реклама. Это дорого, долго, сложно, задействовано много людей, осветительных приборов. Я придумала снимать на очень сложную камеру, кардан – на нее снимали до изобретения «Кодака». У нее меха, и можно поворотом и наклоном двух пластин менять степень размытия картинки. Это сейчас можно сделать в фотошопе, но хотелось аутентичности, большей глубины кадра.

К тому же, поскольку я хочу выставку фотографий очень большого формата, нужно высочайшее качество. Обычно я снимаю с рук, охочусь за человеком, ловлю его. Здесь так нельзя, это огромная, тяжелая тренога, которую я сама не могу даже сдвинуть с места.

Теперь придется снижать издержки – снимать без такого сложного света, без локейшна. Хотя мне нравится, когда героини приходят в очень красивое место. Я хотела, чтобы это было, как в журнале Vanity Fair: вы пришли, вы звезда, вас встречают, как Мерил Стрип, проводят в гримерку, там цветы, шампанское. Так это у нас и было.

С онкодиагнозом в России живет 1,5 миллиона женщин. Хочется снять всех, они все этого достойны. А я же не могу это сделать одна. Я думаю о создании Лиги онко-фотографов или фото-терапевтов. Мы еще готовим проект про поддержку – близких, друзей, коллег, общества в целом. Про мужчин с онкодиагнозом тоже хочу снять историю.

Пока нам нужны деньги снимать дальше – для этого мы запустили краудфандинг на сайте и продолжаем искать партнеров. Мы поднимаем проект бесплатно, но я мечтаю о появлении рекламных бюджетов, чтобы люди, которые над ним работают, не думали о том, как прокормить семью.

Ольга с семьей – мужем Валерием Панюшкиным и детьми Верой (слева), Петром, Надеждой. Фото: Ксения Плотникова

– Успеваете делать что-то, помимо этого проекта?

– Почти нет. Это full-time работа – целыми днями зумы, переговоры с потенциальными спонсорами, с командой. У нас очень большой пресс-план, где что размещать, где показывать ролики, какие героини будут сниматься в каких передачах.

Сильная сторона нашего проекта – коллаборация, объединение всех игроков ради помощи женщинам с онкологией. Когда женщины оказываются на нашем сайте, мы стараемся быть им максимально полезными и помогать находить ответы на их вопросы и потребности. С нами вместе 12 фондов-партнеров – к ним можно обратиться за разной поддержкой. Мы также открыты к сотрудничеству с пациентскими организациями, бизнесом, государственными органами.

Надо, чтобы наша повестка звучала из каждого утюга, чтобы все смотрели и думали, с кем там она рассталась? Я предполагаю, что мы еще огребем, что мы все не так поняли, что все не так сняли. Это нормально. Но зато в общественном пространстве станет возможным разговор на эту тему, чтобы слово «рак» не пугало людей.

Если вы хотите стать участницей проекта «Химия была, но мы расстались», разместите свою историю на сайте и оставьте заявку на участие в фотосессии.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться