21 год прожила Римма Михайловна Иванова. Она еще даже Михайловной толком не стала. Какое отчество в этом возрасте? По нынешнему времени – девчонка, а она спасала людей и получала боевые награды

Римма Иванова. Фото wikipedia.org

Случай в Архиерейском лесу

Есть такой тип девочек. Вроде и красавица, но абсолютный мальчишка. С пацанами играет в войну, лазает по деревьям, ворует соседский крыжовник. Дерется, на полном серьезе дерется.

Именно такой девчонкой была Римма Иванова. Разумеется, с поправкой на эпоху. Она честно выполняла правила игры, делала все, что подобает делать милым барышням. Но на вопрос, кем хочет стать, девочка так же честно отвечала: «Солдатом».

Римма родилась в 1894 году в городе Ставрополе в семье заслуженного человека. Ее отец, Михаил Иванович Иванов, был казначеем тамошней духовной консистории в чине коллежского асессора. Он был трижды награжден за свою службу орденом Святого Станислава 3-й степени, а еще имел серебряную медаль в память царствования Александра Третьего.

В 1902 году девочка поступила в Ольгинскую женскую гимназию. В классе считалась заводилой, зажигалкой, веселушкой, но при этом умудрялась хорошо учиться. Редкое, на самом деле, сочетание.

В то же время и в той же гимназии обучалась Маруся Вальяно – будущая советская героиня, революционерка и чекистка, активистка красного террора. Занималась агитацией, подкладывала марксистские листовки в библиотечные учебники. Схожесть темпераментов, разница в возрасте всего два года.

Девушки, однако, не сошлись – очень уж сильно различались их представления о добре и зле.

Сохранилась история о том, как гимназистка Иванова чинно прогуливалась с однокашниками в Архиерейском лесу, и у них на глазах человек упал в озеро, начал тонуть. Подружки, разумеется, запричитали, завизжали. А Римма как была в одежде, так и бросилась спасать несчастного.

Спасла.

И все же солдат

Первая Мировая война. Наступление пехоты на фронте. /Репродукция Фотохроники ТАСС/

В солдаты Римма не пошла. Стала работать обычной народной учительницей в земской школе села Петровское Благодарненского уезда Ставропольской губернии. Как только началась Первая мировая, сразу же поступила на курсы сестер милосердия. А окончив эти курсы, получила направление в Ставропольский епархиальный госпиталь.

17 января 1915 года девушка коротко подстриглась и поступила добровольцем в 83-й Самурский полк. Под именем Ивана Михайловича Иванова.

Война приносит в нашу жизнь ужасно много сложностей. Но какие-то вещи, напротив, становятся проще.

Обман продолжался недолго. Девушку быстро уличили в том, что она девушка. Но не стали ничего менять, за исключением, естественно, имени. Вместо Ивана появилась Римма, и жила она теперь в женской казарме, а не в мужской. И, разумеется, пришлось «работать по специальности» – помогать раненым – а не ходить в штыковую атаку.

Римма писала домой: «Беспокоиться обо мне нечего. Я – вне опасности. Наш полковой околодок, где я сейчас несу обязанности, находится всегда за линией огня… К солдатскому костюму и коротким волосам я уже привыкла…

Доехала благополучно. Немного переволновалась. Принял меня командир полка очень хорошо. «Коль есть охота, так, пожалуйста, работайте», вот его слова. Доктор доволен моей работой и теперь все настаивает, чтобы я ехала учиться после войны в медицинский институт».

Но война – дело суровое, место для героизма найдется всегда. Девушка не только бинтовала раны и прикладывала к сухим губам флягу с водой. Она с нуля наладила систему доставки с поля боя раненых. И сама таскала их буквально на руках, под пулями.

Награды сыпались на Римму Иванову как весенний град на припозднившегося путника. Георгиевская медаль 4-й степени – за героическое спасение раненого прапорщика Гаврилова. Еще одна – за героическое спасение прапорщика Соколова и восстановление линии связи, поврежденной врагом.

Да, Римма и это умела. Солдат высшего класса.

Всего же она вынесла с передовой более 600 человек.

А письма родителям между тем становились другими: «Господи, как хотелось бы, чтобы вы поуспокоились. Да пора бы уже. Вы должны радоваться, если любите меня, что мне удалось устроиться и работать там, где я хотела…

Но ведь не для шутки это я сделала и не для собственного удовольствия, а для того, чтобы помочь. Да дайте же мне быть истинной сестрой милосердия. Дайте мне делать то, что хорошо и что нужно делать.

Думайте, как хотите, но даю вам честное слово, что многое-многое отдала бы для того, чтобы облегчить страдания тех, которые проливают кровь. Но вы не беспокойтесь: наш перевязочный пункт не подвергается обстрелу…

Мои хорошие, не беспокойтесь, ради Бога. Если любите меня, то старайтесь делать так, как мне лучше… Вот это и будет тогда истинная любовь ко мне. Жизнь вообще коротка, и надо прожить ее как можно полнее и лучше. Помоги, Господи! Молитесь за Россию и человечество».

Напомним, если кто забыл: это письмо двадцатилетней барышни, а не сорокалетнего кадрового офицера.

Как стать офицером и героически погибнуть

Иллюстрация из газеты «THE WAR ILLUSTRATED»

Летом 1915 года Римма, по просьбе тяжело больного отца, перевелась в 105-й пехотный Оренбургский полк. Дело в том, что полковым врачом в этом полку служил старший брат девушки, Владимир.

Там полюбили ее как родную. Римма писала на родину: «Мои хорошие, милые мамуся и папка! Здесь хорошо мне. Люди здесь очень хорошие. Ко мне все относятся приветливо… Дай вам Господи здоровья. И ради нашего счастья не «унывайте»».

Но, к сожалению, как известно, пуля – дура. Особенно если она разрывная. Это вообще даже не пуля. Так, кусочек пули. Он летит куда придется, как звезда от праздничного фейерверка. Правда, вместо праздника приносит смерть.

9 сентября 1915 года рядом с деревней Мокрая Дуброва современной Брестской области такая пуля смертельно ранила Римму Иванову. К этому моменту были убиты оба ротных офицера, и Римма Михайловна подняла роту в атаку.

Ее авторитет среди солдат давал возможность это сделать – в полку девушку часто называли «святой Риммой». Медсестра первая подбежала к вражеским окопам. В этот момент все и случилось.

Николай Второй в порядке исключения наградил ее посмертно офицерским орденом Святого Георгия 4-й степени. Корпусной командир телеграфировал ставропольскому губернатору: «Сестра Иванова, невзирая на уговоры полкового врача, офицеров и солдат, всегда перевязывала раненых на передовой линии под страшным огнем, а 9 сентября, когда были убиты оба офицера 10-й роты 105-го Оренбургского полка, собрала к себе солдат и, бросившись вперед вместе с ними, взяла неприятельские окопы.

Здесь она была смертельно ранена и скончалась, оплакиваемая офицерами и солдатами. Корпус с глубоким огорчением и соболезнованием свидетельствует уважение семье покойной, вырастившей героиню – сестру милосердия. О чем прошу сообщить родителям и родным».

А председатель германского Красного креста генерал Пфюль неожиданно для всех выступил с протестом. Он заявил через газеты, что «сестрам милосердия не подобает на поле боя совершать подвиги».

Якобы подвиг Риммы Ивановой шел вразрез с Конвенцией о нейтралитете медицинского персонала.

Правда, в женевской штаб-квартире Международного комитета Красного Креста Пфюлю, как говорится, вправили мозги. Высшее руководство признало, что Римма таким образом действовала именно как сестра милосердия – спасала жизнь солдат, которых в этой ситуации враг уничтожил бы, фактически, без боя.

* * *

Полковой врач доставил в Ставрополь гроб с телом героини. С ними же ехала бумага: «Удостоверение. Дано сие младшему врачу 105 пехотного Оренбургского полка зауряд-врачу Иванову в том, что ему разрешено отправить в г. Ставрополь (губ.) тело сестры его фельдшерицы-добровольца Риммы Михайловны, убитой в бою под дер. Мокрой-Дубровой… что подписью с приложением казенной мастичной печати удостоверяется».

«Зауряд-врач» никогда не простит себе, что не уберег любимую сестру.

Проститься с Риммой Ивановой пришло огромное количество народа. Протоиерей о. Симеон Никольский произнес непродолжительную речь: «Сестра милосердия стала предводителем воинства, совершила подвиг героя… Город наш, город Ставрополь! Какой славы сподобился ты! Франция имела Орлеанскую деву – Жанну д’Арк. Россия имеет Ставропольскую деву – Римму Иванову. И имя ее отныне будет вечно жить в царствах мира».

Гроб опустили в землю. Грохотал салют.