Республика ШКИД отдыхает

«Люди у нас, в основном, болящие, – рассказывает отец Георгий, – у кого-то нет ноги, у кого-то – обеих ступней, есть старики. Так что, основная моя задача, чтобы они просто дожили свой век в тепле и накормленные»

В приюте для бездомных. Находка

Жена загуляла, сын мотается по тайге

Обычно считается, что бездомных в районах с суровым климатом нет: как жить на улице, если там минус 40 С? Но везде люди живут. Особенно, если для них строят приюты.

«Есть у нас люди местные. Кто-то стал не нужен в своих семьях. Одного спрашиваю: ты давно семью видел? – Два года назад, – отвечает. Как раз, когда сыну доверенность на пенсию писал. – А жена загуляла, сын мотается где-то по тайге, собирает шишку, получает отцовские денежки и отца знать не хочет», — в телефонной трубке бодро звучащий голос отца Георгия очень похож на артиста Леонова.

Отец Георгий

Отец Георгий Москаленко — глава социального отдела Находкинской епархии, клирик Казанского кафедрального собора Находки. Три года назад организовал приют для бездомных и теперь подробно рассказывает, как туда попадают люди:

«А кого-то выгоняли из семей из-за пьянства, кто-то сидел, а, когда вышел, оказывался выписанным из квартиры.

Пока был молод, совершал новое преступление, и опять в тюрьму. А когда пришла старость и кончилось здоровье, на зону уже не хочется, и человек просто оставался на улице.

Приезжие у нас тоже встречаются. Был человек из Новосибирска: “Я думал, у вас здесь работа есть”. Чаще всего это люди-путешественники, либо те, кто скрывается от неприятностей. Кто-то надеется устроиться на рыболовецкие суда, но это не так просто.

Однажды приходит ко мне в храм человек и говорит: “Батюшка, дайте денег доехать до Хабаровска”. А я ему и отвечаю: “Давай обойдем вместе храм. Если ты где-то увидишь надпись: железнодорожная касса, – будет тебе билет.

А если нет, то тебе не сюда”. Он на меня глазами хлопает, вроде как не понимает. Так что у нас тоже разные артисты бывают».

В приюте для бездомных. Обед

С тех пор, как в Приморье закрыли часть интернатов для больных и престарелых, отцу Георгию, по его словам, звонят со всего края: «Возьмите!» Поначалу даже больница привозила в приют тех, кого некуда было выписывать.

Иногда звонит милиция:

– По такому-то адресу возле подъезда сидит человек, заберите.

– А вы в больницу звонили?

– Да, там сказали, им его некуда девать.

Мы разучились прощать друг друга

Олег

– Знаете, что самое страшное? Люди стали друг другу не нужны – родители детям, мужья – женам, что уж говорить про соседей? – волнуется отец Георгий. – Если кто-то оступился или сел в тюрьму, он оказывается на улице. Мы, к сожалению, разучились прощать друг друга, и просить прощения тоже. Люди охотно помогают собачкам и кошечкам, а вот людям нет. А ведь Богу дороже человек. Святые отцы говорили, что если человек прилепляется любовью к животным, он начинает меньше любить людей.

Я вам вот какую историю расскажу. Чуть больше года назад одна продавщица из магазина меня спрашивает: «Батюшка, как мне молиться за сына, если он пропал?» Молодой человек зафрахтовался на судно, пошел в рейс – там кинули. Он перешел на другое судно, попал на Камчатку и пропал.

Виктор

Мать подняла всех, наняла детектива, детектив устроил так, что фотографию пропавшего разместили в опорных пунктах милиции. И вот однажды пропавшего сына той женщины за отсутствие документов на сутки задержали в одном из опорных пунктов, где висела его фотография. И никто из милиции даже внимания не обратил на стенд! К счастью, фото увидела какая-то женщина и позвонила матери. Мать помчалась на Камчатку и сына нашла.

Молодой человек все это время работал то разнорабочим, то в автосервисе, то на кладбище. Долго его нигде не держали.

На кладбище он видел, как цветы иногда появлялись на могилах с невостребованными прахами спустя месяц после похорон. То есть, родственники находили своих родных уже мертвыми».

«Они прикинули, что здесь тепло и кормят, и поддерживают вокруг даже порядок»

Сергей

Приют у социального отдела епархии в Находке появился три года назад, и сразу стал активно наполняться. Несколько бездомных к тому времени – накануне зимы – жили под открытым небом. Калеки стояли на морозе, один – лежал прямо у входа в гастроном.

До этого социальный отдел разными способами пытался пристроить людей с улицы – в больницы или в отделение милосердия в соседнем Южно-Морском. Потом в городе сменилась администрация, и епархии отдали помещение для приюта бездомных.

В приюте для бездомных

«Люди у нас, в основном, болящие, – рассказывает отец Георгий, – у кого-то нет ноги, у кого-то – обеих ступней, есть старики. Так что, хотя у центра есть небольшой кусок земли, и мы каждый год стараемся, чтобы постояльцы посадили хотя бы картошку, основная моя задача – чтобы они просто дожили свой век в тепле и накормленные. Хотя с некоторыми буйными приходилось расставаться.

Поначалу я думал, что сейчас всех перевоспитаю, а потом оказалось, что бездомные не хотят перевоспитываться. Очень много было таких, кому лишь бы переночевать несколько ночей да украсть что-нибудь. Так что в первую зиму жильцы не спалили приют только милостью Божией.

Сейчас стало спокойнее – есть люди, которые живут у нас уже по два года. Они прикинули, что здесь тепло и кормят, и поддерживают вокруг даже порядок. А вначале приходилось, прости Господи, строгость наводить так, что «Республика ШКИД» отдыхает.

В приюте для бездомных, Находка.

Бывало, ночью мне позвонят, что в приюте уже несколько дней кто-то дебоширит. Я с утра приеду, строго посмотрю и скажу: «Два часа тебе на сборы!» Потому что у нас правило: если нашел работу в окрестностях – можешь выйти поработать, но если вернулся выпимши – ложись под одеяло и лежи тихо.

Вы только не подумайте, сам я руками никого не трогал – потому что, с одной стороны, я священник, а, с другой, они тоже законы знают.

Однажды один из постояльцев написал на меня жалобу губернатору, что ему в приюте не предоставили каких-то услуг. Бумагу тогда вернули в Находку, пришлось объяснять, что человек болезный.

Хотя некоторые из жильцов действительно думают, что наш приют содержит администрация или соцслужба».

«Когда на кого-то накипит, я каюсь»

Александр

Отец Георгий честно сознается, что работать с бездомными сложно.

«У наших обитателей есть одна тяжелая особенность – они не благодарны людям. С одной стороны, они зашли за ту черту, про которую сами понимают, что не поднимутся. С другой, они почему-то считают, что их все равно куда-то определят: либо скорая подберет, либо социальные службы куда-то устроят. Но Господь, призирающий на сирых и убогих, в таких случаях управляет.

Я, конечно, когда приезжаю, стараюсь и побеседовать, и послужить акафист. Нескольких крестил, еще несколько сами ходят своими ногами на службы в ближайший храм. Но большинство, к сожалению, не видят для себя в церкви никакого прока. Ну, я молюсь за них, что я могу еще сделать?

Сергей

Все время смотреть на такую изнанку жизни тяжело. Но у нас есть хорошее таинство, называется «покаяние» – когда у меня в голове на человека накапливается, я в этом каюсь. И тогда отпускает, начинаю смотреть на все немного проще.

Когда наш центр просуществовал уже какое-то время, некоторые люди начали улыбаться. А поначалу приходили как волчата. Так что, эти улыбки дорогого стоят».

«Крестился я в 40 лет, стал священником в 46»

Отец Георгий

«До двадцати восьми лет я был обычным человеком, даже служил на флоте, где нужно особо крепкое здоровье, – рассказывает отец Георгий уже о себе. – А потом – первый приступ астмы, госпитализации, даже клиническая смерть была. И вот в тридцать три года мне дали вторую группу инвалидности.

Была депрессия. И дальше куда меня только не приводило: и в «Гербалайфе» я был, и сайентологией интересовался.

А когда отмахивался от баптистов, они мне сказали: “Вы все равно придете к Богу”. И, знаете, оказались правы.

Знакомые стали говорить: “Тебе надо креститься”. Ну, пошел я в храм, это для меня как последняя инстанция была. А потом взял и крестился в сорок лет.

Сначала ничего вроде как не поменялось, а потом вдруг подумалось: “А вдруг там правда что-то есть? А может, все эти верующие, которые ходят в церковь, – правы?” И так мне легко от этой мысли стало, что стал я ходить на службы каждое воскресение.

Прям с вечера субботы думал: “Завтра надо идти!” Приду, постою всю службу – и ухожу.

Месяца через три я поймал на себе какой-то особо пристальный взгляд священника. “А чего это, думаю, все к священнику подходят, а я не подхожу?” Купил книжку про исповедь, чтоб посмотреть, с чем это там подходят. Прочитал полторы страницы – и понял, что меня просто семью холмами надо засыпать, за грешность!

Начал исповедоваться, потом пять лет работал в храме сторожем. Родные особого интереса к моей деятельности тогда не проявляли – что взять с больного человека? Поначалу, после того, как стал причащаться, я всем дома надоедал: “Идите со мной!” Потом бросил: взрослые люди – своя жизнь. Потом сын как-то пришел и крестился. Потом жена пришла в храм: “А что, когда отец Василий крестить будет?” А я, церковный сторож, как раз мету двор, аж метлу выронил.

Говорю жене: “Давай повенчаемся?” – “Да зачем, и так живем нормально!” Но тут сын в армию уходил, сказал: “Повенчайтесь!”

А однажды настоятель отец Василий вдруг спрашивает: “Пойдешь в дьяконы?” А какой из меня дьякон – я ни читать, как надо, ни петь не умею. И все-таки поднял он меня на клирос.

Когда я в первый раз читал акафист, думал, никогда его не дочитаю, так кашлял. А все-таки дочитал – хватило у отца Василия терпения.

А через какое-то время он говорит: “Езжай во Владивосток в Никольский собор”. Я собрался и поехал. А в соборе мне и говорят: “Будешь пономарить!” Ну, я и начал учиться всему – в сорок шесть лет, мама дорогая!» А потом меня на дьякона учиться отправили,  а там и рукоположили.

Я до сих пор иной раз думаю: “Ущипните меня! Я ли это стою в облачении рядом с владыкой? Теперь – первый священник в кафедральном соборе по времени хиротонии”. А сейчас и сын пришел из армии, работает в социальном центре у нас, и тоже занимается приютом для бездомных, так что теперь нас там двое!

Находка

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.