Путь молодых: серфить, а не подниматься по эскалатору

Будущие поколения будут менять профессию не один раз в течение жизни

Тесты по профориентации уходят в прошлое. Разделение на гуманитариев и технарей становится все более условным. Мир стремительно меняется и диктует новые правила.

Выбор пути

Родители Ивана считали, что он слишком много времени проводит за компьютером, играя в игры. «Помогите, к взрослой жизни сын не готов, ему ничего не интересно», – с таким запросом они обратились к специалистам.

А Ваня, зная родительскую нелюбовь к компьютерам, осваивал программирование и изучал астрофизику втайне от них, посвящая играм лишь 10% своего времени.

Ира хорошо рисовала, и в школе ее постоянно просили то оформить декорации к спектаклю, то нарисовать плакат или открытку. Никто не сомневался, что она пойдет дальше в художественный вуз. Но Иру живопись не увлекала, она рисовала, потому что просят. А нравилась ей математика, понятные правила и заданные алгоритмы.

Лиза училась на журналиста, но всегда любила небо и полеты. Стала работать стюардессой и поняла, что просто летать ей мало, а хочется управлять самолетом. И тогда она заново прошла школьный курс физики и поступила в Летное училище. Теперь она пилот гражданской авиации.

Марина болтушка, увлеченно ведет свои странички в социальных сетях, у нее большой круг общения, но родители считают это пустой тратой времени. И советуют идти учиться на экономиста.

Как часто в увлечениях подростков взрослые не видят сильных сторон и реальных перспектив для выбора профессии. О том, как молодые люди сегодня ищут свой путь и чем им можно помочь, мы поговорили с экспертами «Лаборатории карьеры Алены Владимирской».

Отцы и дети

«Каждый второй комментарий от родителей на консультации: „Мне кажется, мой ребенок ничем не занят, ему ничего не интересно, все, что я ему ни предлагаю, он отвергает“. А когда мы начинаем общаться, выясняется, что отсутствие интересов, по мнению родителей, это просто несовпадение интересов. И у ребенка есть некая зона воодушевления, заинтересованности, которая родителям или непонятна, или неприятна, – рассказывает руководитель карьерной практики в Лаборатории Анна Алфимова.

– Те же компьютерные игры. Обычно родители преувеличивают тот объем времени, который ребята на них тратят. И, между прочим, изучая поведение подростка в игре, можно вытащить много полезного про стиль принятия решения, определить, насколько человек командный или автономный, готов ли он строить долгосрочные планы или он лучше ориентируется в локальных задачах.

Взрослые диктуют молодым необходимость выбора профессии, говоря о том, что это решение фактически на всю жизнь.

Но на самом деле мы видим, что люди, которые чаще меняют работу, экспериментируют, проверяют гипотезы, в долгосрочной перспективе более востребованы, если они доводят свою деятельность хоть до какого-то результата.

Эти люди более востребованы в бизнесе, в предпринимательстве, умеют видеть ситуацию более широко, не концентрируются на каком-то одном векторе и могут быстро перемещаться.

И это, конечно, такой кризис отцов и детей. Так было всегда, всегда были установки старшего поколения, с которыми было не согласно молодое поколение, в этой части все как раз стабильно, просто меняются темы обсуждения.

Выбор предметов на ЕГЭ – не самый последний выбор в жизни. Не у всех складывается понимание себя, своих сильных сторон и предпочтений даже во взрослой жизни, что уж говорить о подростках.

Примерно 30–40% людей в целом достаточно универсальны с точки зрения выбора задач, у них нет какой-то яркой предрасположенности только к одному типу или одной какой-то области.

Таким людям мы рекомендуем выбирать универсальные направления, которые дают общее понимание того, как устроен мир. Например, курс экономики суперполезен, чтобы узнать, как происходит процесс производства какой-то материальной ценности, чтобы выбрать и понять, что интересно – я хочу создавать, производить или продвигать, продавать – и дальше уже углублять знания в какой-то из этих сфер.

Интерес или деньги?

У родителей чаще всего запрос: „Подберите моему ребенку такое направление, где будут больше платить“. А у ребят сильно сместился фокус на поиск такого направления, где им будет чем заняться и куда развиваться.

Это важный шаг – современные подростки опираются на свои интересы и ценности, сами изучают информацию, исследуют рынок.

Я не разделяю теорию гуманитариев и технарей. Это очень грубое разделение людей на категории и классы. Если у человека есть мотивация, он способен освоить любую сферу, просто кто-то быстрее, кто-то медленнее. У кого-то есть склонности и таланты на старте, но сам факт перехода в другую роль, другую плоскость вполне реалистичен. Человек сам выбирает, куда двигаться.

Я бы посоветовала молодым людям смотреть на себя, постоянно рефлексировать, что получается, что не получается. Собирать вокруг себя правильное сообщество, искать людей, которые развивают, которые дают какую-то обратную связь, умеют что-то делать классно, чему можно поучиться.

И не бояться ошибаться, пробовать, экспериментировать, но и не бросать на середине, если что-то пошло не так, а получать какой-то результат и на его основе делать следующий шаг».

Быть на гребне волны

«Есть такой стереотип, что если „найдешь себя“, то дальше все будет просто. Похоже на эскалатор, только встань на правильную ступеньку, и он сам повезет тебя вверх, – говорит старший консультант Лаборатории карьеры Дмитрий Утукин.

– Отсюда и родительские страхи. Что если сейчас пропустишь этот поворот, выберешь не те предметы на ЕГЭ, то все. Но ведь это не так.

Риск свернуть не туда, конечно, существует. Но надо понимать: „Я пробую, ищу, тестирую. И ничего страшного, если я провалился“. Просто хорошо бы сделать процесс тестирования коротким и дешевым.

Надо задать себе четыре вопроса (это работает и для подростков, и для взрослых): Что я люблю? В чем я хорош? За что мне могут заплатить? И какие потребности общества я могу удовлетворить?

И после этого определить пять подходящих профессий и начать к ним присматриваться.

Есть профессии, где принцип эскалатора сохраняется и сегодня, например, у нас есть врачебные или военные династии.

Или можно закончить юрфак и тут тоже прямой путь: выбираешь специализацию, а дальше ты: „юрист, старший юрист, начальник юридического департамента“ или „следователь, старший следователь“. Очень понятная структура.

Но в большинстве сфер выбор профессионального пути выглядит по-другому. Сегодня его можно сравнить с серфингом. Много изменений, мир очень неустойчив. Постоянно внедряются новые технологии. И чтобы за этим успевать, нужно быть все время на гребне волны.

IT-воротнички

По оценкам некоторых экспертов, будущие поколения будут менять профессию пять раз в течение жизни. Два-три раза так точно. Был юристом – стал инженером – тестировщиком – разработчиком – маркетологом.

Поменялась структура коммуникации, люди стали больше общаться. И недостаточно знать что-то одно, требования к специалистам возросли.

Что касается офисного планктона, белых воротничков, будущее за теми, у кого так или иначе есть приставка IT. Это не значит, что каждый должен уметь программировать и писать код, но понимать, как автоматизировать тот или иной процесс или хотя бы уметь дать задание, должен каждый.

С одной стороны, нужно быть постоянно на острие, прокачивать свои умения, но, с другой стороны, и возможностей сейчас больше. У наших мам и пап не было возможностей для развития, и мир менялся очень медленно. Они оставались на своих позициях очень долго.

Мое поколение выросло в 1990-х, мы видели, как наши родители буквально выживали, берясь за всякую работу. Как профессора начинали торговать на рынке. Мама мне сейчас звонит: „У тебя есть работа? Вот и хорошо“. Она никогда не спрашивает, нравится мне моя работа или не нравится. Работа есть, значит, прокормишься.

Скучно быть не должно

Сейчас нормально менять работу каждые два года, раньше таких людей называли бегунками. Теперь, наоборот, если человек на одном месте трудится более семи лет, то он в зоне риска. А если десять и более лет, то у него супернизкий шанс найти другую работу.

А молодое поколение идет туда, где их интерес. Их фокус внимания. Они не будут работать там, где им скучно. И это правильно.

Выдающегося результата можно добиться только в той сфере, которая тебе интересна, когда ты можешь работать по 12 часов, не выгорая.

Работа хирурга – это многочасовые сложные операции, но эти часы пролетают незаметно. Юристу нравится копаться в документах, искать какой-то прецедент, нормы права, и ему не надоедает.

Надо смотреть туда, где вам нравится разбираться в деталях, решать проблемы, зарываться глубоко. Где у вас стабильный интерес к длительной работе и небыстрому результату».

Коллажи Оксаны Романовой

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Соберем в школу детей из бедных семей

Участвовать в акции

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?