Поле Любви и другие истории из дневника добровольца

Когда у меня бывает совсем плохо с вдохновением, я иду в больницу, или в психоневрологический интернат, или в детский дом. Там можно увидеть или услышать что-то такое, чего нигде больше не найдешь

Когда я училась в 11 классе, я вдруг заметила, что многие писатели, с чьим творчеством мы знакомились в тот год на уроках литературы и английского языка, до того как стали литераторами, были врачами или имели какое-то отношение к медицине: Сомерсет Моэм, А.П.Чехов, М.А.Булгаков… Меня удивляло: зачем им медицина? Зачем все эти болезни и больные? Все эти паталогические процессы в организме, операции, инфекции? Неужели они сразу не могли понять, какой у них есть талант и начать писать свои повести и рассказы, читать их на литературных вечерах и «общаться с интересными людьми», как это называет большая часть абитуриентов, поступающих на всякие творческие специальности?

Тогда мне это было непонятно, а сейчас, когда у меня бывает совсем плохо с вдохновением, я иду в больницу, или в психоневрологический интернат, или в детский дом, туда, где помогают наши сестры милосердия или добровольцы службы «Милосердие». И каждый раз там можно увидеть или услышать что-то такое, чего нигде больше не найдешь. Хочется записать несколько таких историй, просто, чтобы не забыть.

Первый раз

Когда я записалась в службу добровольцев «Милосердие», мне стоило больших усилий первый раз переступить больничный порог. Причин было много. Например, я ясно понимала, что я ничего не умею. Я много раз читала в статьях, которые публиковала на сайте, что наши сестры милосердия, ухаживающие за одинокими больными, знают какие-то приемы, как переворачивать лежачих больных, как под ними менять белье, как их мыть и даже есть какие-то особенности кормления лежачих пациентов. Меня пугало именно то, что я это видела на картинках и читала описания, а с какой стороны все-таки подойти к человеку на больничной койке, так и оставалось неясно.

В ту субботу дежурила замечательная, всегда спокойная сестра милосердия Валя. Выяснив, что я ничего не знаю и не умею, она насыпала в мисочку пемолюкса, выдала мне перчатки и губку и отправила по палатам чистить раковины. Пемолюкс в мисочке, а не в упаковке, меня смутил и я переживала, что я что-то делаю не так.

В палатах на мое появление реагировали очень по-разному. Где-то молчали и не обращали внимания, где-то говорили, что сами все вымоют. В одной из палат пожилая грузная женщина, очень неразборчиво говорившая (вероятно она лежала в неврологии после инсульта) просила вытереть ее лицо платком. Ее просьбу я поняла раза с четвертого. А потом она попросила напоить ее. Тут я совсем растерялась, но она подсказала, что на тумбочке стоит бутылочка со специальной крышкой. Мне было очень неудобно от того, что я не могла ее понять и все делала как-то неуклюже.

А в следующей палате меня ждала разговорчивая бабушка, которая тут же начала выяснять, как меня зовут, из храма ли я, жаловаться на то, что всю ночь до палаты доносилась музыка из парка им. Горького и благодарить за то, что пришла. И тут мне стало легко и радостно. И хотя Александр Владимирович Флинт (первый директор Свято-Димитриевского училища сестер милосердия) и говорит, что это большая ошибка ждать от подопечных благодарности, эта разговорчивая бабушка мне очень помогла, и, по всей видимости, больше чем я ей.

Пластырь

— Ты только понюхай, как он пахнет! – восхищалась сестра милосердия Катя, разбирая коробку с пластырями, мазями, бинтами и другими противопролежневыми средствами. Пластырь в ее руках благоухал ароматами восточных пряностей.

Катя и Наташа, дежурившие в этот день в отделении неврологии Первой Градской больницы, с особенной радостью разбирали полученную в Свято-Димитриевском сестричестве коробку. В тот день в сестринской оставалось совсем немного левомеколя, ваты и бинта. А теперь у сестер было такое разнообразие и особенно приятно было обнаружить в коробке противопролежневые средства фирмы Hartmann, которая уже больше 100 лет специализируется на лечении различных ран.

Обрадованные сестры милосердия в этот раз не дали мне в руки швабру, а повели показывать, как обрабатывать пролежни. У нашего парализованного подопечного было много пролежней: и на руках, и на ногах, и на спине. Когда его парализовало, от него ушла вторая жена. Но узнав о несчастье бывшего супруга, его нашла его первая жена! Вот так стало ясно, кому же он на самом деле был нужен. Именно первая жена приносила в больницу продукты и ухаживала за ним, но справиться с пролежнями сама не могла, поэтому нужна была помощь сестер милосердия. Когда мы пришли обрабатывать пролежни, Наташа, кажется, применила к нему все имевшиеся у нее средства. Но все же было очевидно, что выбирая мазь-пластырь-сеточку-бинтик она берет не то, что под руку попалось, а то что нужно для заживления именно этой раны.

Это было почти через год после того, как была объявлена антикризисная программа сбора пожертвований для церковных социальных проектов – «Друзья милосердия». Каждый месяц было неясно (да и сейчас также), хватит ли средств на зарплату сестрам милосердия, которые ухаживают за одинокими, брошенными больными в Первой Градской и больнице свт. Алексия. И хватит ли денег на бинты, пластыри, мази, перчатки… Эта коробка с ароматными пластырями означала для меня, что все-таки мы не зря просили и просим читателей сайт Милосердие.Ру и всех неравнодушных людей сделать пожертвование и поддержать проекты Православной службы «Милосердие».

Поле Любви

Эту историю мне рассказала воспитатель Свято-Димитриевского детского дома Валентина Степановна, когда мы осенним вечером сидели на даче и пили чай.

— Когда у нас еще не было своей дачи, и мы ее арендовали, один раз мы жили летом в доме с большим участком. И мы решили вместе с детьми посадить на нем картошку.

Вышли на поле все вместе: и дети, и воспитатели. Начали копать. Но девочки у нас сложные, у них нарушена психика, хотя бы, потому что они растут без родителей. Им тяжело трудиться, тяжело слушаться. И, конечно, копать они довольно быстро устали. Кто-то кидал лопату со словами: «Я больше не могу!»

Это поле было полито слезами детей и взрослых. Но все-таки его вскопали, картошку посадили, колорадских жуков собирали, и она выросла. Урожай на Поле Любви был хоть и небольшой, но очень вкусный. Даже не смотря на то, что картошку поел проволочник и она была вся в дырочку. Девочки даже угощали своей картошкой учителей в школе, которые говорили, что не ели ничего вкуснее.

Во еже пети Тя

Недавно начала действовать «горячая линия» духовной поддержки. Сначала звонок поступает в
Справочную службу «Милосердие», а потом оператор, узнав, что звонят с духовным вопросом, переадресовывает вопрос священнику.

— Милая, ты мне скажи, ты, наверное знаешь — что священника зря беспокоить, — что значит: во ежé, — тут последовала пауза и дальше старушка неуверенно и скомкано проговорила, — петитя?
— Это вы молитвослов читаете? — уточнила оператор, открывая свой.

Молитвослов открылся на нужной странице, и Евгения Филипповна помогла бабушке правильно прочитать слова из утренней молитвы: «во éже пети Тя». И пояснила, что речь в ней вовсе не про ежа и не про некого Петю. Мы просим в этой молитве Бога, поднявшего нас от сна, просветить наши ум и сердце, и уста наши отверзи, чтобы воспевать Его.

— Какая же она все-таки молодец, не постеснялась, позвонила, спросила о том, что непонятно! – восхищалась вечером Евгения Филипповна, когда я вечером зашла в гости к операторам. – Как часто мы спешим, ничего не понимаем и проскакиваем дальше, а она задумалась и спросила. Это очень важно.

Ирина РЕДЬКО

Если вы хотите помочь проектам Православной службы «Милосердие» — здесь можно перевести деньги любым удобным вам способом.

Подробнее узнать о службе добровольцев можно на странице Православной службы «Милосердие». Если вы хотите стать добровольцем службы «Милосердие», мы ждем вас каждое воскресенье в 11.45 по адресу: г. Москва, Ленинский проспект, дом 8, корпус 12, (метро «Октябрьская» — кольцевая). Телефон для справок: 972-97-02

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.