Ксения Рябова, которая не может ходить из-за ДЦП, но занимается конным спортом, о чем уже написала книгу — о жизни, целях и несравненном чувстве свободы

Ксения Рябова на занятиях конным спортом

Первая победа – над врачом

У каждого человека есть мечта, но если пообщаться с Ксенией Рябовой, становится ясно, что ей оно не подходит — слишком эфемерно. Цель – другое дело. Ксения привыкла прикладывать усилия, чтобы добиться своего.

Первую победу одержала над врачом ЛФК, который ни за что не хотел записывать на иппотерапию девушку с ДЦП, передвигавшуюся только на коляске, да и то не без труда.

Через две недели осады врач сдался и 22-летняя Ксения села на коня.

Любовь к лошадям у Ксении с детства. Стоило ей в 5-6 лет во время поездки где-то увидеть лошадь, она не успокаивалась, пока отец не останавливал машину и не договаривался с хозяином коня, и Ксюшу катали верхом.

Сейчас Ксении 44 года, за это время она стала многократной чемпионкой Москвы и трехкратной чемпионкой России по паралимпийской выездке, в 2003 году в составе сборной России участвовала в Чемпионате мира по паралимпийской выездке в Бельгии. Но больше всего Ксения ценит свою недавнюю победу на Открытом кубке Москвы имени Данте Хоперия в декабре 2017 — ведь этот кубок она выиграла на коне Гарике, которого сама выездила.

Основываясь на своем опыте, Ксения написала книгу «Моя жизнь — лошади». Книга состоит из двух частей: практической, о том, как подготовить коня для человека с особенностями, и биографической – туда вошли воспоминания Ксении, ее стихи и рассказы.

«Ради любви сверну горы»

Ксения и Константин

Ксению во всем поддерживает муж. У него тоже ДЦП, но в более легкой форме, он может ходить, помогает жене, ездит вместе с ней на тренировки и соревнования. Константин родом из Казахстана, а Ксения выросла в Подмосковье, но ни диагноз, ни расстояние не оказались помехой.

Познакомились будущие супруги в онлайн-игре, завязалась переписка. Ксения очень хорошо помнит момент, когда осознала, что это тот самый человек, с которым ей хочется  провести всю жизнь. Это было в ночь перед католическим Рождеством, Ксения и Константин переписывались, он прислал ей свою фотографию. «Я увидела эти глаза, и все… Я увидела Христа или Рыцаря печального образа, сердце дрогнуло, и я влюбилась», — вспоминает Ксения.

Прошло несколько месяцев, и произошла долгожданная встреча – Константин прилетел в Москву, и они больше не расставались. Это было 10 лет назад, с тех пор у Ксении и Кости родилось двое детей, а главное осталось неизменным – они все также трогательно заботятся друг о друге. «Трудностей я не боялась, я знала, что ради любви и чтобы быть рядом с любимым готова свернуть горы.

Я не собираюсь останавливаться, у меня есть ради кого жить и бороться», — говорит Ксения.

Пара «всадник и конь» должна выглядеть красиво

Ксения и конь Гарик

Где человек с особенностями может заниматься конным спортом? — переходим мы с Ксенией к теме коней.

— Спортивное направление для людей с инвалидностью есть далеко не в каждом конном клубе, а вот иппотерапией можно заниматься фактически в любом.  Если говорить про Москву, то здесь есть 3-4 конных клуба, где может заниматься спортом человек с инвалидностью, и примерно столько же в Московской области. В  Москве это МККИ (Московский конноспортивный клуб инвалидов),  «Наш Солнечный Мир», «Инвакон» и «Движение»,  в области – «Фаворит»,  где  я числюсь, «Белая Дача», «Виват, Россия» и «Равные возможности».

— Как лучше подготовить коня для спортсмена-колясочника, ведь это должен быть не просто спокойный конь, что он должен уметь?

— Лошади – разные, как и люди. И к каждой лошади нужно подходить индивидуально.

Должна быть гармония между всадником и конем, пара должна выглядеть красиво. Слишком мощные или, наоборот, коротконогие лошади не подойдут. Арабские лошади слишком пугливы, ахалтекинские и донские — своенравны, не каждый может с ними договориться. И все же нельзя делить лошадей на породы, которые подходят и не подходят для инвалидов. Все зависит от характера и воспитания лошади, просто нужно учитывать их природные особенности.

Если лошадь для хозяина — друг, то она будет контактна  и спокойна. Но если хозяин покупал коня только для медалей и результатов, то эта лошадь будет дерганная и неадекватная.

С особым всадником лошадь должна познакомиться как можно раньше — когда ее  только отнимают от матери, чтобы она привыкла, что есть такие необычные люди. Объезжать коня нужно, когда ему 3-4 года. А с 5 лет его можно использовать для занятий с инвалидами. Выступать на соревнованиях для особого всадника на коне-шестилетке.

Выезжать лошадь должны только сами спортсмены, потому что ни один тренер не сможет повторить движения, которые делают люди с ДЦП или, например, спортсмены без рук.

Очень важно выбирать лошадь под конкретного спортсмена, чтоб он принимал в этом непосредственное участие: посидел, поездил на ней, попробовал сесть, подъехать к коню на коляске. Сейчас в конных клубах на одной лошади ездят до семи разных людей с инвалидностью, и это неправильно. У каждого из них свое управление, лошадь может просто запутаться и остановиться.

С особыми спортсменами конь устает не физически, а психологически

— Что ты чувствуешь в седле?

— Это и труд, и радость. Трудно вначале, но потом, когда привыкаешь, все происходит на автомате. Я уже не думаю о своих движениях. Я просто еду и все. Лошади для меня нечто большее, чем для здоровых людей. Это и друг, и тренажер, благодаря которому я укрепляю свои мышцы и поддерживаю форму. В седле я учусь работать ногами и руками правильно, расслабляя и напрягая их поочередно. А это не так просто, я слезаю с коня мокрая. Но это еще и ни с чем несравнимое чувство свободы, ведь я не могу ходить и каждое движение для меня – огромная проблема. На лошади я расцветаю, я летаю, я живу.

— А какая техника безопасности?

— Конечно, конь может чего-то испугаться, ситуации разные бывают, но на этот случай у меня есть крепления, которые крепко фиксируют ноги. Гарик, с которым мы победили на Кубке Москвы, тоже пугается — приседает на все четыре ноги и мягко отпрыгивает в сторону,  но наказывать его за это не имеет смысла: лошадь не робот, а живое существо, надо разбираться, что ее напугало, и работать с этим.

Я прислушиваюсь к коню: если он начинает отфыркиваться и зевать, значит, он устал и надо закончить тренировку.  

Но закончить надо на чем-то хорошем, чтобы Гарик запомнил: он все сделал хорошо, его  похвалили, дали морковку и выпустили в табун гулять.

Со спортсменами-инвалидами конь устает не физически, а психологически, для него нелегко отличить мои команды от гиперкинезов (непроизвольных движений, которые бывают у людей с ДЦП – прим. ред).

Поэтому система поощрений обязательна. При этом Гарик редко ленится, ведь лошадь работает с неохотой, если ее заставлять изо дня в день делать одно и то же, а я стараюсь разнообразить каждую тренировку.

Тренер учится у меня, а я у нее

Гарик – помесь, скорее всего,  донского коня и тяжеловоза. Он живет в частной конюшне под Подольском, до меня он был простым конем, который катал обычных посетителей, не спортсменов. Гарик безвыездно жил на конюшне где-то 8 лет. Я начала отрабатывать с ним схемы езды, а чтобы он привык к выездам и выступлениям, мы планомерно раз в месяц ездили на местные соревнования в областные конные клубы.

Сейчас мы умеем делать разные фигуры выездки: полупируэты и пологие уступки шенкелю, не говоря  уже о вольтах, остановках,  диагоналях. Тренер помогает нам, но не вмешивается в работу, за что я ей очень благодарна. Лена помогает мне седлать коня, организует процесс моей посадки, следит за правильностью элементов, которые  я делаю, и говорит по рации, когда хорошо, а когда не очень. Помогает советами, как преодолеть страхи.

Когда нужно, я прошу Лену сесть на Гарика и поработать с ним передо мной, на турнирах она обкатывает коня перед моим стартом. Она уже знает нюансы работы со мной, подобрала ко мне ключик.  Лена учится у меня, а я у нее, и она не делает проблему из моей болезни, а общается со мной, как с обычным человеком.

Сейчас я готовлюсь к чемпионату России по паралимпийской выездке, который состоится уже в апреле, хочу занять первое или второе место. Есть и долгосрочная цель: войти в паралимпийскую сборную России и постепенно двигаться к летним играм в Токио. Я мечтаю об этом, но надо много тренироваться, и тут все упирается в деньги.

«Меценатам, увы, сразу нужны результаты»

— Вы занимаетесь конным спортом около 20 лет, заметили ли вы изменение отношения к спортсменам-инвалидам? Стало ли больше возможностей для развития?

— С одной стороны, стало лучше: появилось уважение, нас приглашают на обычные соревнования, где выступают здоровые спортсмены, чтобы люди узнавали о нас и видели, как мы ездим. Многие конные клубы идут навстречу и пытаются помочь, чем могут.

Но с другой стороны, все упирается в финансы. Надо платить за аренду коня, работу тренера, участие в соревнованиях. Федерация поддерживает только тех, кто входит в паралимпийскую сборную, великие российские спортсмены-конники не верят, что человек с тяжелым заболеванием может достичь результатов в седле, а меценатам сразу нужны результаты. Но так не бывает, лошадь нельзя запрограммировать на победу, надо радоваться даже маленькому успеху.

Каждый месяц Ксении Рябовой нужно находить средства, чтобы оплачивать аренду коня Гарика, его перевозку на соревнования, членство в конном клубе, транспорт, чтобы добраться до места проведения тренировки или турнира. А без  этого придется отказаться от главной цели — двигаться к паралимпиаде в Токио.

А еще Ксения ищет возможность издать свою книгу о подготовке коня для человека с ДЦП. Литературы об этом в России сейчас нет.

Друзья, в ночь на 25 апреля 2018 года Ксения Рябова умерла в городской больнице Подольска — не выдержало сердце. Мы соболезнуем ее мужу Константину, всем родным и близким. Просим молитв о новопреставленной рабе Божией Ксении.

Фото: Павел Смертин