Нужно менять систему стимулирования приемной семьи

Опрос недели: Возможно ли всех сирот перевести в приемные семьи? Отвечает Галина Семья, доктор психологических наук, международный эксперт по защите детей

Для успешной профилактики социального сиротства необходима единая государственная целевая программа, при реализации которой стоит учесть опыт стран, где подобные программы реализуются несколько десятилетий, считает Галина СЕМЬЯ, доктор психологических наук, международный эксперт по защите детей:

— Проблема профилактики социального сиротства сегодня разбросана по разным программам. Устройство детей-сирот в семьи прописано в федеральной программе демографического развития, и в рамках этой программы регионы получают субсидии на выплату пособий на содержание детей в замещающих семьях и вознаграждение приемным родителям и субвенции – на единовременную выплату пособия принимающим семьям. Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации, финансирует на конкурсной основе ряд региональных программ как по профилактике социального сиротства, так по семейному устройству. В каждом субъекте РФ есть либо свои самостоятельные программы по сиротству или постинтернатной адаптации, либо разделы в больших региональных программах. После того, как закончила в 2010 году свое существование федеральная целевая подпрограмма «Дети-сироты», в России отсутствует комплексная программа, нацеленная на решение проблем социального сиротства. А именно такая целевая программа всегда определяет социальные ориентиры в государстве и является основой для разработки региональных программ. Сегодня эти ориентиры определяются в Посланиях президента Федеральному собранию и в отдельных поручениях президента. Для более эффективного решения проблемы социального сиротства необходима единая целевая программа.

Комментарии других экспертов:

Дмитрий МАРКОВ, опекун, сотрудник Псковской благотворительной организации «Росток»
протоиерей Андрей Воронин, директор Ковалевского детского дома для мальчиков

Все комментарии…

Название «Россия без сирот» не кажется мне достаточно удачным. Это скорее является миссией. Сироты были и будут, к сожалению, всегда. Кстати, по законодательству сирота – это ребенок, родители или единственный родитель которого умерли. Таких, как правило, забирают к себе родственники. У нас сегодня основная проблема — это социальные сироты – дети при живых родителях, отстраненных от воспитания своих детей.

Главная цель такой федеральной программы: в ближайшей перспективе – деинституционализация детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (существенное сокращение численности детей в учреждениях интернатного типа; развитие семейных форм устройства; перепрофилирование детских домов, в частности, в службы сопровождения; создание условий для проживания, воспитания и образования детей, которые не могут быть переданы в семьи. – Прим. ред.), в среднесрочной – недопущение попадания детей в систему государственного попечения.

Для достижения цели необходимо разрешить ряд основных проблем. Первая — предотвращение помещения детей в систему учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, за счет качественной профилактической работы (раннего выявления семейного и детского неблагополучия, внедрения инновационных технологий работы специалистов, введение единого плана по защите прав ребенка, усиление на практике межведомственного взаимодействия). Главная цель профилактики социального сиротства – сохранение ребенка в кровной семье.

Вторая – семейное устройство детей, которые ежегодно выявляются как оставшиеся без попечения родителей, и детей, находящихся на воспитании в сиротских учреждениях.

Результаты федеральных мониторингов по оценке эффективности семейного устройства детей-сирот (Г.В.Семья, 2008, 2009, 2010 гг.) показывают, что благодаря активной передаче детей-сирот в семьи изменился контингент детей в учреждениях: в основном это дети «риска по семейному устройству» (не востребованные кандидатами в замещающие родители):

– дети подросткового возраста: старше 10 лет – 70 %;
– дети с ограниченными возможностями: дети-инвалиды – 23% (в ряде регионов – до 30%). По данным диспансеризации Минздравсоцразвития России, в учреждениях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, инвалидность установлена у 25% детей в возрасте до 4 лет и у 11,9% детей в возрасте от 5 до 18 лет;
– дети из многодетных семей, проживающие в детских учреждениях (три и более человек) – 11%. Это так называемые сиблинги, которых нельзя разлучать при семейном устройстве. При этом число детей, имеющих одного брата или сестру, доходит до 80%.

Таким образом, сегодня возникают задачи поиска новых технологий работы с кандидатами, создание новой системы стимулирования кандидатов с учетом социально-медицинского статуса, демографических характеристик детей, находящихся в учреждениях; создания дифференцированной целевой системы поддержки детей с опорой на междисциплинарное сотрудничество специалистов. Для этого необходима координация межведомственного взаимодействия, разработка инновационных подходов к организации последующей помощи замещающим родителям. Для предупреждения возвратов детей из замещающих семей необходимо развивать службы сопровождения.

Сегодняшняя система стимулирования приемной семьи настроена на устройство детей, которые и так востребованы. Нужно менять эту систему, предоставляя в качестве выплат не столько деньги, сколько медицинские, психологические и образовательные услуги. Есть интересный инновационный опыт в регионах, он позволяет разработать и реализовать такую программу. Но даже при изменении системы стимулирования из этих детей «группы риска по семейному устройству» удастся устроить в семьи меньшинство. Поэтому сложно представить, что в обозримом будущем в России не станет детских домов. Например, в Европе практически нет ни одной страны, где не было бы сирот и учреждений для них в том или ином виде. Другое дело, что там эти учреждения, как правило, малокомплектные, семейного типа – на 5-8 человек. И нам надо срочно создавать детские дома другого типа, приближенные к семейным. Не должны дети жить в приспособленных зданиях детских садов (которые сегодня региональные власти пытаются освободить для детских садов, переводя воспитанников детских домов в другие учреждения) и школ-интернатов! Опыт есть – это и «Детские деревни — SOS», и негосударственные детские дома, в том числе православные. Я двумя руками за развитие негосударственных детских домов, за участие в этом Церкви, но и систему государственных сиротских учреждений надо реформировать. Надо приравнять все организации для детей-сирот вне зависимости от формы собственности. Говорят об этом давно, но пока дальше слов дело не идет.

И еще в программе профилактики социального сиротства необходимо прописать работу с выпускниками сиротских учреждений и теми, кто вышел из-под опеки, в постинтернатный период, включая их подготовку к самостоятельной жизни. По статистике многие из их детей потом также попадают в сиротские учреждения (вторичное сиротство).

Сегодня очень важно понять, чего мы можем ожидать от деинституционализации и каких ошибок следует избегать. В этом может помочь изучение опыта тех стран, где такая политика реализуется более полувека. Например, в Великобритании и США. Там, как и в других западных странах, в процессе деинституционализации детей-сирот была изменена вся социальная система защиты детства, созданы стандарты услуг для детей, их кровных и замещающих семей, сформировано общественное мнение, ориентированное исключительно на семейное воспитание любого ребенка, независимо от его проблем и статуса кровной семьи.

Важнейшим результатом деинституционализации стала невозможность стигматизации детей-сирот на уровне законодательства и общественного сознания. Слово «сирота» («orphan») исчезло из официальных документов. Появились такие определения, как children looked after by local authorities, то есть «дети, о которых заботятся местные власти», или просто children looked after (Великобритания) или children in care («дети, находящиеся под опекой» – США). В эту категорию стали включать любых детей, о которых должны заботиться государство и общество, в том числе детей в условиях замещающей заботы, детей с ограниченными возможностями здоровья, а также беженцев из других стран и тех, кто пережил плохое обращение и насилие.

Украина, приступив к политике деинституционализации, ввела запрет на использование термина «сирота» в официальных документах: запрещается указывать на социальный статус детей или состояние здоровья, упоминая о его пребывании в детском учреждении; в учреждении не может проживать более 50 детей; работа такого учреждения контролируется службами по делам несовершеннолетних (Закон Украины «Об обеспечении организационно-правовых условий социальной защиты детей-сирот и детей, лишенных родительской опеки»).

В Италии в 2001 году принят закон об отказе от помещения детей в учреждения и их закрытии до 2007 года. К сожалению, его не удалось выполнить в полной мере к запланированному сроку. В Польше принят закон об ограничении численности воспитанников в учреждениях тридцатью детьми. Румыния и Венгрия провели деинституционализацию детей-сирот, передав их в семьи. Ликвидация интернатского воспитания в Румынии – это в основном процесс упразднения системы, основой которой являются крупные детские учреждения. Он состоит из трех компонентов: первый — предотвращение как помещения ребенка в государственное учреждение, так и его пребывания в нем, если существует иной выход; второй — поиск и развитие приемлемых альтернативных форм, обеспечивающих детей, нуждающихся в попечительстве по месту жительства, домом, заботой, воспитанием, обучением и реабилитацией; и третий -улучшение условий жизни, ухода и лечения тех, кто действительно нуждается в государственной опеке. В странах Европы воспитание детей проводится в группах, численность которых не превышает 5–10 человек. В США есть большие приюты (кампусы) для содержания до 100 детей, но срок пребывания в них ограничен тридцатью днями.

Другим не менее важным социальным результатом деинституционализации стала ориентация системы защиты детства на поддержку кровной семьи. Даже если кровные родители по каким-либо причинам не могут самостоятельно воспитывать детей, то в рамках foster care (фостерной семьи) им оказывается необходимая помощь, которая может включать в себя как помощь по ведению домашнего хозяйства и воспитанию детей, так и психологические и медицинские услуги. В России, если семья не в состоянии создать для детей безопасные условия, то именно детей лишают дома и привычного окружения. В странах Западной Европы и США распространена практика, когда дети остаются дома с фостерным воспитателем, а родителей на время лечения и реабилитации помещают в медицинские учреждения. Где бы ни оказался ребенок — под опекой, в фостерной семье, интернате – поддержка его связи с кровной семьей является обязательной и закреплена на законодательном уровне.

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.