21 региону России первым предстоит перестроить систему ухода за одинокими стариками и людьми с инвалидностью, чтобы было «как в Европе». Где взять для этого специалистов?

С 2018 года система долговременного ухода создается в Новгородской, Костромской, Тульской, Псковской, Волгоградской и Рязанской областях. В 2019 году ее начали внедрять в республиках Башкортостан (Уфа), Мордовия, Татарстан, в Забайкальском (Чита), Камчатском и Ставропольском крае, а также в Брянской, Воронежской, Калужской, Кемеровской, Кировской, Ростовской, Самарской, Тамбовской областях и в Москве

21 регион долговременного ухода

Система долговременного ухода (СДУ) — это комплексная программа поддержки людей, которые по возрасту или состоянию здоровья зависят от посторонней помощи. Она является частью Национального проекта «Демография» и начала внедряться с 2018 года в шести областях России (Новгородской, Костромской, Тульской, Псковской, Волгоградской и Рязанской). В 2019 году количество регионов, подключившихся к работе, выросло до 21.

К 2024 году система начнет действовать повсеместно. Ее суть – в трех составляющих.

  1. Социальные службы сами находят людей, нуждающихся в помощи, а не ждут, пока человек напишет заявление в ЦСО (центр социального обслуживания).
  2. С участием медиков они определяют, какая программа ухода нужна именно этому гражданину. Кому-то необходима сиделка на четыре часа в день и гигиенические процедуры, кому-то достаточно принести продукты и приготовить обед. А кто-то, возможно, страдает тяжелой деменцией и нуждается в круглосуточном присмотре.
  3. О человеке заботятся обученные специалисты, которые видят в нем личность, а не «предмет ухода», считаются с его вкусами и желаниями, предоставляют выбор (например, что надеть и когда поесть).

Инициатором создания системы долговременного ухода стал Благотворительный фонд «Старость в радость»,  сейчас работу в пилотном проекте он ведет совместно с фондом «Старшие». Другие стороны, участвующие в реализации проекта, — Минтруд РФ и Агентство стратегических инициатив.

«Смысл долговременного ухода не в уходе. Его смысл в том, чтобы человек компенсировал свои ограничения и имел достаточно высокое качество жизни», — говорит Елена Иванова, руководитель аналитического отдела БФ «Старость в радость» и БФ «Старшие», РГГУ.

Примерно так работает система ухода за пожилыми людьми в Германии, Франции, Испании, Израиле. Заимствовать конкретную зарубежную модель в России не собираются. Однако при поддержке Благотворительного фонда Елены и Геннадия Тимченко было организовано несколько выездов российских специалистов за границу, чтобы показать, как работает эта система в других странах.

Сиделка + специалисты + координатор + чиновник: переучивать надо всех

Какие специалисты нужны для того, чтобы в России было «как в Европе»?

Во-первых, помощники по уходу (проще говоря – сиделки).

Во-вторых, узкие специалисты: медсестры, гериатры (врачи, занимающиеся проблемами старения и лечением болезней пожилых людей), специалисты по паллиативной помощи (врачи и медсестры, помогающие пациентам с неизлечимыми болезнями в терминальной стадии), социальные работники, психологи, педагоги, юристы, культорги (библиотекари, руководители кружков), инструкторы по лечебной физкультуре и т.д.

В-третьих, социальные координаторы — менеджеры, которые организуют работу всех этих специалистов вокруг конкретного пожилого человека. Это новая профессия, для социальных координаторов пока еще даже не разработан профессиональный стандарт.

Для сиделок профстандарт принят, но федерального государственного образовательного стандарта (ФГОС) пока нет.

Врачей-гериатров и специалистов по паллиативной помощи начали готовить в России, но пока только в рамках повышения квалификации, или же в вариативной части обучения (дисциплины по выбору, дополнительные платные образовательные услуги).

Пока нигде не обучают культоргов для организации досуга пожилых людей и людей с тяжелыми формами инвалидности.

Переподготовка понадобится большинству социальных работников и медицинских сестер, работающих с пожилыми людьми. Но пока лишь немногие вузы и колледжи могут предложить соответствующие программы.

Всего для СДУ необходимо обучить или повысить квалификацию около 100 тысяч сотрудников. (Это оценка Тамары Портнягиной, эксперта направления «Методология долговременного ухода» БФ «Старшие».)

«По большому счету, правильно переучивать еще и всех чиновников, имеющих отношение к организации социальной и медицинской помощи, директоров учреждений», — отметила Елена Иванова. Руководители должны знать концепцию долговременного ухода и понимать, как реализовать ее в своем регионе.

«Правильно сменить подгузники – как ни странно, тоже проблема»

Фото: ТАСС

Наиболее масштабная задача – обучение специалистов по уходу (сиделок).

Пока уходом занимаются или случайно нанятые люди, не имеющие никакой подготовки, или сотрудники, которые уже лет 20 проработали в условиях дефицита персонала, говорит директор БФ «Старшие» Александр Шкребело.

В стационарах российской системы соцзащиты один специалист по уходу обслуживал, в среднем, 25 подопечных (в ближайшие годы соотношение доведут до одного к восьми). «Это было неправильное выполнение манипуляций и игнорирование множества функций. Например, на кормление проживающего в доме интернате, который не мог есть сам, нормативные документы отводили 45 секунд», — пояснил Александр Шкребело.

Чему нужно учить сиделок? Прежде всего, правильному отношению к подопечным. «Клиент – это живой человек, который нуждается в тепле. С ним нужно общаться и помогать ему, а не просто переворачивать или мыть, — говорит директор БФ «Старшие». — Второе, чему нужно научить, — технологии. Правильно сменить подгузники – тоже проблема».

«Третье – правильное общение внутри коллектива, — продолжил он. — Простой пример — передача смен. Сейчас она происходит приблизительно так:
— Что у тебя было?
— Из пятой палаты баба Глаша захворала.
— Температура?
— Нет.
— А что?
— Кашляет.

Правильно общаться — это говорить на профессиональном языке со своими коллегами, заполнять правильные документы. Сейчас сотрудники даже не могут оперативно отыскать информацию о проживающем: чем он болеет и какие лекарства принимает».

Технологии ухода преподают в медицинских колледжах на начальном этапе обучения. Но помощники по уходу – это не медсестры, они не получают такого образования.

От носков к чувству независимости

Ростов-на-Дону. Пожилой мужчина занимается лечебной физкультурой в гериатрическом центре на базе областного госпиталя ветеранов войн. Фото: Валерий Матыцин/ТАСС

Как образование может изменить отношение специалистов по уходу к клиентам? При переподготовке во главу угла следует поставить такие понятия, как «достоинство» и «функциональность», считает Кирилл Прощаев, заведующий кафедрой паллиативной помощи и долговременного ухода Академии постдипломного образования Федерального научно-клинического центра ФМБА.

«Достоинство заключается не только в том, чтобы пожилой человек был обмыт, ухожен, накормлен. Он должен быть вовлечен в общество, иметь социальные связи, чувствовать себя нужным», — подчеркнул он.

Функциональность – это возможности пожилого человека, в том числе связанные с состоянием его здоровья, способностью к передвижению, когнитивным статусом и т.п. Специалист по уходу должен уметь ориентироваться не на слабости клиента, а на его сильные стороны, учитывать его мнение, помогать ему использовать оставшиеся ресурсы. Этому тоже можно научить.

«Допустим, у пожилого человека не работает правая рука, — пояснила Тамара Портнягина. – Как поступит необученный персонал? Будет все делать за него. А нужно уговорить его пользоваться другой рукой. Или человек не может сам надеть носки, потому что ему трудно низко наклоняться. Нужно помочь ему в начале и позволить самому подтянуть носок выше. Тогда у него будет чувство, что он одевается самостоятельно».

Где уже учат

Пациенты в Геронтопсихиатрическом центре милосердия Департамента труда и социальной защиты населения Москвы. Фото: Александр Рюмин/ТАСС

В Академии постдипломного образования ФМБА уже есть шесть программ подготовки специалистов по долговременному уходу:

— три варианта 72-часового цикла «Основы долговременного ухода»: для сотрудников социальных служб без медицинского образования, для врачей лечебных специальностей и для среднего медперсонала;

— два варианта программы «Сиделка, помощник по уходу»: 252 часа для слушателей со средним общим образованием и 144 часа для специалистов со средним медицинским образованием;

— программа «Младший медицинский персонал» для людей с общим средним образованием, рассчитанная на 288 часов.

Какие знания там можно получить? Социальный работник, который приходит на дом, должен первым заметить нарушения функциональности пожилого человека. Для этого ему дают инструментарий: как оценить когнитивные функции, мобильность, выявить синдром недостаточности питания и др. Обучают, как с помощью немедицинских методов улучшить состояние клиента.

Социальным работникам объясняют, как оценивать безопасность среды и какие давать рекомендации по переоборудованию квартиры. «Отогнувшийся угол ковра может снизить функциональность: человек споткнется и упадет, получит перелом», — привел пример Кирилл Прощаев.

Медицинских сестер обучают, в частности, методам комплексной гериатрической оценки, способам реабилитации и профилактики гериатрических синдромов.

Кроме того, слушателям предлагаются практические занятия по медицинскому патронажу, где они узнают о современных средствах ухода, методах предотвращения пролежней, перемещении немобильных людей и т.п.

В прошлом году по шести программам было обучено более 1000 человек.

Хаос с сиделками: подготовка от 2 до 800 часов

Фото: ТАСС

Рынок образовательных услуг для людей, желающих стать помощниками по уходу, выглядит хаотично. «Стать сиделкой можно, проучившись от 2 до 800 часов», — отметил Кирилл Прощаев. Однако большинство семинаров и тренингов – неофициальные, то есть подтвердить квалификацию выпускников никто не сможет. Проводить аттестацию или принимать экзамены может только учреждение, имеющее лицензию на образовательную деятельность.

По мнению Александра Шкребело, лицензии тоже недостаточно, чтобы гарантировать качество обучения. Пока нет ФГОС, нет и критериев, по которым можно оценивать учебные программы. Теоретически, сейчас любой вуз или колледж может объявить о подготовке сиделок – хоть вагоностроительный, добавил он.

В профстандарте «Сиделка (помощник по уходу)» уже перечислены все функции, которые должны выполнять эти сотрудники. Поэтому, несмотря на отсутствие ФГОС, составлять программы и проводить обучение вполне возможно, считает Татьяна Николаева, заместитель председателя Комитета по социальной защите Псковской области.

Пока нет ФГОС, технологиям ухода можно обучать в вариативной части программ вузов и колледжей, добавила Тамара Портнягина. Вариативная часть может формироваться на уровне регионов, с учетом их специфики, пояснила она. Например, в таком формате готовят младший медицинский персонал в Красноярском медицинском университете и в одном из медицинских колледжей города.

В Москве бесплатные курсы подготовки младших медицинских сестер по уходу были организованы Учебным центром больницы святителя Алексия (лицензирован) совместно с Православной службой помощи «Милосердие». Первые 18 выпускниц получили свидетельства об окончании курсов и уже трудоустроены. Они прошли шестимесячное обучение (252 часа) по основам ухода за тяжелобольными людьми, анатомии, фармакологии, а также по духовным принципам милосердия. Почти половина программы состояла из практических занятий.

Тренер учит тренера

Фото: ТАСС

Фонды «Старость в радость» и «Старшие» создают в каждом регионе «центр компетенций». В течение трех недель (144 часа) самые опытные специалисты по уходу из региона, будущие тренеры, обучаются в Москве. Преподаватели — эксперты фондов, институтов дополнительного образования, а также иностранные специалисты.

Затем тренеры (подготовлено уже 42 человека) возвращаются к себе в регион и там обучают работников домов престарелых и ПНИ, а также надомных служб при органах соцзащиты. Курс состоит из восьми циклов, которые включают семинары, практические занятия, проверку полученных знаний и навыков. Каждая сиделка обучается не менее трех месяцев (72 часа). Однако никакого документа об образовании она не получает. Таким образом было подготовлено более 1500 человек.

Сами тренеры при этом продолжают учиться дистанционно и каждые три месяца приезжают в Москву для консультаций. Кроме того, в течение года вся их преподавательская деятельность проходит под наблюдением экспертов: им высылают методические материалы, а работа фотофиксируется.

В Волгограде методической базой для обучения уходу по такой технологии является Волгоградский областной геронтологический центр.

В Пскове – Производственно-интеграционные мастерские для инвалидов им. В. П. Шмитца. Образовательный центр для сотрудников, работающих с инвалидами, располагался там и ранее, просто теперь его задачи расширились. Программа обучения помощников по уходу согласована с Комитетом по образованию Псковской области. (Она основана на ЕТКС (Единый тарифно-квалификационный справочник работ и профессий рабочих). Поэтому выпускники получают официальные свидетельства и сертификаты, рассказала Татьяна Николаева. Планируется, что в этом году переподготовку в центре пройдут 200 сотрудников социальных служб.

Проект «Деменция»: как Белгород учит соцработников

Ростов-на-Дону. Пожилая женщина в кабинете когнитивной реабилитации в гериатрическом центре на базе областного госпиталя ветеранов войн. Фото: Валерий Матыцин/ТАСС

В Белгородской области в 2017 году, еще до начала внедрения системы долговременного ухода, был реализован проект «Стратегия социальной службы в профилактике и реабилитации при деменции».

Для начала 540 сотрудников домов престарелых и ЦСО прослушали цикл лекций (6 часов). «Мы им рассказали, что такое деменция, а что такое нормальное инволютивное изменение головного мозга, которое приводит к так называемой доброкачественной старческой забывчивости», — рассказала Светлана Горелик, профессор кафедры паллиативной помощи и долговременного ухода Академии постдипломного образования ФМБА.

Социальные работники получили алгоритм: как выявить когнитивную дисфункцию и как действовать, если нарушения будут обнаружены. Кроме того, их обучили немедикаментозным методам профилактики и лечения деменции.

Затем соцработники самостоятельно проводили скрининг своих клиентов, всего было проверено 3053 человека.

У 24% когнитивные функции были полностью сохранны, у 22% обнаружили выраженные когнитивные расстройства, у остальных были легкие или умеренные когнитивные нарушения.

Те люди, у которых выявили когнитивный дефицит, прошли обследование у врачей. Многим из них была назначена медикаментозная терапия.

На следующем этапе проекта социальные работники проводили различные когнитивные упражнения со своими клиентами. Например, пожилому человеку предлагалось придумать до следующего визита социального работника нетривиальный ответ на вопрос «как дела».

Пожилые люди в геронтологическом центре им. П.А. Мальшина. Фото: Александр Рюмин/ТАСС

По словам Светланы Горелик, в результате принятых мер в Белгородской области количество людей, чьи тесты указывали на деменцию, уменьшилось, а количество здоровых людей увеличилось примерно в 1,5 раза.

Систему долговременного ухода будут создавать не только для пожилых