Христиане из Италии и Испании, – стран, наиболее сильно пострадавших от коронавируса, рассказали о том, чего они боятся и на что надеются

Вид на Рим из окна со свечой

Вирджиния из Рима:

«Стимул жить и действовать я получаю от друзей»

Вирджиния живёт в Риме три месяца, она приехала с севера Италии. Ей очень нравится Рим, ведь он подобен музею под открытым небом.

Как и большинство людей сейчас (кроме работников торговли, транспорта, медицинских служб и безопасности), Вирджиния работает удалённо, в министерстве иностранных дел. В самоизоляции чувствует себя словно в тюрьме, как и почти все итальянцы, привыкшие много времени проводить вместе, гулять и есть вместе.

Чтобы хоть как-то компенсировать нехватку общения, Вирджиния пьёт кофе вместе со своими соседями этажом выше. Они одновременно варят душистый напиток и пьют, выглядывая из своих окон.

В дополнение к этой маленькой радости она открыла, что все-таки есть вещи, которые можно делать одной, например, играть на фортепиано. Хотя для работающего человека времени на досуг не много: начальник очень строг и постоянно проверяет результаты дня, и работы почему-то стало больше, чем в офисном формате. А мотивацию находить все труднее.

— Я живу одна. Трудно распределить время: я рано просыпаюсь, но поздно ложусь. Я очень плохо ем, мне не хочется готовить только для себя. Пью чай, ем мацареллу, печенье и тому подобное. Стимул жить и действовать я получаю от друзей, которые пишут мне, звонят по скайпу. Также помогает моя католическая группа и священник, он советует писать мне записки с делами и относиться к ним ответственно.

Общительные итальянцы уже начинают шарахаться друг от друга

Вирджиния

Несколько знакомых Вирджинии заразились коронавирусом, — родители друзей – и отец, и мать. Они находятся в изоляции дома, так что существует опасность заражения для всей семьи.

— У людей вокруг проявляются панические настроения, и они распространяют слишком много негативной информации. Моя мама тоже периодически паникует, ведь все новости только о коронавирусе и его распространении по миру.

На улицах то же самое.

Если в супермаркете люди видят человека без маски, они смотрят встревоженно и даже агрессивно, сразу отходят. Это очень необычно для Италии – здесь принято разговаривать, стоя близко друг к другу.

Я поначалу выходила без маски и со мной говорили, почти как с «убийцей», требовательно спрашивали «почему я без маски», мне было очень стыдно.

К счастью, по словам Вирджинии, в людях просыпаются и добрые, жертвенные качества. Молодые помогают старшему поколению, покупают им всё необходимое. Сама Вирджиния несколько раз ходила в супермаркет за покупками для пожилых людей. Она оставила номер в службе поддержки и ей звонили.

У многих пожилых итальянцев нет своих аккаунтов, и они не могут получить поддержку

Чтобы поддержать паству, священники создают группы в facebook, делятся мыслями, которые помогают Вирджинии: «не нужно занимать себя специально, важно помнить, что это время дано нам для жизни, несмотря на обстоятельства».

В ситуации, когда физически не можешь быть в храме, видеть знакомые лица, такая поддержка помогает Вирджинии почувствовать, что единство христиан существует на самом деле.

Молодая римлянка сожалеет, что у её родителей и многих людей старшего возраста нет своих аккаунтов в социальных сетях, и они не могут получить необходимую поддержку, хотя и нуждаются в ней больше других (в СМИ больше негатива и пугалок).

Великий пост в подобных условиях сделал людей более спокойными и сосредоточенными, по мнению Вирджинии, они меньше суетились, не бегали с места на место. Вирус помог подготовиться к Пасхе, духовно проснуться.

— Мы продолжаем молиться вместе. Есть месса и розарий (молитва Богоматери, читаемая по чёткам). Мы много поём. Молюсь, чтобы Бог помог мне справиться. И все равно я очень сожалею, что не могу физически пойти в храм. Трансляции, интернет не могут заменить живого присутствия в доме Божьем. Молиться у компьютера совсем не то, что молиться в храме.

Вирджиния не считает эпидемию «наказанием»:

– Всё, что случается в жизни, я стараюсь воспринимать как дар. Нужно учиться принимать жизнь, даже если страдаешь. Думаю, это время поможет многим наладить связь с собой, вернуться к себе. Хотя, конечно, очень жаль, что такой непростой ценой.

Отец Мартино из Милана:

«Мои отношения с прихожанами изменились»

Здание семинарии

Отец Мартино живет в семинарии недалеко от Милана. Ему тридцать два года. Он кормит тех, кто заболел covid-19 и изолирован в его семинарии.

Ситуацию с глобальной пандемией падре сравнивает с духовным рентгеном: «Становится понятно, кто мы есть, и в хорошем, и в плохом. Мы видим уже не на уровне идеи, а на уровне жизни и смерти, что наша разобщенность, индивидуализм, в котором пребывает наша цивилизация, поставили нас на грань выживания».

По мнению отца Мартино, Католическая церковь тоже не была готова к подобной напасти.

Изменились и его отношения с прихожанами.

— Если раньше я говорил прихожанам: «молитесь, молитесь…», то теперь остановился и спросил себя: «Мартино, а какие лично у тебя отношения с Отцом, Сыном и Святым Духом?» 

В какой-то мере мы все стали монахами. В этом, возможно, есть высший символ и знак, который ещё никому не понятен.

Пандемия забрала у о. Мартино его друга, тоже священника. Он до сих пор чувствует горечь от того, что не смог быть рядом с умирающим.

— Только Иисус был с ним.

Сейчас о. Мартино ходит в госпиталь к пациентам с covid-19. Пациенты находятся на своих местах и видят священника через стекло.

«Пока никого нет рядом, я могу подружиться со святыми»

Отец Мартино в центре, читает с листка

О. Мартино вспоминает, что поначалу, когда болел Китай, итальянцы не приняли угрозу всерьёз. Думали «с нами такое не случится». Затем пытались бороться с covid-19 поддержкой друг друга, пением из окон.

Сейчас люди всерьез обеспокоены экономической ситуацией, опасаются бедности. И – начинают задумываться о Боге, стремятся молиться вместе онлайн или в семьях.

Священники Италии помогают бедным, бездомным, тем, кто потерял работу. Сам отец Мартино делает посты в facebook, беседует там и по телефону с с теми, кому нужно поговорить со священником, просто высказаться.

У него есть знакомый священник в Париже, который проводит целые дни у телефона и слушает, слушает людей.  

Отец Мартино говорит, что молится о том, чтобы «изменилась политика подавления слабых более сильными. Это касается и политики развитых государств по отношению к странам третьего мира». Молится, чтобы в людях стало меньше жестокости.

Ещё он читает жития святых и разговаривает с ними.

— Пока никого нет рядом, я могу подружиться со святыми.

О. Мартино не боится заражения, но из предосторожности написал документ, где назначен священник, который, в случае необходимости, будет действовать от его имени. 

— Непросто было выбрать человека, которому вручишь ответственность за свою жизнь, — улыбаясь, говорит о. Мартино, — но я надеюсь, что и я сам, и все мы в надёжных руках.

Сара из Барселоны:

«Мы испытали ужас, хотя они не угрожали оружием»

Сара (крайняя слева) с членами своей общины

В Испании мы поговорили с Сарой Марти. Она живёт в Барселоне, в христианской общине. У неё большая семья – шестеро родных братьев и сестёр. Среди её родственников никто не болен.

Община в Барселоне состоит из девяти человек. Они живут на соседних улицах и молятся вместе онлайн четыре раза в день. За продуктами выходят раз в неделю. Надевают маски и перчатки. К тому, кто приходит с улицы, больше суток не прикасаются.

Сара работает педагогом и общается с учениками по сети, ещё она покупает продуты для девяностолетней женщины.

Другая участница её общины, Мириам, социальный работник, помогает женщинам, «потерявшим себя».

Сейчас они не могут оплачивать квартиру, даже покупать еду, поэтому она старается помочь им, даёт свои деньги на продукты.

— Многие вокруг опасаются экономического кризиса, — делится своими мыслями Сара. – Думаю, у этого кризиса есть хорошие и плохие стороны. С одной стороны, кризис приносит разорение, уныние, могут возникать ментальные проблемы, уже растёт домашнее насилие, происходят грабежи.

С другой стороны, может проявиться солидарность, сочувствие друг к другу.

Слова о грабежах, увы, не пустые. Сара пережила подобное на личном опыте:

— К нам в дом забралось двое мужчин: они украли деньги и два телефона. Это было настоящее вторжение, при том, что мы вчетвером (все женщины) были дома.

Мы испытали ужас, хотя, к счастью, они не угрожали нам оружием.

«Я поняла, как много несчастных людей и без коронавируса»

Утешение для Сары и всей общины в том, что они могут собираться в церкви (группой менее десяти человек и сидя на расстоянии двух метров друг от друга). В их общине три священника, они совершают Евхаристию. Однако местный епископ попросил во время Пасхального бдения не зажигать огонь и не кропить вокруг святой водой. Община послушалась.

Саре жаль, что за шумихой вокруг covid-19 забывают о людях, ещё до глобального катаклизма страдавших от бедности и болезней.

— Я себя чувствую чуть ли не лицемером из-за того, что поняла насколько много в мире несчастных людей и без коронавируса, а я так просто живу с этим и ничего не делаю.

Люди в Европе жили с ощущением, что они полностью контролируют свою жизнь. И вдруг оказалось, что всё может изменить незаметный вирус.

Надеюсь, что наша обнаружившаяся хрупкость поможет нам заново открыть в себе смирение и заместить им обычную гордость и снисходительность к себе, и к другим. 

Сара надеется, что в таких условиях её вера станет только крепче. В общине, помимо молитв, регулярного причастия, изучают отцов Церкви, философию, обмениваются своими наблюдениями, что позволяет ее членам глубже узнать друг друга.

Община молится о тех, кто в отчаянии, кто одинок, лишён денег, молятся за детей, медиков, тех, кто заболел коронавирусом.

— Что вы можете сказать людям в России об этой ситуации?

— Я прошу их молиться о нас.