«На слипшихся от гноя волосах – лист подорожника»: земский врач Войно-Ясенецкий и его сложные пациенты

Святителя Луку (Войно-Ясенецкого), епископа и хирурга, знают прежде всего как архиепископа Крымского; его мощи покоятся в Симферополе . Но память о епископе-враче живет и в Переславле – всего в 150 километрах от Москвы. Он провел здесь шесть лет — возможно, решающих для его профессионального пути

Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий. Переславская земская больница, 1907 год. Фото: yararchive.ru

В 1910 году в земской больнице Переславля-Залесского появился новый главврач. Он не был уроженцем этих мест и прибыл сюда, узнав о вакантном месте, сознательно: искал работу поближе к Москве, чтобы заниматься в анатомических театрах и библиотеках. За плечами у 34-летнего медика было блестящее окончание Киевского университета, работа в земствах и военно-полевых госпиталях.

В Переславле Валентин Феликсович наладил работу земской больницы и завершил докторскую диссертацию по регионарной (местной) анестезии, а также составил план своей главной книги «Очерки гнойной хирургии», за которую в 1946 году получил Сталинскую премию.

Там же ему пришла в голову «крайне странная неотвязная мысль: Когда эта книга будет написана, на ней будет стоять имя епископа». Хотя ничего, как говорится, не предвещало: Валентин Феликсович был полностью погружен в медицину, и у него только-только родился четвертый ребенок.

Новый главврач

Групповое фото медицинского персонала
Медицинский персонал земской больницы. Во втором ряду третий справа Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий. Фото: yararchive.ru

Переславская земская больница в 1910–х представляла собой сгоревшие амбулаторию и аптеку, от которых остался лишь фундамент, и старый деревянный барак на 65 коек, в котором не было электричества, водопровода и канализации, – прежде чем заняться наукой, Войно-Ясенецкому пришлось решать проблемы более приземленные.

Земская медицина: один врач на 28 000 человек

Земская медицина возникла почти сразу после отмены крепостного права, до этого практически единственным источником медицинской помощи в сельских районах были знахари.
Тогда же произошло изменение в представлении о роли медика: от врача и/или фельдшера, продающего услуги за деньги, до медицины как социальной службы.
Первоначально врач, приглашённый земством, объезжал фельдшерские пункты уезда, а постоянно жил в городе. Позднее эта система была заменена стационарной: на селе стали строить участковые больницы со стационаром, амбулаторией, родильным и сифилитическим отделением, квартиры для врача и проч.
К 1910 году было создано 2686 врачебных участков, на службе у земств состояло 3100 врачей, при этом каждый врач в среднем обслуживал участок радиусом примерно 17 вёрст, где проживало 28 тысяч человек. О том, как это выглядело на практике, можно прочесть в сборнике «Записки юного врача» М. А. Булгакова, служившего в молодости земским врачом в Смоленской губернии.
Организация медпомощи по принципу территориальной участковости, присущая земской медицине, легла в основу разработанной Николаем Семашко модели советского здравоохранения, которую затем унаследовало здравоохранение российское.

Работа земского врача была крайне тяжелой. Врачи трудились минимум по 12 часов в сутки, выступая во всех возможных ролях – педиатра, акушера, терапевта, хирурга и так далее.

Войно-Ясенецкий постоянно искал и внедрял во вверенной ему больнице новые методы лечения. Он ввёл обязательное обеззараживание рук и пытался ввести использование перчаток во время операции (тогда эта перспективная практика не прижилась, так как перчатки делались из грубого материала, и пользоваться ими было неудобно) ; пытался получить для больницы рентгеновский аппарат. Одновременно руководил постройкой нового «цементно-бетонного» корпуса. И оперировал, оперировал, оперировал.

За первый год работы Войно-Ясенецкого в Переславле число операций в месяц удвоилось, а количество принятых амбулаторных больных было практически в 10 раз больше, чем в гораздо лучше обустроенной больнице Ярославля.

Валентин Феликсович работал с раннего утра и до позднего вечера, «до тех пор, пока керосин не выгорит». Старший сын Михаил позже вспоминал: «Отец работает днем, вечером, ночью. Утром мы его не видим, он уходит в больницу рано. Обедаем вместе, но отец и тут остается молчаливым, чаще всего читает за столом книгу. Мать старается не отвлекать его. Она тоже не слишком многоречива». Будучи в прошлом сестрой милосердия, Анна Васильевна Войно-Ясенецкая помогала мужу на амбулаторном приеме и в заполнении историй болезней пациентов.

Медицинская этика Войно-Ясенецкого

Старинная фотография улицы Переславля-Залесского
Перекресток Большой Московской дороги и улицы Подгорной в Переславле-Залесском. Фото: humus.livejournal.com

Скудость средств и оборудования, тотальная загруженность были не единственными проблемами земских врачей: им приходилось иметь дело с крайне «неудобными» пациентами. Окрестные крестьяне, которых в основном и приходилось лечить, часто обращались к врачу слишком поздно, не выполняли назначений, ничего не знали о профилактике.

Описание «кейсов», которые решал Войно-Ясенецкий, кажутся сводкой из криминальной хроники: «12-летний мальчик, который получил удар поленом, приведший к перелому черепа», «45-летний Василий, который причиной болезни считает подъём 7-пудового камня», «73-летняя Надежда, которая пострадала от удара в живот рогом коровы» и, наконец, «сорокалетний Спиридон, который в пьяном виде вырвал себе глаза, чтобы не смотреть на женщин, к которым «имеет слабость».

Валентин Феликсович пытался помочь даже самым безнадёжным больным, несмотря на то, что они могли пренебречь его советами. Биографы святителя Луки отмечали, что истории болезней он составлял с удивительным педантизмом, добавляя к анамнезу детали быта и, порой, характера пациента. Врач пытался понять людей, привыкших к тяжелому труду и боли.

Войно-Ясенецкий лечил даже тех людей, которые в то время считались «отжившими», и часто давал больным второй шанс. «Он не задавал себе вопроса: «Кому это нужно?», он следовал не только клятве Гиппократа, но и евангельским заповедям. Такая работа отвечала и его собственному внутреннему установлению – «быть мужицким врачом», – пишет историк и биограф святителя Екатерина Каликинская. – Вся его жизнь строилась как жизнь человека, посвящённого Христу».

Еще в 18-19 лет Валентин написал письмо Льву Толстому (в юности Валентин увлекался толстовством, хотя позже отошел от него – прим.ред.), где говорил о своих намерениях. Толстой ему не ответил, но само письмо сохранилось:

«Я знаю, что единственное нужное – это поставить себя в такое отношение к людям, чтобы я мог развивать в себе любовь, – писал Валентин Войно-Ясенецкий. – Я знаю, что в деревнях люди голодают и мне нужно ехать к ним, чтобы исполнить заветы Христа, не нужно никаких особых средств… а только любовь к людям. Я хочу следовать голосу своей совести…».

Регионарная анестезия и гнойная хирургия – научные прорывы Войно-Ясенецкого

Старинная фотография палаты в больнице
В земской больнице. Фото: history1.ru

Одной из главных проблем хирургии начала ХХ века был наркоз, точнее – его отсутствие. «На свой страх и риск земские врачи пытались применять для обезболивания эфирный или хлороформный наркоз, действие которых сравнивали с сильным опьянением… Такие наркозы иногда приводили к передозировке и гибели пациентов», – пишет историк медицины Екатерина Каликинская. Из-за этого земские врачи вообще боялись наркоза, что, конечно, сказывалось на качестве лечения.

«Нельзя правильно и спокойно сделать операцию при флегмоне, карбункуле, мастите, если больной чувствует жестокую боль…. разрезы будут поверхностными, операция недоконченной, и хорошего результата не получится», – писал в те годы Войно-Ясенецкий.

Он видел одно решение этой проблемы: регионарная (местная) анестезия, и решил посвятить этой теме докторскую диссертацию. Начало подобным исследованиям положили европейские хирурги, а Валентин Феликсович провел более 500 операций, развивая и дополняя методики введения местной анестезии. Он также призывал коллег овладевать местной анестезией, потому что тогда «на деревне будет больше оперирующих, чем боящихся ножа врачей, и земская хирургия расцветет на благо тысяч».

В 1915 году Войно-Ясенецкий издал в Перограде книгу «Регионарная анестезия» с собственными иллюстрациями (пригодился талант художника!), а в 1916 году защитил эту работу как диссертацию и получил степень доктора медицины. Книгу издали столь маленьким тиражом, что у автора не нашлось экземпляра для отправки в Варшавский университет, где он мог бы получить за неё солидную премию – 900 рублей золотом.

Вскоре после этого он задумал новый труд, которому сразу дал название «Очерки гнойной хирургии». На это исследование его вдохновили переславские пациенты, крестьяне.

Однажды Войно-Ясенецкий принимал шестидесятилетнюю Феклу А., которая из своей деревни пешком за три километра пришла на прием в земскую аудиторию. Температура – 39 °C. Фекла говорила, что к нее уже десять дней болит шея и вообще она “вся нездоровая”.

Затем Фекла снимает платок, врач видит на слипшихся от гноя волосах лист подорожника, под ним – огромный карбункул.

Описанием этой больной Валентин Феликсович откроет свою знаменитую монографию, по которой потом будут учиться сотни советских медиков.

«Следы» святителя Луки в Переславле

Корпус одноэтажной деревянной больницы
Корпус земской больницы, сохранившийся до наших дней. Фото: Анна Вахитова

Корпус земской больницы, в которой до 1917 года трудился святитель Лука, сохранился (его адрес – Переславль, ул. Московская, д.15). Более того, еще пять лет назад он использовался по назначению. Но сейчас обветшавшие здания переданы Центру наследия святителя Луки при Федоровском женском монастыре Переславля-Залесского.

Рустам Ямолдинов, руководитель отдела Центра по связям с общественностью, ведёт нас по коридорам с облупившейся краской, советской плиткой и неестественно-яркими в этих декорациях медицинскими плакатами 2000-х годов. «Скоро здесь будет иммерсивная выставка о жизни святителя Луки, – поясняет Рустам. – А вот в этих комнатах он оперировал». Небольшие помещения, высокие потолки, добротные деревянные двери – да, здесь чувствуется дореволюционная стать.

В рамках проекта “Миссия-врач” уже прошла фотовыставка (сейчас ее можно посетить онлайн), благодаря которой вокруг центра собралась волонтерская команда. Также при центре работают курсы сестер милосердия, а в будущем на базе бывшей больницы планируется создание целого лечебно-мемориального комплекса, в который войдут музей истории медицины, реабилитационный центр, больничный храм и паллиативное отделение московской больницы свт. Алексия.

Недалеко от больницы – Сретенский храм (адрес – г. Переславль, ул. Московская, д.11), где можно поклониться келейной иконе святого, которую передала настоятелю храма протоиерею Андрею Уфимцеву правнучка святителя. Эта икона прошла с епископом Лукой ссылки.

Войно-Ясенецкие решили покинуть Переславль в 1916 году из-за болезни Анны Васильевны. Легочный туберкулез (чахотку) в то время советовали лечить в теплом климате. Найдя подходящую вакансию, доктор с семьей переехал в Ташкент.

Южное солнце не помогло: в 1919 году Анна Васильевна скончалась, оставив мужа с четырьмя детьми от 6 до 12 лет. Но это только укрепило его веру и подтолкнуло к решению стать священником.

Источники:

Святитель Лука Крымский (Войно-Ясенецкий). Я полюбил страдание. М., 2008

Поповский М. А. Жизнь и житие святителя Луки Войно-Ясенецкого, архиепископа и хирурга. СПб., 2013

Каликинская Е. Народный врач, ученый, подвижник: В.Ф. Войно-Ясенецкий (святитель Лука Крымский) в Переславле-Залесском. М., 2017

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться

Для улучшения работы сайта мы используем куки! Что это значит?