Брошенным детям может помочь команда, где действия всех ее участников: приемных родителей, соцработников, психологов, врачей – согласованны и взаимоуважительны

Фонд «Обнаженные сердца» издал книгу «Брошенные дети: депривация, развитие мозга и борьба за восстановление». (Русский перевод издания Romania’s Abandoned Children: Deprivation, Brain Development, and the Struggle for Recovery издательства Гарвардского университета).

Предлагаем отрывок из книги

Из главы 5. Приемная семья как метод вмешательства

Консультирование, супервизия и поддержка социальных работников проекта

Когда начинался наш проект, супервизия как профессиональный процесс была практически неизвестна в Румынии. Некоторые авторы различают «административный контроль», при котором проверяющие следят, чтобы те или иные действия или мероприятия проводились в соответствии с установленными правилами, были должным образом задокументированы и т. д., и «рефлексивную супервизию», направленную на поддержку специалиста в понимании его собственного поведения и поведения его клиента.

Руководитель, не так непосредственно вовлеченный в рабочие процессы, как специалист-практик, но обладает более значительным опытом, не только обеспечивает поддержку и руководство, но и поощряет стремление к пониманию чужого поведения и рефлексию собственных откликов на него.

На прежних местах работы наши социальные работники сталкивались лишь с административным контролем, и именно эту модель они принесли в проект BEIP. Мы же внедряли другую, которая предполагала сочетание рефлексии, наблюдения и консультирования.

Фонд «Обнаженные сердца» помогает детям с особенностями развития. Фонд основан в 2004 году Натальей Водяновой. Основные направления работы: создание сети бесплатных услуг для детей с ментальными и двигательными нарушениями и их семей, развитие профессионального сообщества специалистов и родителей, а также адвокационная деятельность.

Мы ожидали, что работа с приемными родителями будет своеобразной и сложной, и были полны решимости помочь нашей Бухарестской команде выработать достаточную устойчивость к стрессам. Руководителем и консультантом для наших социальных работников стала Анна Смайк из Университета Тулейн, специалист в области прикладной психологии и психологии развития с многолетним опытом работы с маленькими детьми в приемных семьях и их родителями.

Анна участвовала в разработке программы нашего вмешательства с самого начала и курировала его внедрение в течение первых 4 лет проекта. Она начала со встречи с командой в Бухаресте; затем еженедельно проводила видео- или телефонные консультации с сотрудниками.

По приблизительной оценке ЮНИСЕФ (United Nations Children’s Fund — Детский фонд ООН), сегодня от 70 до 100 миллионов детей в мире остались без попечения родителей, 8 миллионов из них постоянно живут в закрытых учреждениях.

Поначалу это были занятия о раннем детском развитии, привязанности и трудностях, с которыми сталкиваются приемные родители, но постепенно обсуждения приобретали более конкретный характер, фокусируясь на определенных случаях. Большая часть ее контактов с социальными работниками происходила посредством еженедельных видео- или телефонных консультаций.

В июне 2003 года, примерно через 2 года после начала проекта, к команде присоединилась Валери Вайда-Джонстон (Valerie Wajda-Johnston), клинический психолог из Университета Тулейн. Она тоже начала свою работу с личной встречи с группой, а затем продолжила еженедельными видео- или телефонными консультациями.

Этот второй уровень супервизии был добавлен, чтобы обеспечить дополнительную помощь в разработке и реализации поведенческих программ с семьями в работе со сложным поведением среди приемных родителей. Как и в случае с Анной, эти встречи начинались с более формальных презентаций по темам, представляющим интерес для команды, но постепенно все чаще превращались в разбор конкретных случаев.

Основатель фонда «Обнаженные сердца» Наталья Водянова с книгой «Брошенные дети»

Бесплатная электронная версия книги — на новой платформе «Обнаженные сердца.онлайн» 

Обсуждалось, в частности, что может помешать успеху предлагаемых мер, насколько подходящими оказались конкретные рекомендации, как можно модифицировать или заменить предложенное решение проблемы.

Эффективная коммуникация между группой и консультантами складывалась нелегко. Хотя знание английского языка было для наших социальных работников обязательным условием приема на работу, это вовсе не означало, что им комфортно обсуждать по-английски незнакомые темы, включающие абстрактные психологические конструкты.

Поначалу мы попытались организовать супервизии по телефону, но это еще больше осложнило процесс установления рабочих отношений.

Помог переход к видеоконференциям и превращение этих встреч в обычное дело — наши социальные работники постепенно привыкали общаться по-английски на профессиональные темы. Необходимо было также выявить и преодолеть психологические барьеры. Хотя наши сотрудники были любознательны и стремились учиться, но и они, казалось, поначалу неохотно представляли свои «кейсы» — даже в неформальном общении — Анне или Валери во время сессий супервизии.

Особенную сдержанность они проявляли в отношении собственных реакций на рабочие ситуации. Постепенно стало понятно, что проблема состоит в отсутствии доверия. Наших социальных работников беспокоила цель этих консультаций и наблюдений.

Они задавались вопросом, не является ли супервизия в действительности замаскированной оценкой их работы, а не способом оказать помощь в понимании клинических затруднений.

Они опасались, не может ли то, что они рассказывают, как-то повлиять на их положение на работе.

Другая проблема заключалась в том, что многие идеи и приемы, обсуждавшиеся руководителями с социальными работниками, были им совершенно незнакомы. Иногда команда не чувствовала уверенности в применении идей, которых они никогда не видели на практике.

Но при ограниченности их собственного опыта и в отсутствии моделей такого рода в обучении или практической работе у сотрудников не было иного выбора, кроме как пробовать различные подходы, опираясь на собственную интуицию и опыт своих супервизоров.

Как только эти проблемы были выявлены, группе стало легче их обсуждать и преодолевать.

Например, социальные работники осознали, что нежелание приемных родителей быть открытыми с ними и обращаться за помощью, было похоже на их собственную первоначальную закрытость во время консультационных сессий с их супервизорами.

Исследование, ставшее книгой, проводилось в Румынии. В то время в стране было около 170 тысяч брошенных детей. Тогда в Румынии не было альтернативы закрытым учреждениям. Все дети, которые по разным причинам остались без семейной заботы, помещались в дома ребенка/детские дома.
Благодаря работе исследовательского проекта в Румынии появилась альтернатива такому воспитанию брошенных детей. Все приемные семьи были тщательно отобраны и обучены на специальных курсах. На протяжении всего исследования родители имели возможность получать поддержку профессионалов.
Исследование началось с того, что была проведена рандомизация – часть детей, проживавших в 5 домах ребенка в Бухаресте, были случайным образом отобраны для помещения в семьи. Для сравнения была набрана так называемая «контрольная группа» – дети такого же возраста, которые проживали в обычных румынских семьях.
Ученых интересовало то, что происходит с ребенком в результате проживания в закрытом учреждении, насколько приемные семьи могут повлиять на развитие ребенка и преодолеть дефициты, которые появились у него в результате проживания вне семьи.
Представители разных специальностей – врачи, нейрофизиологи, логопеды, психологи и другие эксперты в области детского развития – изучали физическое, психическое состояние приемных детей в Румынии – от оценки роста, веса, развития речи и познавательных способностей, проявлений привязанности до генетических особенностей, например, длины теломеров (концевых участков хромосом).
Исследование доказало, что продолжительность проживания в доме ребенка прямо влияет на все аспекты развития – физическое, познавательное, эмоциональное. У детей, которые находятся в доме ребенка или детском доме,  намного быстрее, чем у их сверстников, растущих в семьях, появляется риск развития различных серьезных заболеваний.
В исследовании использовались самые современные технологии, включающие не только методы психологического тестирования, оценку развития ребенка, но и самые современные медицинские технологии: методы нейровизуализации (ЭЭГ, вызванные потенциалы головного мозга, МРТ) и генетические тесты, регистрирующие эпигенетическое влияние окружающей среды», – пишут в предисловии эксперты Фонда Святослав Довбня и Татьяна Морозова.
Фонд «Обнаженные сердца» надеется, что книга «Брошенные дети: депривация, развитие мозга и борьба за восстановление» поможет представителям власти, работникам системы здравоохранения, образования и социальной защиты, семьям, воспитывающим детей с особенностями развития, понять потребности детей и определить семейную форму воспитания как приоритетную.