Можно ли не относиться к бездомным как к объекту помощи? Нужно, — считают «Друзья на улице». Все то, что говорят про бездомных, что им на все наплевать, что они никого не любят — это все ложь

Можно ли перестать относиться к бездомным как к объекту помощи? Нужно, — считают волонтеры движения «Друзья на улице». Для этого необходимо с ними подружиться: приглашать в гости на Рождественский обед, играть в футбол и ездить вместе на летний отдых.


Добровольцы собираются на кухне штаб-квартиры движения «Друзья на улице» за полтора-два часа до поездки на вокзал. В неделю таких поездок бывает две — вечером в субботу и в воскресенье днем. Субботний вечер, как правило, студенческий


Обычное меню: пельмени, плов, чай. Если повезет, то к чаю круассан или печенье. Аня, студентка, варит пельмени с соусом. А плов готовит и передает для бездомных уже несколько лет одна женщина, которая сама не может ходить на вокзал


Готовую еду раскладывают в порционные стаканчики, а их упаковывают в отдельные пакеты, чтобы как можно дольше сохранить еду горячей

О том, как все это получается, и зачем, рассказывают координатор московского движения Наталья Маркова и представитель римской Общины св.Эгидия Алессандро Салаконе:


Стаканчики с горячей едой в два-три слоя ставят в термо-сумки


Андрей — специалист по чаю. Он заваривает чай по своему секретному рецепту и делает это так вкусно, что бездомные, получая чай, даже спрашивают кто его заваривал, Андрей или нет?

— Наше постоянное служение — навещать на улице наших бездомных друзей, -рассказывает Наталья Маркова, координатор Движения «Друзья на улице», которое появилось в 1992 году, вдохновленное опытом католической Общины св.Эгдия в Риме. Но мы сами не католики, в нашем движении в основном местные православные люди. Есть, конечно, и люди не верующие. Милосердие не имеет конфессиональности. Просто мы используем методики итальянской общины для своей работы. Мы не называем себя фондом или организацией. Мы — друзья. Поэтому вы не услышите от нас слов подопечный, клиент, соцработник, БОМЖ. Это подход, который мы переняли у католической общины.


Горячий чай с сахаром и лимоном Андрей разливает в 10-12 термосов, в зависимости от запланированных на этот вечер встреч


Пока на кухне идет приготовление еды, на складе (в одной из комнат) собирают сумки с одеждой и обувью


Все что есть на складе принесли жертвователи, которые так или иначе узнали о деятельности движения. Как правило, одежда новая, но в ход идут и подержанные чистые вещи — куртки, пальто, ботинки

Работа построена таким образом — два раза в неделю мы собираемся в штаб-квартире, готовим домашнюю еду, пакуем ее в сумки-термосы и расходимся по маршрутам. По субботам у нас собирается молодежная группа, по воскресеньям — более взрослые. Как правило у них уже сложились свои маршруты — вокзалы и их окрестности. Мы делимся на три-пять групп, в зависимости от того сколько людей собралось (обычно собирается около 50 волонтеров), и расходимся по маршрутам. мы уже знаем, что там-то нас ждут такие-то люди и идем к ним. Если по пути нам встречаются новые люди, мы с ними знакомимся. Красота здесь в том, что мы не делаем пункт раздачи, куда приходят люди, но мы сами приходим к ним в гости. И то, что они нас пускают — это знак доверия с их стороны. Мы приходим к ним домой, если можно так сказать, поскольку дома у них нет, но мы приходим туда, где они живут. Мы не чужие для них и они комфортно себя чувствуют, когда мы приходим. Это принципиально. За неделю, за 2 дня, мы встречаем около 200 человек бездомных. Зимой больше, потому что холодно, летом меньше, потому что они находят подработку или уезжают.


Итак, еда приготовлена, одежда собрана. Осталось разбиться на группы по три-четыре человека и договориться кто куда идет. Обычный маршрут — вокзалы и площади вокруг них


Дэниел — студент из Новой Зеландии. Баптист. Дома, несмотря на обычную активность баптистов в благотворительности, ни в чем подобном не участвовал, но теперь втянулся и рассчитывает продолжать. В Москву приехал на год, чтобы учить русский язык


Добровольцы, увешанные сумками с провизией, отправляются на общественном транспорте по вокзалам

— Отличительная черта такого служения — это верность, — рассказывает Алессандро Салаконе, представитель римской Общины св.Эгидия. — Мы регулярно возвращаемся к этим людям, знаем их по именам, поэтому наша дружба растет. Есть некоторые бездомные, которых мы знаем 8-10 лет. Есть некоторые, с кем мы познакомились недавно. Нам кажется, что такой подход помогает им приобрести какое-то достоинство, а со временем помогает стать самостоятельными. Мы не можем просить кого-то измениться если он не знает почему и для кого он должен это делать.


Вечером, после выезда, часть из них вернутся обратно, чтобы попить чай самим и обсудить поездку


Мы отправились на площадь Курского вокзала


Бездомные уже собрались у входа в метро и ждут встречи с друзьями-волонтерами

— Мы приносим еду. Но еда не есть цель, — объясняет Наталья, — это только способ начать разговор. Особенно, если мы видим их впервые. Потому что еда, которую мы приносим, довольно скромная. Хотя мы стараемся привозить горячую еду в холодное время года. Кроме того, мы сами с любовью это готовим. Но в большей степени — это все-таки лишь предлог, чтобы познакомиться. Человек может взять эту еду, угоститься и уйти. Но может остаться. И если мы встречаем его второй раз, он уже подходит к нам. Он понимает, что мы здесь не потому, что нам нужно поставить галочку, дескать, мы накормили сегодня столько-то бездомных. Не потому, что нам кто-то за это платит, мы все здесь добровольцы. Он понимает, что мы пришли потому, что он нам интересен. Интересен лично мне.


На фото: в центре — Алессандро Салаконе, представитель итальянской Общины св.Эгидия, справа — Наталья Маркова, координатор движения «Друзья на улице»


Охрана вокзала пристально следит за развитием событий. Но близко не подходит. Случались некоторые недопонимания несколько раз, но ничего дурного или противозаконного добровольцы не делают — они встречаются у метро с друзьями


Бездомные не воспринимают «Друзей на улице» как соцслужбу или какую-то другую официальную организацию

Я помню как мы виделись в прошлый раз. Я вспомнила, что в прошлый раз у него болела нога, и я спрашиваю: «Как ваша нога?» Или я заметила, что женщина покрасила волосы, и я ей об этом говорю. То есть я веду себя так, как обычно ведут себя друзья. Но это необычно для служб, которые кормят. Они благодарны и уважительно относятся к нам. Они понимают, что я не могу достать из кармана деньги и купить ему квартиру. Мы обычные люди, мы приходим к ним в свои выходные, ведь я работаю всю неделю, и они это знают и ценят. Иногда люди, которые как-то сталкивались с помощью бездомным, бывают уверены, что бездомные только просят и берут все, что им дают. Но часто это маска. Они делают лишь то, чего ждут от них окружающие. То есть, если человек относится к бездомному как к объекту оказания помощи, он и вести себя будет соответственно.


Волонтеры приходят как друзья, приносят с собой немного горячей еды, стараются помогать и одеждой, но основная цель — общаться и дружить. Просто по-человечески. Так, как уже давно с этими бездомными людьми никто не общался


Алессандро угощает бездомного вкуснейшим чаем, который сделал Андрей


Добровольцы помнят как кого из бездомных зовут, спрашивают у кого какие новости, переживают за них, рассказывают о себе

Как мы им помогаем? Как в жизни. Если моя подруга попросит меня ей помочь, я сделаю для нее то, что в моих силах. Например, женщина может попросит иголку с ниткой, чтобы пришить пуговицу. А кто-то может попросить помочь ему связаться с его родственниками, с семьей, и мы стараемся в этом помогать.


Кроме чая, волонтеры раздают билетики на метро


И дают бездомным друзьям позвонить со своего мобильного телефона родным. Возможно, это одна из самых популярных просьб

Например, был один поразительный случай. На Курском вокзале жил мужчина, его звали Михаил. У него были изумительно красивые голубые глаза. Мы с ним дружили, болтали. Он рассказал нам свою судьбу, которая была очень непростая. И только через два года он подошел ко мне и попросил позвонить его сестре. Я связалась с ней, но она отказалась его принять. Там были какие-то давние обиды. Еще через какое-то время, когда ему было очень плохо (у него ампутировали пальцы на ногах), он попросил меня снова связаться с его сестрой и просто передать ей и детям, что он очень их любит. Я звонила ей и плакала, потому что все то, что говорят про бездомных, что им на все наплевать, что они ничего не чувствуют, никого не любят — это все ложь. Может быть им трудно это выразить и потом, почему они должны перед каждым встречным выражать свою боль, открываться им? Я убедилась тогда, что главное не в том, чтобы оказывать материальную помощь. Главное все-таки — это общение. Например, я прихожу и рассказываю, что выхожу замуж, а все этому радуются, готовят подарки и так далее. Или я сама узнаю, что у нашей подруги Светы будет день рождения, тогда мы готовим подарок ей, планируем как будем праздновать, как организуем все и так далее.


Добровольцы движения считают, что службы, которые помогают бездомным, часто относятся к ним безлично, а потому дружеское отношение, участие — именно то чего ибездомным так сильно не хватает

Кирилл приехал из Нижнего Новгорода. Был усыновлен из детского дома, вырос в приемной семье, получил образование — по профессии фельдшер, но больше жить с приемными родителями не хочет. Некоторое время работал в московской больнице, но запил, документы украли и он теперь живет на вокзале

— Для нас важно, чтобы и другие люди узнали, что бездомные нуждаются не только в материальной помощи, — рассказывает Алессандро. — Например, о бездомных ведь практически никто никогда не молится. Когда умирает бездомный, его некому отпеть, никто не молится за него. Поэтому раз в году, в конце холодного сезона мы просим православного священника отца Александра Борисова, настоятеля храма свв.Косьмы и Дамиана в Шубине, послужить панихиду о тех, кто замерз на улицах. Для бездомных это большое утешение и большая радость, они понимают, что и о них тоже будут помнить.


Фото на память. С друзьями


Обычно в конце добровольцы движения обходят вокзальную площадь, они уже знают где укрываются бездомные на ночь

— Это началось в 2006 году, — рассказывает Наталья, — когда на улице умерла наша первая подруга Лилия. Тогда мы попросили отца Александра послужить панихиду, но не только по ней, а по всем, кто замерз в том году. Мы собрали информацию о тех, кого еще не стало. О друзьях наших друзей. И с тех пор каждый год великим постом служим панихиду. Мы приглашаем на эту службу бездомных, после панихиды устраиваем поминальную трапезу. Идея в том, чтобы собраться вместе и помолиться об усопших друзьях, вспомнить их. Тогда оставшиеся понимают, что кому-то не все равно. Для них это очень важно и очень актуально, особенно в старости. Пожилые люди переживают, они живут на улице и каждый день рискуют. Для них важно, что кто-то помолится. То что каждого вспоминают по имени, то что мы ставим свечи — все это очень утешительно. На первую панихиду пришли около 15 человек. Но с каждым годом приходит все больше людей. Остаются многие из прихожан.


Эльга — бездомная художница из Грузии. Директор одной из привокзальных палаток разрешил ей проводить день в магазине. Но где она ночует никто не знает


Бабушка очень скрытная, подружиться с ней удалось не сразу. Но теперь она ждет своих друзей в гости…


… показывает новые картины, делится планами и мечтами о сотрудничестве с Зурабом Церетели: «Может быть он мне выделит уголочек в своей мастерской? Ведь она у него большая!»

— Но, конечно, понятно, что бездомным нужна все же и какая-то материальная помощь лекарствами, одеждой мы и стараемся не отказывать, — говорит Алессандро. — Мы научились сами попрошайничать, как наши друзья бездомные. Обращаемся к разным людям, которые дают нам или деньги, или приносят сразу то, что нужно. Кроме постоянных 50 добровольцев, не менее 300 человек помогают нам дистанционно. Например, некоторые люди звонят перед Рождеством и говорят, что хотели бы помочь. Спрашивают, будет ли в этом году Рождественский обед. Привозят для него консервы, что-то еще. Помогают готовить и накрывать столы. В этом году на Рождественский обед пришли около 300 бездомных, а волонтеров было 110 человек. Кто-то помогал обслуживать, а остальные сидели вместе с бездомными за столами. Это важно. И бездомные очень ценят то, что мы сидим за одним столом. Мы волонтерам тоже дарим подарки, как и бездомным. Этот маленький нюанс очень важен. Потому что, если мы дарим подарки только бездомным, то мы подчеркиваем что они в нужде, а мы нет. Это один из принципов нашей работы: попробовать разрушить стену между тем, кто помогает, и тем, кто получает помощь. Таким образом, это будет праздник не только для бездомных, но и для нас.


Эльга


На то, чтобы навестить всех друзей ушло около двух часов. После чего добровольцы отправились обратно отвозить термосы и сумки

Часто люди думают, что если у них мало средств, значит они не могут ничего хорошего сделать. Социальное служение ассоциируется у многих с большими деньгами. Но своим существованием мы стараемся доказать, что это не так. Я уверен, что мы могли бы идти к бездомным и с пустыми руками, просто как есть, и они оценили бы наш приход. Мы начинаем с еды, но еда — это повод. И часто люди, которые сыты, которым не нужна еда, приходят к нам просто так, поговорить, чтобы пообщаться, обменяться книжками. Идея дружбы в том, что они люди, а не какая-то специальная социальная категория. Они люди, такие же, как все. Среди них есть вежливые, есть благодарные, есть грубые, есть хитрые, есть образованные и нет. Так же, как и везде.