Один из многочисленного рода Елисеевых, Александр Григорьевич вышел из семейного дела, забрал свою долю и посвятил себя благотворительности. А деньги на это зарабатывал в банковском бизнесе

Александр Григорьевич Елисеев. Неизвестный художник конца 19 века. Изображение с сайта wikipedia.org

Елисеев – дважды бренд

Братья Александр и Григорий Елисеевы относились к так называемым Григорьевичам и были внуками основателя знаменитой гастрономической династии Петра Елисеевича Елисеева. Александр родился в 1839 году в Санкт-Петербурге и окончил одно из престижнейших образовательных учреждений – Петришуле, первую питерскую школу, открытую еще в 1709 году.

Затем долгое время он работал под руководством отца, занимался фамильным делом. А в 1883 году неожиданно изменил свою специализацию, перешел из торговли в банковский бизнес.

Впрочем, здесь не было ни фронды, ни позерства. Просто Елисеевы на семейном совете решили, что было бы неплохо иметь свой, «родственный» банк. В результате 44-летний бизнесмен полностью вытаскивает свою долю из семейного кошелька и пускается в самостоятельное плавание.

Ну, не совсем самостоятельное, у него множество знакомых, связей, да и принадлежность к одному из известнейших в России купеческих семейств тоже дорогого стоит. Формально же он выступает как компаньон отца.

Заметим, что гастрономический бизнес – особенный бизнес. Сотрудничая с поставщиками труб, двигателей и мануфактуры, купец держит в голове одни голые цифры. А сотрудничая с Елисеевым – хочет он, или не хочет – еще и вкусный завтрак, приготовленный вышколенной кухаркой, и не менее вкусный ужин, который сегодня еще предстоит.

Елисеев – это дважды бренд.

Для больных из бедного класса людей

Здание Елисаветинской богадельни. Фото с сайта wikipedia.org

Похоже, на семейном историческом совете, состоявшемся в 1883 году, Александру Григорьевичу делегировали не только управление финансовыми потоками семейной фирмы, но еще и занятия благотворительностью. И совершенно точно, что он сам к этому тяготел.

Разумеется, другие Елисеевы тоже не были чужды добрых дел. Еще до отделения Александра Григорьевича семейство Елисеевых из общей кассы оплатило ремонт Воскресенского храма в селе Ярцеве, на своей родине. Архиерей их удостоил благодарности.

Строили храм Петра и Павла в северном, финляндском Сердоболе (ныне карельская Сортавала). Тут цель была миссионерская: городок, населяемый по большей части финнами-лютеранами имел предостаточно кирх. Русское же купечество, которое там стало появляться в связи с коммерческим ростом Сердоблоля, между иноверной кирхой и межконфессиальным кабаком предпочитало, разумеется, кабак.

Православный храм в этих условиях пришелся очень кстати. Тут-то Елисеевы и обратились со смиренной просьбой: «Мы выстроим вам каменную церковь, во что бы она ни стала, а в основание начала сего богоугодного дела помолимся, батюшка, Господу Богу и испросим у него благословения на это наше начинание».

Главным же делом Елисеевых-благотворителей была Елизаветинская богадельня, расположенная в Петербурге и обошедшаяся им в 200 тысяч рублей.

Она была расчитана на сотню женщин и четверть сотни мужчин – «престарелых и увечных в Санкт-Петербурге граждан».

Помимо изначальной суммы богадельне завещался капитал на ее дальнейшее безбедное существование.

Впрочем, капитал был невелик, и после смерти создателей приюта Александр Григорьевич взял на себя финансирование этого благотворительного проекта.

В 1887 году в Санкт-Петербурге приступили к строительству больницы и при ней часовни для «больных из бедного класса людей». С работами решили не затягивать, лечебница открылась всего-навсего спустя три года.

Помощь продолжала поступать еще одному благотворительному проекту, начатому совместно Елисеевыми, Свято-Троицкой богадельне в Ораниенбауме, на ее нужды было перечислено более сотни тысяч рублей.

И Зингер в подарок

Еленинская бесплатная больница «для бедных женщин христианского вероисповедания, страдающих злокачественными опухолями» в Лесном. Основана в 1909 году на средства. Александра Григорьевича и Елены Ивановны Елисеевых. Фото с сайта wikipedia.org

В 1896 году Александр Георгиевич окончательно разрывает отношения с семейным бизнесом, при этом сохраняя добрые родственные отношения с семьей как таковой. У него теперь всего три дела, которым он посвящает себя без остатка: банк, биржа и благотворительность.

В дачном селе Сосновка Александр Григорьевич открыл довольно редкое в то время учреждение – онкологическую клинику для женщин, Еленинскую, названную так по имени его жены.

Больница «для бедных женщин христианского вероисповедания, страдающих злокачественными опухолями», была освящена в 1911 году. Ее полное обустройство (оборудование закупали самое современное) обошлось в полмиллиона. Плюс триста тысяч – неприкосновенный банковский капитал на содержание лечебницы.

В число опекаемых Александром Григорьевичем входила Покровская община сестер милосердия с Покровской больницей. За эту помощь он был удостоен ордена Святого Владимира.

Елисеев регулярно жертвует на Дом призрения и образования бедных детей в Петербурге. Он – член совета по учебным делам при министерстве финансов, член совета Коммерческого училища, председатель Петровского общества распространения коммерческого образования, товарищ попечителя Биржевой барачной больницы, председатель попечительского совета Торговой школы имени Николая Второго. Почетный член Общества призрения калек несовершеннолетнего возраста и идиотов. В Ремесленном училище – стипендия его имени.

Но главное дело банкира Елисеева – бесплатная рукодельная школа, открытая им в 1893 году на собственные средства на Васильевском острове. Выглядит вроде бы несерьезно, но лишь на первый взгляд, если не знать, как все это было устроено.

Первым делом Александр Григорьевич строит новый дом на участке 27 по 4-й линии Васильевского острова, на углу со Средним проспектом. Архитектор – А.К.Гаммерштедт, общая смета – 285000 рублей.

Классы просторные, окна огромные, коридоры вольготные. Помимо классов – актовый зал, спортивный зал, библиотека, мастерские. Большой внутренний двор. Школа сюда переезжает из собственного елисеевского дома в 1895 году.

Цель нового учреждения ставилась благородная – предоставить возможность столичным девочкам из бедных слоев населения обучиться ремеслам. А далее, как судьба сложится. Либо эти ремесла пригодятся в быту, либо они дадут возможность зарабатывать себе на жизнь. Особо отличившиеся получали при выпуске ценный подарок – швейную машинку марки «Зингер».

Спустя год при школе был организован интернат, в котором постоянно проживали 55 учениц (еще 75 были приходящими).

Продолжительность образования – четыре года (два класса по два года) и возможность, при желании, остаться еще на один, пятый год. Нечто наподобие аспирантуры.

Предметы были самые разнообразные: и общеобразовательные, и специальные. Плюс пение – девочки совершенствовали это искусство в домовом храме.

Денег на школу Елисеев не жалел. В 1899 году он перевел на счет этого учреждения сто тысяч рублей, а спустя три года – еще триста тысяч. В собственности школы было два дома – 25 и 27 по 4-й линии Васильевского острова. О ней говорили, писали. Школа считалась образцом благотворительности и образовательным феноменом.

Два счастья купцов Елисеевых

Вид торгового зала, 1913 год. Фото с сайта wikipedia.org

В 1913 году в Москве, на Тверской улице торжественно открывается невиданный – во много раз роскошнее столичного – Елисеевский гастроном. Праздник для всей России и, конечно, для всего семейства предприимчивых торговцев.

Владимир Гиляровский пишет: «Горами поднимаются заморские фрукты; как груда ядер, высится пирамида кокосовых орехов, с голову ребенка каждый; необъятными, пудовыми кистями висят тропические бананы; перламутром отливают разноцветные обитатели морского царства».

Брат Григорий Григорьевич получает за эту новинку дворянское звание. А у брата Александра Григорьевича – свои радости жизни.

В том же 1913 году он сдает часть помещений своей рукодельно-хозяйственной школы под так называемую Новую художественную мастерскую. Ей руководили Добужинский, Кустодиев и Лансере. Подобное соседство было более чем полезно для елисеевских учениц.

В 1917 году школу закрыли. Здесь организовали детский дом, затем там разместили фабрично-заводскую школу-семилетку, потом обычную среднюю школу, сравнительно недавно ставшую гимназией.

Но Александр Григорьевич ничего этого не узнал. Он скончался в сентябре 1918 года, когда ужас от происходящего в России был велик, но еще теплилась надежда, что еще чуть-чуть и весь этот большевистский кошмар закончится, и жизнь снова ляжет в естественное и уютное русло.