Швейцарский эксперт «Форума Доноров» – о медиации в сложных конфликтах между благотворителями и местными жителями

Сирил Хэрринг

История с открытием в Москве «Культурной прачечной» для бездомных временно поставлена на паузу, сейчас руководство благотворительной организации «Ночлежка» и фонда «Второе дыхание» ищут новое помещение. Параллельно идут дискуссии в местных сообществах – прежде всего, в районных группах Facebook.

Судя по тому, что даже гипотетическое приложение этого проекта на карту местности вызывает у горожан громкий протест, создателям «Культурной прачечной» в любом случае предстоит научиться договариваться со взволнованными москвичами.

Никаких других рецептов здесь, вероятно, нет и быть не может: спасти ситуацию способен только открытый и максимально честный диалог. Другой «волшебной таблетки» никто и нигде в мире выписать не способен.

Приглашенный эксперт ежегодной конференции «Форума Доноров», независимый адвокат из Швейцарии Сирил Хэрринг, который у себя на родине успешно решает подобные кейсы в сфере благотворительности, говорит: на опыте его страны данный тезис многократно подтвержден.

Люди должны и могут договариваться. Главное, чтобы ситуация этих переговоров была максимально прозрачной. А если не получается услышать друг друга – самое время обратиться за квалифицированной помощью.

Создать благотворительный фонд можно за пять минут

Фото: flickr.com/photos/swissfoundations

«В Швейцарии мы буквально за пять минут можем создать благотворительную или общественную организацию, достаточно, по сути, инициативы и минимума документов. Оформить все это можно у адвоката или нотариуса. Не нужно одобрения властей и сотни согласований, на первом месте всегда стоит благое намерение, идея», – поясняет господин Хэрринг.

Он также добавляет, что инициатива, которая идет снизу, очень поощряется в швейцарском обществе. «Если в помощи есть потребность, не важно, на каком уровне, местном или государственном, люди объединяются, чтобы решать проблемы. Так строится цепочка от малых дел к более крупным проектам, так граждане становятся, по сути, творцами государственной политики».

Кстати, статистика за 2017 год этот тезис подтверждает. Согласно данным межрегионального объединения благотворительных организаций Швейцарии SwissFoundations, за прошедший год здесь были зарегистрированы более 13 тысяч филантропических организаций разной направленности и разных финансовых возможностей. Из них благотворительных фондов – 364.

Новый фонд в стране с населением 8,5 миллионов человек (меньше Москвы) открывается практически каждый день. 

Разумеется, дело еще и в налоговых льготах, которые имеют благотворительные организации. Контроль при этом минимальный: если организация или фонд не ведет международную деятельность, то его проверяют только на уровне местной общины, не более того.

Но цифры, особенно в пересчете на душу населения, все равно впечатляют. Традиционными областями приложения и инвестиции средств для благотворительных организаций в Швейцарии остаются культура и досуг. За ними следуют социальные проекты, образовательные проекты и научные исследования, здравоохранение и окружающая среда.

Главное – провести прозрачное голосование

В реализации любой инициативы, будь то открытие социальной столовой, приюта, прачечной для бездомных важнее всего для жителей Швейцарии строгое следование букве закона. Зарегистрированная ассоциация или фонд, планируя строительство либо переоборудование уже имеющейся недвижимости, прежде всего, заключает договор на аренду земли и недвижимости с местными властями.

Это основа основ, и такой договор – серьезная гарантия успеха дела. Оспорить его, при условии грамотного составления, достаточно трудно.

В случае, если проект заведомо проблемный, связанный со сложными категориями граждан – бездомными, мигрантами или наркоманами, обязательно включается общественное обсуждение, а иногда и голосование по актуальному вопросу.

Все прекрасно помнят, как в 2009 году путем всеобщего референдума граждане Швейцарии приняли запрет на строительство минаретов на всей территории страны.

Тогда против проголосовали 57,5% избирателей. Этот кейс – лучшая иллюстрация того, как работает в Швейцарии система референдумов.

«Наша политическая система в неизменном виде существует с 1848 года, она базируется на прямой демократии, – поясняет Сирил Хэрринг. – Это означает, что по любому поводу мы можем проводить голосование, и решение принимают люди. При этом они уверены в прозрачности такого голосования и часто могут сами инициировать его по тому или иному вопросу».

Альтернативой такому голосованию может быть общественное обсуждение. Если достичь приемлемых для сторон результатов удается таким способом, референдум проводить нет смысла.

Важно договориться обо всем на берегу

Берн. Один из приютов для наркозависимых. Фото с сайта bernerzeitung.ch

Коль скоро граждане уверены в прозрачности выборов и референдумов, они открыто готовы выражать свои опасения и вести общественную дискуссию. Так было, например, когда власти города Базеля приняли решение об открытии в городе приютов для наркозависимых.

По законам Швейцарии, люди с таким недугом имеют право на то, чтобы вводить себе дозу в специальном учреждении под контролем медиков. Им гарантированы бесплатные шприцы и осмотр, если это необходимо. «Дозу» при этом наркоман должен принести с собой.

«Когда приюты открывали в 1989 году, была очень масштабная дискуссия: можем мы открывать такое заведение или нет. И решение было: да, нам это очень нужно! Важно, что обсуждение прошло строго до постройки, когда еще была возможность что-то изменить в проекте», – комментирует доктор Хэрринг.

По его словам, приюты никто не прятал в промзонах и нежилых кварталах.

Да, по закону их нельзя открывать рядом со школой или заведениями общественного питания. Но в Базеле все три точки, куда ежедневно стекаются наркоманы, находятся на виду у граждан. Одна из них вообще расположена в центре города, недалеко от больницы. И ни у кого это не вызывает протеста.

Этот опыт Швейцарии также крайне интересен. Столкнувшись с проблемой героиновой наркомании еще в 1970-х годах, местное общество прошло все стадии отрицания этой проблемы и отторжения наркоманов.

Когда в 1986 году в столице страны, Берне, был открыт первый центр для наркозависимых, жители встретили проект с гневом и неприятием. Бернцы писали письма властям, устраивали акции протеста.

Но уже через пять лет страсти улеглись, а столичный опыт стали заимствовать другие города. Сегодня в стране работают в общей сложности 23 подобных центра, два из которых – при тюрьмах.

Это в том числе результат грамотной коммуникации властей, стоявших у истоков этой инициативы, и местных жителей. Вероятно, убедительно сработала статистика. По данным Минздрава Швейцарии, количество ВИЧ-инфицированных среди наркозависимых снизилось за 10 лет с 38% до 5%.

После таких обнадеживающих цифр единственным острым вопросом, который приходилось обсуждать перед открытием очередного центра, стало лишь его местоположение.

И консенсус всегда удается найти. Либо принять итоги референдума, даже если они оказались для авторов инициативы неожиданными и неприятными.

«Да в прямой демократии нет другого варианта. Вы можете выдвинуть любой вопрос на голосование, но вы также должны принять его результаты. И не важно, оказались ли вы в большинстве или в меньшинстве – это результаты выборов, они прозрачны, законны и честны. У нас люди доверяют этой системе», – поясняет Сирил Хэрринг.

Вам поможет медиатор

Фото: flickr.com/photos/swissfoundations

Иногда случается, что еще на первой стадии переговоров стороны договориться не могут. Швейцарцы предпочитают не затягивать этот процесс и не доводить конфликт до абсурда.

«Если после трех встреч мы не смогли договориться – время подключать к этому делу медиатора. Промедление опасно. Принять решение о том, что требуется профессиональная помощь, желательно на самых ранних этапах конфликта, пока он не зашел далеко», – говорит Сирилл Хэрринг.

Институт медиаторов в Швейцарии чрезвычайно развит. С 2011 года медиатор как полноправный участник не только гражданских споров, но и судебных дел, узаконен в гражданско-процессуальном кодексе.

Медиаторы имеют специальную аккредитацию при различных авторитетных организациях, например, при Швейцарской палате коммерческой медиации. Их зовут тогда, когда очевидно, что достичь компромисса самостоятельно просто не удается.

«Это должен быть человек, который умеет договариваться профессионально. Он владеет навыками конфликтного менеджмента и очень хорошо разбирается в коммуникации.

Ведь часто бывает, что стороны на самом деле хотят одного и того же, но называют это по-разному и просто не могут услышать друг друга.

Очень важно, чтобы медиатор пользовался уважением местных жителей, но при этом был абсолютно нейтральным», – поясняет доктор Хэрринг.

Он добавляет, что, по швейцарским законам, стороны могут прибегнуть к медиации как вне судебного разбирательства, так и вместо примирительной процедуры в суде, в связи с находящимся на рассмотрении суда делом, либо параллельно со слушанием дела в суде.

При этом организация процесса медиации целиком и полностью лежит именно на «спорщиках» – они сами должны найти подходящую кандидатуру, организовать встречи, проявить инициативу. Медиация может продолжаться до 12 месяцев и дольше – во времени ее никак не ограничивают. Но обычно договориться удается значительно быстрее.

Процесс медиации конфиденциальный – даже в случае громкого общественного спора, его не освещают в прессе и не обсуждают публично: обнародован может быть только результат. Важно, что медиатор способствует обмену точками зрения между сторонами и стремится привести стороны к рассмотрению приемлемых для них вариантов решений.

В отличие от эксперта, он не высказывает свое мнение; в отличие от примирителя, он не формулирует предложения; в отличие от арбитра, он не выносит решения. Самое главное и важное – он помогает коммуникации, поддерживает стороны в желании сделать шаг навстречу друг другу.

Отказ – это тоже позитивный опыт

Женева. Табличка у приюта для бездомных. Фото с сайта swissinfo.ch

«Проблема бездомных и отношения к ним – она везде одинаковая, что в России, что в Швейцарии. Например, у нас в Базеле много бездомных живет на вокзале, и далеко не все от этого в восторге.

Вокзал – визитная карточка города, но все, кто приезжает к нам, первым делом видят именно этих людей. Конечно, такое положение дел мало кому нравится», – делится Сирил Хэрринг.

В Швейцарии много организаций, которые помогают бездомным, они хорошо работают, успешно, добавляет он. Но остроты проблемы это не снимает.

Большинство бездомных в Швейцарии – местные жители, граждане страны, а не мигранты. На улице они оказываются в основном потому, что теряют работу и деньги, банкротят собственный бизнес. Либо по причине алкоголизма и наркомании. При этом помощи они получают много и самой разной.

Так, в крупных городах регулярно действует патруль, который зимой ездит по улицам и подбирает бездомных, доставляя их в пункты обогрева – здесь мороз даже в 2-3 градуса ниже нуля уже считается критическим и опасным для жизни.

Раздачей еды и теплых вещей часто занимаются церковные организации и даже отдельные харизматичные лидеры, например, на всю Швейцарию получил известность опыт протестантского священника отца Зибера, который вот уже 11 лет колесит на своем трейлере по Цюриху, кормит и отогревает обитателей улицы.

Существуют в стране бесплатные столовые, приюты и другие социальные объекты для бездомных. Поэтому когда Сирил Хэрринг слушал историю о том, почему в Москве с таким трудом происходит открытие «Культурной прачечной», он был немного обескуражен.

Швейцарец уверен: здесь можно было бы договориться, и у активистов «Ночлежки» еще есть шанс. Главное, правильно строить коммуникацию в новом районе, обсуждать все с местными жителями с самого начала.

«Думаю, это в любом случае был хороший опыт. Но когда организаторы станут искать новое место, конечно, нужно начать с обсуждения вопроса с местными жителями. Все должно быть максимально прозрачно.

И еще кое-что. Выбирая место для такого значимого проекта, нужно учитывать, чтобы оно было максимально уютно и безопасно расположено, как для горожан, так и для бездомных. Ведь для них это своего рода убежище, где их примут и будут ждать, чтобы помочь».