Мусорную свалку в Балашихе закрыли после «прямой линии» с президентом. Но «мусорные истории» актуальны во всем мире – предлагаем шесть самых колоритных

2,12 миллиарда тонн – столько мусора ежегодно производит человечество. Эта зловонная гора весит намного больше общей массы всех жителей Земли — 287 млн тонн.

Отходы  – проблема глобальная, проблема каждого из нас. Человечеству известно три способа ее решения: сжигание, захоронение, переработка. Каждая страна, каждый город и каждый человек бьются над ней как могут – с разной степенью успеха. Предлагаем вашему вниманию несколько мусорных историй из разных точек планеты.

Оглавление:

История первая: кому нужны мусорные войны

История вторая: зачем великий дизайнер спроектировал мусорный завод 

История третья: где живут самые чистоплотные люди на Земле

История четвертая: чем удивителен город Саранск

История пятая: чем полезен для здоровья индонезийский мусор 

История шестая: что может поведать о вас ваше мусорное ведро

История первая: о том, кому нужны мусорные войны

Рим утопает в помойке. Гигантские неэстетичные кучи вот-вот скроют шедевры архитектуры. Уже слышны требования исключить Вечный Город из списка объектов Всемирного наследия ЮНЕСКО. Местные предприятия и полигоны не справляются с переработкой и сортировкой отходов — 5-6 тысяч тонн ежедневно.

Подобное положение дел для юга Италии – дело обычное. Больше всех до сих пор страдал Неаполь. В 1980-м его постигло разрушительное землетрясение – и с тех пор здесь не прекращаются «мусорные войны», перерастающие в крупные стычки с полицией и наносящие огромные урон стабильности в стране.

Известно, что стоит за мусорным кризисом – и бизнесом — мафия.

Ведь «отхожий промысел» дело суперприбыльное. По доходности его сравнивают с торговлей оружием.

Факт общеизвестный, но удивительный. Эксперт «Гринпис» Дмитрий Артамонов кратко объясняет механику: «Все мы платим за вывоз мусора – и граждане, и организации. Когда эта сфера монополизируется, объем денег получается огромным». Отходы жизнедеятельности удобно использовать в политических целях, что и делается в Италии.

Эксперт «Гринпис» Дмитрий Артамонов. Фото с сайта abnews.ru

В Риме, например, на носу выбору мэра, а в Неаполе они менялись в своей время с невероятной частотой. Неугодного градоначальника очень удобно обвинить, что он не способен справиться с обычной – только очень большой — помойкой. Чтобы нагнетать напряженность, мафия провоцирует забастовки мусорщиков, а порой и убирает слишком успешных и несговорчивых владельцев перерабатывающих производств.

Неаполитанский мусор в свое время пытались вывезти на Сардинию, но местные жители воспротивились и стычки начались уже там. Не решило проблему и строительство мусоросжигательных заводов; на одном из них, в городе Ачерра, вскрылись такие технологические нарушения, что дело дошло до уголовного судебного процесса.

— Безопасных мусоросжигательных заводов не существует вообще, — утверждает Дмитрий Артемьев. – Их трубы выбрасывают в атмосферу около 250 химических веществ. Самые опасные — диоксины. Плюс – тяжелые металлы, нафталины, хлорбензолы и т.д.  Одни из них канцерогенны, другие разрушают гормональную систему человека, третьи вызывают респираторные заболевания. Такие предприятия часто представляют как «заводы по переработке мусора в электричество», но эта энергия очень дорогая, «золотая».

Римский мусор как раз отправляют на одну из таких теплоэлектростанций – в Австрии. Городской казне перевозка 100 тысяч тонн отходов обходится в 14 миллионов евро в год. Но другого выхода пока власти найти не могут.

История вторая: зачем великий дизайнер спроектировал мусорный завод  

Мусоросжигательный завод в Вене. Фото с сайта wastewise.be

Когда 25 лет назад венский бургомистр предложил Фриденсрайху Хундертвассеру спроектировать мусоросжигательный завод, архитектор оскорбился. Он –поборник экологии, сажающий деревья на крышах и стенах, чтобы как-то восполнить нанесенный природе вред.  Он — автор Идеального Дома – холма со множеством глаз-окон. Он – тот, кто преобразовал уродливые заводы в  сказочные дворцы, презирающий даже двери как слишком утилитарные предметы. Он – гений, в конце концов! А тут – мусор, и в самом центре его прекрасной Вены.

Хундертвассер посоветовался с другом-экологом. Тот рассказал, что единственное цивилизованное и безвредное решение проблемы мусора – переработка. Сжигание – крайняя мера. Не стоит связываться с этим заводом. Но бургомистр был настойчив. Он заверил мэтра, что на заводе, построенном по его проекту, внедрят самые передовые технологии, которые будут обновляться. Этот завод не нанесет практически никакого вреда чистому венскому воздуху, зато принесет тепло в 60 тысяч городских квартир.

Мусоросжигательный завод в Вене. Фрагмент фасада. Фото с сайта mimoa.eu

Гений согласился, и завод District Heating Plant Spittelau был построен – с цветущими балконами, цветными разнокалиберными окошечками – все, как было положено у гения. Бургомистр не обманул художника. Технологии очистки на заводе применяются самые передовые и надежные. Вена хоть и не самый чистый город на свете, в соответствующие топ-листы стабильно попадает и уже восьмой год занимает первое место в мировом списке лучших для проживания городов.

Так все-таки, можно ли считать мусоросжигательный завод абсолютным злом или он представляет собой всего лишь разновидность электростанции, решающей заодно проблему отходов? Скорее всего, истина посередине, а где именно – могут решить только представляющие разные точки зрения и сферы деятельности специалисты после скрупулезного и комплексного анализа.

История третья: где живут самые чистоплотные люди на Земле

В японском поселке  Камикатцу (население – 2000 человек) нет ни помоек, ни мусоровозов, ни мусорщиков. С 2003 года ответственность за свой мусор местные жители несут сами – таково распоряжение местных властей.

Здесь никто и ничего не бросает бездумно в помойное ведро. Из пищевых отходов (и всего остального, что годится для этой цели) посельчане сами делают компост. Остальное делят на категории и лично несут, предварительно вымыв и вычистив на специальные пункты. Сотрудники этих учреждений тщательно следят за качеством поступающего к ним сырья, а также тем, к правильной ли категории оно было отнесено.

Ошибиться нетрудно: раздельный сбор Камикацу – самый раздельный на планете! Мусор тут сортируют на 34 (!) вида.

В пунктах сбора научат делать это правильно. Для поднятия мотивации населения повсюду висят плакаты, демонстрирующие способы использования вторсырья и экономию для поселкового бюджета (сегодня она составляет 30%). Но когда власти Камикацу внедряли свою программу утилизации мусора, на первом месте стояли не финансовые соображения, а экологические.

Они проанализировали вред, которые приносят окружающей среде и здоровью мусоросжигательные заводы, и ужаснулись.

Мусор в поселке больше не сжигают. 80% отходов перерабатывают, 20% — захоранивают на полигонах. Через три года нужда в последних отпадет: согласно программе, к 2020 году жители поселка вообще не будут оставлять за собой никакого мусора!

Кроме центров переработки, в поселке работает магазин подержанных вещей или, скорее, обменный пункт. Одни люди несут сюда хорошие, но ставшие ненужными предметы, другие – бесплатно забирают. Если никто не позарится – есть в Камикатцу фабрика, на которой старые кимоно и другая одежда превращается в сумки, игрушки и т.д.

Конечно, привыкнуть было непросто.

Сначала местные жители приняли идею в штыки, но со временем смирились, а теперь и вовсе не считают, что сортировка мусора вносит в их жизнь какие-то сложности.

«Без изменения отношения к своим отходам, без внимания к ним, их сокращения, ничего не получится, — говорит руководитель движения «РазДельный Сбор» Татьяна Нагорская. – Даже если будет прекрасно налаженная система раздельного сбора, мусоросортирующие заводы – все бесполезно. Просто над этим необходимо работать, внедрять экологические принципы. И наша страна в этом отношении не является какой-то особенной».

Руководитель движения «РазДельный Сбор» Татьяна Нагорская. Фото с сайта vecherka-spb.ru

История четвертая: чем удивителен город Саранск

Саранск не самый видный российский город: ни достопримечательностей, ни богатой природы. А он, между тем – чемпион страны по раздельному сбору мусора. 80% жителей мордовской столицы могут относить свои ведра в специальные контейнеры прямо в своих дворах.  Перерабатывают здесь, правда, лишь 16% отходов, но и этот показатель вчетверо выше среднероссийского (4%), вдвое – московского (8%). Для сравнения: в Европе он составляет 50%.

Руководитель проекта по раздельному сбору Greenpeace Дмитрий Артамонов считает, что созданию системы переработки отходов мешает «косность мышления чиновников или коррупционные вещи – или и то, и другое вместе». «Когда мусорная отрасль коррумпирована, — говорит он, — выгоднее заниматься полигонами и больше положить себе в карман. Раздельный сбор выгоднее для города, для людей. Но с ним нужно работать, создавать логистическую систему, изменять соответствующие нормативные акты и т.д.»

Федерального закона о переработке отходов в России нет, все решают региональные власти – с бОльшим или меньшим успехом. Кроме Саранска, всего в четырех городах страны более половины жителей имеет доступ к системе раздельного сбора (в Волжском, Мурманске, Мытищах и  Оренбурге).

Саранск – чемпион страны по раздельному сбору мусора. Фото с сайта ecamir.ru

«Но не все так плохо, — говорит Артамонов. – Недавно мы завершили масштабный проект: объехали на автобусе 15 городов, встречались с жителями, чиновниками, рассказывали о раздельном сборе. У нас очень распространено мнение: мол, это не для России, предприятий нет, люди не готовы, менталитет не тот… Но раздельный сбор, несмотря ни на что, развивается. Мы для этой поездки подготовили несколько методичек по разным городам, и многие широко открывали глаза, когда узнавали, что в соседних регионах происходит то, во что они не верят».

Русские люди реагируют на идею раздельного сбора точно так же, как и европейцы – уверены эксперты.

То, что установленными во дворе контейнерами пользуются 10% жителей – нормально для начального этапа.

Ни в одной стране лишние хлопоты не воспринимают с радостью. Со временем сознательных граждан станет больше – нужно только работать с ними, разъяснять и поощрять.

Как стимулировать раздельный сбор? Система должна быть доступной и удобной, контейнеры – чистыми, вывоз – своевременным и аккуратным.

Иногда можно видеть, что мусоровоз смешивает между собой разные виды мусора. Оказывается, это не страшно – если речь идет о содержимом контейнеров для раздельного сбора. «Так легче перевозить, — объясняет Артамонов, — а на месте потом можно пересортировать. Ведь главная задача на самом деле состоит в том, чтобы отделить сухое от влажного.

Достаточно вообще поставить два бака: для вторсырья и всего остального». Другое дело, если свалить в одну кучу весь мусор – включая то, что лежит в общем контейнере, то есть, в основном, пищевые отходы. Тогда на пункт сбора приедет некая масса, разобраться в которой уже невозможно. «Но такое если и случается, то очень редко, — считает эксперт. – Ведь это глупо с экономической точки зрения. Отходы  – это товар, имеющий свою стоимость».

Еще один момент — экономическое стимулирование. «Вторсырье, собранное отдельно, выгодно для города, — говорит Артамонов. – Значит, за его вывоз мы должны платить либо меньше, либо вообще ничего. Так происходит, например, в Германии, в других европейских странах».

История пятая: чем полезен для здоровья индонезийский мусор  

Индонезия буквально задыхается от мусора, лидируя по количеству пластика, засоряющего Мировой Океан. Только половина отходов в стране собирается, остальное либо остается валяться где попало, либо уплывает в море. То, что делает Гамаль Альбинсаид — молодой врач из города Маланг – капля в этом бескрайнем мусорном море. Тем не менее, имя его уже довольно известно – настолько необычную бизнес-модель придумал доктор. И вдобавок ему удается убивать сразу двух зайцев.

Четыре года назад он создал компанию Garbage Clinical Insurance. Основная ее цель – обеспечить беднейшие слои населения Маланга доступом к медицинской помощи. Медстраховку в Индонезии имеет лишь 60% жителей. Участники программы, которую Альбинсаид называет микрострахованием, могут прикрепиться к одной из шести клиник города, с которыми сотрудничает доктор. Для этого им нужно собирать мусор и раз в месяц сдавать  не менее 1 кг пластика в специальный «банк мусора». Бедняки получают право на два посещения врача в месяц, а мусор отправляется на переработку.

«Мы учим людей менять свои взгляды на отходы и собственные привычки», — говорит Альбинсаид. Участники программы учатся не только грамотному сбору мусора, но и его переработке. Проходят, например, мастер-классы по изготовлению светильников их пластиковых стаканчиков.

За свои труды врач получил уже несколько наград. На родине его компания была признана одним из лучших инновационных социальных проектов, а в  Великобритании его отметил премией собственного имени принц Чарльз.

Приз размером в 50 тыс. евро вручается молодым предпринимателям из разных стран, придумавшим что-то необыкновенное. Например, оригинальный и эффективный способ стимулировать раздельный сбор мусора.

История шестая: что может поведать о вас ваше мусорное ведро

Если из мусора, который жители России выбрасывают за год, построить башню площадью 1 кв.м, по ней можно было бы добраться до Луны, а весила бы она в 10 раз больше пирамиды Хеопса. Ежегодный вклад каждого из нас в это масштабное сооружение составляет 400–500 кг. Активисты-экологи ключевым словом здесь считают «каждый». О том, чтобы мусора стало меньше, конечно, должны заботится госмужи и муниципальные власти.

Но то, что находится в моем мусорном ведре – не мое личное дело, а моя личная ответственность.

— Загляните в свое ведро, — предлагает председатель правления ассоциации «РазДельный Сбор» Татьяна Нагорская, — посмотрите: что вы покупаете, что складываете туда, что из этого можно переработать. Отнеситесь к мусору не как к грязи, а как к тому, что делает вас частью системы осознанного потребления, человеком ответственным и современным, экологически мыслящем.

Ежедневные действия такого человека базируются на принциппах трех «R»: Reduce (сокращай – покупки и количество отходов), Reuse (используй повторно, если тебе не нужно, отдай нуждающимся), Recycle (переработай или сдай в переработку). Сама Татьяна – именно такой человек. Она уверяет, что внедрять эти принципы в жизнь отнюдь не так сложно, как кажется  — и рассказывает, как это делает.

— Прежде всего, надо научиться сокращать количество собственных отходов: не покупать лишнего, ненужного, одноразового, а также того, что не подлежит переработке, — объясняет Нагорская. – Вот, например, пластиковые ушные палочки. Красиво, удобно, но пользуемся мы ими несколько секунд. Старая добрая спичка с намотанной на нее ваткой справится с этой задачей ничуть не хуже. Или одноразовая посуда. Я ее, само собой, не покупаю, на мероприятия ношу с собой чашку, вилку, тарелку – никто не удивляется. Наоборот, проникаются уважением, интересуются.

Когда иду в магазин за покупками, с собой у меня всегда несколько матерчатых сумок и набор пластиковых пакетов, которые вполне могут послужить много раз.  В эти пакеты я набираю овощи, фрукты – то, что продается вразвес. Стараюсь не покупать ничего, заранее упакованного. В больших супермаркетах это сделать сложнее, в маленьких  – легче. Скажем, хлеб в небольших пекарнях продается без пакета. Ничего зазорного в этих сетках-авоськах нет. Наоборот: это способ продемонстрировать окружающим свою позицию и заставить их задуматься, а быть может, взять с тебя пример.

Абсолютно отказаться от пластика невозможно. Но и пластик пластику рознь. Есть относительно безобидный полипролпилен (на маркировке, она на донышке  – цифра 5), который подлежит переработке, выдерживает температуру выше 80 градусов. Есть значительно более опасный полистирол (цифра 6), который тоже можно перерабатывать, но он при нагревании начинает выделять вредные  вещества. Всякие «готовые обеды» из лапши в него как раз очень любят упаковывать.

Есть, наконец ПВХ (цифра 3) – самый злостный пластик, который вы нигде не сдадите. В нем часто продают пирожные, печенье. Подробнее о маркировке пластика и других материалах можно узнать в нашей группе ВКонтакте.

Что я никогда не куплю? Стараюсь не покупать воду в пластиковой бутылке. Впрочем, если буду умирать от жажды, а свою фляжку с фильтрованной водой забуду дома, конечно, куплю. Надо быть маньяком, чтобы не купить.

Подобный экстремизм отталкивает людей, они думают, что мы, экоактивисты —  сумасшедшие. И вместо того, чтобы продвигать идеи ответственного потребления в жизнь, мы можем достичь обратного эффекта.

Не куплю ничего не пенопластовом поддоне (огурцы, сыр, колбасу): он не подлежит переработке, крошится, очень сильно загрязняет окружающую среду. Ничего в композитной упаковке, состоящей из нескольких слоев разного пластика. От этого отказаться довольно легко.

Теперь бросим нескромный взгляд в мусорное ведро Татьяны. Выносит она его раз в неделю, чаще не требуется. В ведре – памперсы для собаки («она старая»), окурки («есть грех»), блистер от лекарства, кусочки пленки ПВХ, ламинированная бумага. Это то, что нельзя сдать в переработку. Все остальное Нагорская собирает и время от времени отвозит в соответствующие пункты.

Почему не сдает на акциях, которые постоянно проводит движение «РазДельный Сбор»? Объясняет: невыгодно. Собранное на акциях вторсырье никогда не покрывало расходы на транспорт. Акции носят просветительский характер, их цель – привлечь внимание к проблеме, пригласить к разговору чиновников. Кстати, в Санкт-Петербурге, где живет Татьяна и располагается штаб-квартира движения, нужда в них практически отпала.

Сдавая вторсырье в специальные пункты, мы даем возможность развиваться переработке отходов как бизнесу. Куда сдавать? В интернете действует специальная карта. Она охватывает уже десятки городов России, создана и поддерживается волонтерами. Любой человек может что-то туда добавить, что-то убрать (пошел, например, сдавать батарейки в магазин, а контейнера там больше нет).

— Очень часто люди пугаются  самой идеи раздельного сбора, полагая, что сортировка требует очень много места, — говорит Татьяна. – Это не так.

В любом доме можно найти какие-то укромные уголки, зазоры между мебелью. Мне даже балкон удается не захламлять. Макулатуру я складываю в бумажный пакет с ручками или плоскую картонную коробку. Наполнится – везу на пункт. Упаковки Тетра Пак  – это не макулатура, их сдать сложнее. В Петербурге есть только один пункт, в Москве – 3-4. Использовав такую упаковку, ее надо сразу помыть и сплющить.

Пластиковые контейнеры, бутылки, флаконы от бытовой химии я складирую за диваном – все в кучу. Сегодня как раз поеду сдавать пластмассу, там все отсортирую по видам. Пакеты и пленка лежат отдельно. Их удобно засовывать в узкую длинную коробку, чтобы не вываливались. Коробка прекрасно умещается между батареей и подоконником.

Батарейки я не покупаю, но мне их приносят на утилизацию добрые люди. Складываю в большую бутыль от воды. Консервные банки тоже лежат в коробке. Они занимают совсем мало места. Если срезать оба донышка консервным ножом, банки очень легко сделать плоскими. Я сдаю их раз в год.

Пищевые отходы стараюсь отвозить  на дачу, в компостную яму. Подумываю о создании домашней вермифермы. Это несколько расположенных друг над другом ящичков, в которых дождевые черви преобразуют органический мусор в землю. Из пяти руководителей нашего движения двое уже обзавелись такими. Ничего страшного: ни грязи, ни запаха. Домашние могут даже не догадываться о том, что происходит у вас на подоконнике.

В общем, как видите, было бы желание, немного терпения, изобретательности и решимости – и мусора станет меньше. Пусть речь идет лишь о вашем личном ведре, но оно – часть планеты, которая тоже станет чуточку чище.