Принцип «придумать, как двигаться дальше» помогает ей жить и добиваться результатов. Мы поговорили с Алевтиной Плужниковой и ее мамой о том, из чего складывается самостоятельность, когда тело каждый день норовит превратиться в камень.
Она любит готовить пасту с соусами
Квартира у Алевтины с газовой плитой, но газ она недолюбливает. Воду кипятит в электрическом чайнике, готовит в мультиварке, которую подарили родные. Алевтина открывает холодильник, в нем лежат яйца, помидоры и сыр.
– На этом я долго протянуть могу. И еще на макаронах, – смеется девушка.
Она любит готовить пасту с соусами. Еще – борщ, салаты и запеканку. Из приоткрытого окна тянет морем, солью и южной степью. Эти запахи привычны для Алевтины с детства, Таганрог – ее родной город. Несмотря на церебральный паралич она прошла по Таганрогу десятки маршрутов и километров.
Вот ее садик, вот школа, вот Таганрогский институт имени А.П.Чехова, вот Центр здоровья, где Алевтина занимается со специалистом ЛФК, вот Таганрогский Центр помощи детям №7, где она работает помощником воспитателя. Реперные точки жизни
В деревне Новоандриановка Алевтина научилась ходить. Не в год, как большинство детей, а значительно позже. В полтора года врачи поставили ей поражение центральной нервной системы и задержку развития, позже – ДЦП.
Деревня
Дорога туда запомнилась навсегда: поля, березовая роща и подсолнухи, которые щедро цветут во второй половине лета. Кирпичный дом был окружен садом, а большой двор заасфальтирован. В то лето Алевтине было уже пять лет, но самостоятельные шаги все еще давались тяжело. ДЦП делал тело непослушным, мышцы были постоянно спазмированы.
– Сожмите кулак изо всех сил и попробуйте так провести день, – объясняет сейчас Алевтина. – Это реальность людей с ДЦП.
В деревне была детская коляска, которую подарила крестная. Однажды бабушка с мамой увидели, как Алевтина осторожно идет, опираясь на коляску. В той сидели котята и игрушки.
– Коляска была устойчивая, а вес животных давал дополнительную опору, – объясняет мама Алевтины, Анна Сергеевна, которая сегодня работает реабилитологом и помогает детям с особенностями развития. – Так дочь и отрабатывала навык ходьбы. Без страха.
– Когда я поняла, что могу стоять и идти, это было так здорово, – говорит Алевтина. – Помню, как все восхищались. И никто из взрослых не отговаривал: «Не надо, ты устанешь, лучше посиди». Наоборот – поддерживали.
Алевтине хотелось ходить. И она придумала, как двигаться.
– Мы никогда не воспринимали ее как особенного ребенка, – вспоминает Анна Сергеевна. – Слава Богу, попадались хорошие врачи. Они давали надежду, но подчеркивали: нужно много работать.
Алевтине приходилось и приходится терпеть много физической боли. Ей несколько раз надолго гипсовали голеностоп, чтобы стопы привыкали к положению 90 градусов. Девочка носила ортопедическую обувь и туторы. Тогда и начал формироваться характер Алевтины. Мама говорит, что ее дочь – боец. Сохранила доброту и мягкость, но за ними кроется сильный характер.
Школа
Мама волновалась, как в школе примут Алевтину дети. Садик был специализированным, а школа – обычной. Но классу повезло с первой учительницей. Ирина Семеновна была опытным педагогом и сделала все, чтобы Алевтину поддерживали.
В начальной школе мама села за парту с дочкой. Тьюторы в России еще не были распространены. А в средних и старших классах Алевтина уже справлялась без мамы. Одноклассники помогали, когда нужно было подняться по лестнице, в столовой. Зимой было тяжело. Зимы в Таганроге часто стоят теплые. Но иногда бывает и снег. Красиво – узоры на окнах, пушистые деревья. Но добираться куда-то сложно. Но Алевтина шла в школу.
А потом был выпускной бал. У Алевтины было замечательное белое платье, к которому совсем не подходила ортопедическая обувь. И мама купила белые балетки – на вручение диплома Алевтина вышла красиво. А потом переобулась в привычные ботинки.
В школе Алевтине больше всего нравились обществознание, география и химия. Она собиралась в медицинский. Хотела стать профессиональным массажистом. Но поняла: не потянет. Выбрала факультет психологии и социальной педагогики в Таганрогском институте имени А.П. Чехова.
– Мне хотелось помогать людям. Я чувствовала, что могу быть полезной, – говорит Алевтина.
Деньги
У Таганрогского института имени А.П. Чехова несколько корпусов. Алевтина училась в историческом центре города, в старинном двухэтажном купеческом особняке. Грандиозная лестница напоминала о временах, когда здесь кипели балы. Подниматься Алевтине было легко, а спускаться страшновато, помогали товарищи. Все остальное девушка делала сама.
Сама ездила учиться на автобусе и трамвае через весь город. Сама придумала систему сокращений, чтобы успевать записывать за лектором. Сама устроилась на практику в детский дом. Тогда же Алевтина попала в массовку фильма. В Таганроге снимали картину «Тополиный пух». Алевтина запомнила то ощущение:
– Ты стоишь в толпе, вокруг бегают люди с камерами. Ты понимаешь, что ты – часть чего-то большого, что потом увидят тысячи людей. Мира, который обычно остается за кадром. Тогда же я получила первые деньги, которые не были связаны с инвалидностью. Не пенсию и не социальную стипендию, а гонорар.
Работа
Когда на третьем курсе урезали социальную часть стипендии, Алевтина начала искать работу, ей везде отказывали. Но после практики в Центре помощи детям вдруг сказали: «У тебя хорошо получается ладить с детьми, а у нас есть вакансия». Так Алевтина стала помощником воспитателя. Директор Светлана Поленова говорит про нее: «Алевтина – лучистый и светлый человек».
В детских домах детям больше всего не хватает душевного тепла и сердечности. Именно это и дает им Алевтина. Обмен объятиями и новостями – непременный утренний ритуал. В группе, где работает Алевтина в основном дети с особенностями здоровья. Они приняли ее сразу. Иногда ребята просятся к ней домой: «Давайте мы к вам придем, полы помоем». Хотят помочь.
– Дети мне доверяют, – Алевтина удивляется этому факту. – Не знаю, почему я вызываю такое доверие. Может быть, примером своим.
Алевтина снимает квартиру недалеко от работы. Серая панельная девятиэтажка, как сотни других в Таганроге. Переехала Алевтина не сразу – сначала жила с мамой и братом. Но ей очень хотелось самостоятельности и мама поддержала дочь:
– Я испытала радость и гордость за это ее решение. Она должна потихонечку учиться жить без нас.
Джаз
Алевтина работает и заочно учится в магистратуре по направлению «Специальная психология и коррекционная педагогика», занимается со специалистом ЛФК в таганрогском Центре здоровья. Это необходимо для людей с ДЦП.
А еще Алевтина поет! Не на сцене, а для себя.
– У нее уходят зажимы в верхних дыхательных путях, – объясняет Анна Сергеевна. – Спастика же идет по всему организму. Мне лично нравится, когда она джаз поет. У Алевтины улучшается настроение, она радуется жизни. Находятся рядом люди, которые разделяют ее увлечения и помогают ей раскрыться и не чувствовать себя какой-то не такой. Я уже не переживаю, что у нее не будет друзей и людей, с которыми она может быть радостной и счастливой.
Алевтина хочет стать востребованным психологом, который действительно помогает людям. Она стремится сделать так, чтобы ее знания и опыт были нужны. Она мечтает путешествовать – в Калининград и Санкт-Петербург, где никогда не была, но о которых много читала.
Несколько лет назад Алевтине сделали операцию. Как-то вечером она сказала маме: «Посмотри, какое красивое небо». А мама ответила: «Слушай, дочь, мы на эту красоту даже не успеваем обратить внимание». В тот момент было действительно сложно. Надо было работать, восстанавливаться после операции, учиться.
Сейчас тело работает лучше, джаз звучит, в городе пахнет морем, солью и южной степью. Теперь Алевтина смотрит на небо чаще. Она знает способ, как двигаться дальше. И не собирается останавливаться.
