Проект документа, формулирующего церковную позицию по этим вопросам, подготовлен Синодальной комиссией по биоэтике. Предыдущая версия, обсуждавшаяся в Межсоборном присутствии, была доработана при участии ученых-генетиков.
В новом документе представлен анализ успехов в расшифровке человеческого генома, и предложено «церковное видение моральной стороны успехов биомедицинских технологий, прежде всего, в сфере различных генных манипуляций».
Там говорится, что ученые быстро продвинулись в изучении человеческого генома: теперь можно точнее находить причины многих болезней и разрабатывать методы диагностики и «редактирования» ДНК. Но «понимание функций подавляющего большинства генов, их взаимодействия и регуляции остается пока далеко не полным», расшифровка генома продолжается и переходит от простого «порядка расположения генов» к пониманию того, как они работают вместе.
Сейчас фетальная генотерапия (когда нужные фрагменты ДНК вводят ребенку еще до рождения) остается экспериментом на животных, и «в полной мере предсказать ее результаты невозможно». Поэтому предлагается поддержать «позицию законодателей, ученых и представителей общественности», которые требуют запрета любых попыток менять гены человека «на уровне половых клеток и их клеток-предшественников» до тех пор, пока опыты на животных не дадут убедительные однозначные положительные результаты.
Документ говорит о поддержке исследований и технологий генотерапии, если их не проводят на живых эмбрионах человека. При этом он предупреждает о «колоссальной ответственности органов власти, научных работников, бизнес-сообщества за весь спектр возможных последствий экспериментов в области генной терапии и генной инженерии — этических, медико-биологических, популяционно-генетических, экологических, социальных», и решительно осуждает идеи трансгуманистов о создании «высших» и «низших» форм человека, «химерных» или «трансгендерных» организмов.
Технологии генотерапии, по мысли авторов, должны разрабатываться прежде всего для лечения тяжелых болезней, при которых сейчас нет эффективных лекарств. Перед применением таких методов пациенту (или законному представителю) нужно в понятной форме объяснить «базовые принципы» лечения, возможные риски и побочные эффекты и получить информированное согласие.
В проекте также говорится, что генетическое исследование эмбриона для установления отцовства допустимо только при серьезных юридических основаниях. Оно «не может быть следствием произвольного выражения недоверия или ревности супруга, а также становиться предпосылкой для прерывания беременности в любых обстоятельствах».
Наконец, подчеркивается, что «генетическая диагностика может быть полезной» в регионах с высоким риском наследственных болезней и на вредных производствах, но она «не должна иметь принудительный или дискриминационный характер» и требует информированного согласия людей, которых тестируют.
«Церковь считает непреложным, что жизнь любого человека начинается с необратимого процесса слияния отцовской и материнской половых клеток. Таким образом, любое дальнейшее обсуждение вопросов генетической диагностики и терапии как в пренатальном, так и в постнатальном периоде касается жизни человека во всей его полноте, целостности и хрупкости. Следовательно, на представителях научного сообщества, законодателях, специалистах в области богословия и биоэтики лежат особые нравственные обязательства ответственности перед настоящим и будущими поколениями», — говорится в проекте.
Сбор отзывов на проект документа «Отношение Церкви к генотерапии и генетической диагностике» продолжится до 12 мая 2026 г.
