Освещение суицидов онкобольных в СМИ превратилось в проблему

Москва. 26.03.2015 В Москве прошел круглый стол «Как освещать в СМИ проблему самоубийств онкологических больных».

В работе круглого стола приняли участие президент фонда «Вера» Нюта Федермессер, пресс-секретарь Роспотребнадзора Анна Сергеева, директор портала «Православие и мир» протоиерей Александр Ильяшенко, директор благотворительного фонда «Подари жизнь» Екатерина Чистякова, директор Всероссийской Государственной библиотеки иностранной литературы им. Рудомино Екатерина Гениева, суицидолог Николай Клепиков, журналисты Валерий Панюшкин, Светлана Рейтер, лингвокриминалист Юлия Сафонова, декан лечебного факультета и другие эксперты.

Профессор кафедры психиатрии Первого МГМУ им И.М.Сеченова Марина Кинкулькина эксперт Роспотребнадзора, занимается экспертизой материалов с упоминанием суицида, назвала дискуссию вокруг освещения проблем онкообольных острой и неоднозначной:

«Синдром Вертера, когда подростки подражательно кончают с собой – это другая ситуация. Действительно, самоубийство Апанасенко позволило привлечь внимание к этой огромной проблеме, но сейчас уже поднялась волна, ощущение, что вокруг этих ситуаций уже какая-то пена. Суицид на второй день после диагноза – это известная в медицине проблема реакции на диагноз. Врачи всегда стараются после сообщения о диагнозе сразу рассказать о возможностях, которые есть у современной медицины. А когда мы громко говорим, что самоубийство – это способ решения проблемы, когда мы говорим об этом часто, стирается грань понимания, что самоубийство невозможно, что это за границами добра и зла. Самоубийство становится приемлемым, им разрешаются и ситуации, которые могли быть решены другим путем.

Нужно обсуждать, как доносить эту информацию до окружающих, чтобы не спровоцировать подражание. Фраза «жена больного говорила, что он страдал от боли и часто говорил, что устал от болезни» – многие люди страдают от мучительной боли, но не все кончают с собой. Рекомендации ВОЗ гласят: нельзя приводить упрощенные причины происшедшего. Причинно-следственной связи формально между этой фразой и самоубийством нет, но читатель ее усмотрит. Эта фраза может соответствовать критериям Роспотребнадзора об удалении информации».

Валерий Панюшкин журналист: «Я полагаю, что запрет должен быть вообще отменен, потому что с этой водой выплескивается не просто ребенок, а все возможные дети. Я несколько дней назад написал на “Снобе” колонку, на которую, к счастью, никакая девушка (пока) не донесла в Роспотребнадзор, где перечислил произведения мировой культуры, где подробнейшим образом описаны причины и способы самоубийства. Если мы будем последовательны, мы должны запретить «Анну Каренину». Если нельзя упоминать причины самоубийства, то Великая Победа не может упоминаться, потому что она является единственной причиной самоубийства Гитлера и Геббельса. Не странно ли запрещать упоминать Победу в год ее 70-летия?»

Ирина Ясина, писатель, журналист: «Вот лежит моя книга “История болезни”, где описано, что первой моей мыслью после диагноза было покончить с собой. Хорошо быть верующим, но многие не сразу вспоминают о запрете на такой выход из ситуации. Но, думаю, каждый человек, который сталкивается в своей жизни с тем или иным тяжелым диагнозом, если он ответственный и взрослый, вспоминает, что у него есть либо дети, либо родители, которые не заслужили пережить такое.

Но все же каждый человек принимает свое решение наедине с собой и сам, и я не могу вообразить себе человека, который раньше о самоубийстве не думал, и вдруг совершит его из простого подражания. Каждый человек просчитывает разные выходы из своей ситуации сам. В конце концов, оставьте его в покое, ведь страдает он, а не вы. Не надо делать хорошую мину при плохой игре».

Свое мнение о проблеме высказала и директор всероссийской государственной библиотеки, иностранной литературы, где проходил круглый стол, Екатерина Гениева:

«У меня самой 4-я стадия рака, и я вижу, что в обсуждении путается, кто виноват и что делать. Во фразе, которую Роспотребнадзор приказал удалить, можно найти призыв к самоубийству, только если очень хотеть. Но обсуждать нужно другое: что общество и наша медицина должна сделать, чтобы таких случаев стало меньше? Я лечусь в Израиле, никто не представлял мне мое заболевание лучезарным. Главный вопрос, который я всегда слышу: вам не больно? ни в коем случае не терпите. Как русский человек, я отвечаю: Я потерплю. А они отвечают: Ради Бога, вот вам такие таблетки, вот другие, никогда не терпите. Всякие рекомендации, наверное, очень полезны, но после того, как больные обеспечены препаратами, а врачи обучены с ними разговаривать, задавать вопрос «Вам больно?» и предлагать выход из положения. Дай Бог, если журналисты будут об этом грамотно писать, это сдвинет проблему».

О том, как изменилась ситуация с обезболиванием за последние несколько лет, рассказала директор фонда «Подари жизнь» Екатерина Чистякова::

«То, что произошло с контр-адмиралом Вячеславом Апанасенко, действительно сдвинуло дело обезболивания с мертвой точки. Дети с собой не кончают, а подростки, бывает, шагают из окон еще до всяких публикаций.

Дело не в том, что мы не хотим говорить о явлении или обелить неработающую государственную систему, но есть люди, которых мы пытаемся вычеркнуть из истории страны. Если мне будет поставлен диагноз, это будет моя первая мысль, потому что я хорошо знаю, каких сил стоит не просто лечиться, а хотя бы добиться обследования. Я знаю, сколько времени пройдет до МРТ, если у тебя на рентгене обнаружили тени в легких.

Рекомендации ВОЗ о том, что надо писать не на первой странице, выражать соболезнования, давать телефоны доверия и показывать выход – имеют смысл. Публикаций о самоубийстве больных в последнее время было много, но они за редким исключением не давали путей выхода из ситуации.

Законопроект Ирины Яровой, которая подробно описала, что входит в понятие пропаганды наркотических средств, не так страшен, как мне показалось вчера ночью. По ныне действующему закону тоже получается, что наши листовки – это пропаганда употребления наркотиков, только пока за это наступает административная ответственность. В новом законе, если он будет принят как есть, уголовная ответственность наступает только за пропаганду в интернете, то есть, редакторы сайтов сядут, а тот, кто будет ходить у школы с плакатом «колись – не боись» – только заплатит штраф.

Когда мы начинали заниматься обезболиванием, дети умирали тяжелейшим образом, и невозможно было никому объяснить, что нужна помощь. Нам все говорили: есть же порядок, все идет по правилам, проблемы нет. Сейчас наше колоссальное достижение за 4 года – если региональный чиновник не назначает умирающему от саркомы ребенку морфин, чтобы не сделать его наркоманом, то я звоню в Минздрав и ребенку в ручном режиме помогают. Есть и небольшие малозаметные правовые нормы, которые помогают при выписке из хосписа дать больному, например, с собой морфин, чтобы он доехал до своего хутора».

Мы просим подписаться на небольшой, но регулярный платеж в пользу нашего сайта. Милосердие.ru работает благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. На командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта нужны средства.

Читайте наши новости в Телеграме

Подписаться