Патриарх Московский и всея Руси Кирилл заявил о неприемлемости использования пренатальной селекции и уничтожения детей-инвалидов до рождения. Церковь исходит из того, что эмбрион уже является человеком, подчеркнул Предстоятель.

«В этом эмбрионе — вся человеческая личность, — пояснил он, отвечая на вопрос участника встречи со студентами медицинских и фармацевтических вузов в Москве. — Уничтожение эмбриона, плода — это уничтожение человеческой личности. Мы из этого исходим.

Вообще, никто кроме Гитлера не предлагал убивать инвалидов. Страшная селекция — «жить должны только здоровые». Если плод — это человек, то убивая его по причине некой неполноценности, с точки зрения стороннего наблюдателя мы убиваем инвалида».

В качестве примера Патриарх привел выдающегося физика Стивена Хокинга, страдавшего от тяжелого неизлечимого заболевания — бокового амиотрофического склероза. Если бы до его рождения было установлено наличие вызывающей эту болезнь мутации — несомненно, многие современные ученые и врачи рекомендовали бы не допустить рождения такого ребенка.

«Конечно, это всегда подвиг для родителей, — отметил Патриарх. — Мне приходится нередко общаться с родителями, которые берут на воспитание неродных детей инвалидов. Впервые  я с этим столкнулся не у нас, а в Германии в 90-е годы. У меня был друг, епископ Дюссельдорфский Лонгин, наш русский православный епископ, который жил в Германии. Я приехал к нему по какой-то служебной надобности.

И он говорит: «Хорошо, что ты приехал. Сейчас привезут мальчика, которого я хочу усыновить. Из Ровно, с Украины. Он жертва Чернобыля».  И вот приезжает какой-то поцарапанный, грязный микроавтобус. Он говорит: «Пойдем, поможешь мне вынести этого мальчика». Мы открываем дверь, там в глубине что-то шевелится.

Он взял этого мальчика, подвинул ко мне его, и я ужаснулся… Мальчишка (не знаю, какого возраста, но он говорил уже, и говорил достаточно складно), такой недоразвитый, ручки-ножки скрюченные… Мы его внесли, звали этого мальчика Гриша.  «И что, говорю, ты хочешь?». — «Я его хочу усыновить». — «А почему ты решил?». Это не очень традиционно, чтобы архиерей, монах, усыновлял ребенка. Я говорю: «Почему ты здорового-то не возьмешь?». Он говорит: «Здорового другие возьмут. А кто его возьмет?».

Этот мальчик вырос у владыки Лонгина, поступил в университет. Сейчас он работает, живет в Германии… Трудно представить, что было бы с этим мальчиком, если бы владыка не усыновил этого несчастного младенца».

«Всякие разговоры о том, что надо «подправлять» человеческую расу уничтожением эмбрионов, если кому-то кажется, что из этого эмбриона может не получиться хороший футболист, или хороший акробат, или просто сильный, здоровый человек — мне кажется, это просто абсолютно неправильная мысль, — подчеркнул Предстоятель. — Она точно греховная — но я думаю, она даже и преступная. Потому что здесь кроется элемент преступления против человечности. И если говорит о практике, подобную практику уничтожения человека пропагандировали только в фашистской Германии. Это не для нас с вами».